Страница 87 из 130
Я пол дня потратила выискивая листья капусты. О тугих качанах не стоит и мечтать. Отобрав пригодные в пищу помыла, и принялась нарезать. Час ушло на пропаривание их в наподобие капустных котлет. Прошли те времена, когда можно было найти клубни картошки. Скоро и этой капусты не станет. Что делать дальше, не знаю. Были несколько раз у нас праздничные ужины, когда отцу удавалось поймать рыбку или зайца в силок. Это были славные дни, казалось к нам возвращается жизнь на миг, даже отец выходил из состояния скорби и радовался.
Но редкое исключение не делало погоды. Нас ждала неминуемая смерть. Пришел отец с братиком, им не удалась рыбалка сегодня. Отец еще мог иногда кого то поймать, а брату это не удавалось ни разу.
- Ну не расстраивайтесь, завтра чего-нибудь раздобудете, садитесь кушать. Я приготовила капустные котлетки!
Брат с аппетитом ел, отец не спеша, я съела пару штук, растягивая удовольствие.
- Братик, это твои, доедай.
Он с сомнением глянул на меня.
- А ты? Ты же почти ничего не ела?
- Да я пока готовила, нахваталась. Не переживай.
Брат с сомнением глянул на отца. Тот кивнул одобрительно, и братик умял последние крохи нашей трапезы.
- Я пойду на пруд, покупаюсь перед сном.
- Иди дочка, иди.
Теплая, прогретая водичка, я с радостью поплавала. Вышла на берег за прихваченной плошкой с раздавленным мыльным корнем. Помыть волосы и прополоскать сарафан. Пока он просыхал, брошенный на траву, я тоже легла голышом на мягкую травку. Можно подсохнуть, загорая в лучах заката и помечтать. Помечтать о том, чего никогда не будет.
Свой дом, семья, дети. Муж. Какой он мог бы быть у меня? Ну наверное мужественный. Большой, сильный, но не такой простоватый как мой брат. Нет, у меня был бы умный муж. Он бы имел хорошую профессию, мы бы жили в достатке, не голодали. А вечером... он бы тискал меня своими сильными руками. Большие ладони гуляли бы по моему телу, ощупывая во всех местах. Он бы сжимал, гладил и мял меня, не спеша, по- хозяйски. Да мой муж так бы и обращался со мной. Сильно, но не грубо. Нет, по- хозяйски. Мне понравилось это выражение. Я погладила левой рукой себе животик, а правой грудь. Как будто это не мои, а чужие руки гуляют по моему голому телу. Приятное чувство. Ах, если бы это было взаправду! Пальцы сжали затвердевший сосок, приятно его мять и давить. Боль сладкая и щемящая. Я вспомнила детский случай.
Три года назад, когда еще все было хорошо. Соседские, более старшие ребята позвали играть у себя во дворе. Играли- играли и они прижали меня на лавочке с двух сторон. Я не могла вырваться, и еще не понимала, что они хотят. Бесстыдные руки шарили у меня по телу. По голым коленкам, по плечам, мяли тогда еще не налившуюся грудь через платье. Я раскраснелась как помидор. Мне было жутко страшно и приятно. Расстегнули платье по пояс и стали щипать за соски. Как это было в первый раз! Пацаны тоже раскраснелись от своих наглых действий и решили идти дальше, полезли между ног. Я опешила от такого хамства. Страх предал мне силы, я вырвалась из ослабевших рук и заорала на них, что есть мочи.
Хотя, брату наверное не надо было говорить, что меня обижают. Тот просто и без затей, подбил одному и другому по глазу, на этом попытки домогательства с их стороны прекратились. Жаль...
Теперь нет ни одного, ни другого. Никого уже почти не осталось. Если в бывшем нашем многолюдном селе, можно было выбрать из претендентов. Тем более мне, как внучке хозяина и дочери управляющего! Все, не быть мне за мужем, никто не будет меня любить и тискать крепкими руками, не родить мне детей, и не жить счастливо. Сколько продлится еще наше существование? Месяц, два?
Убрала руки от опухших сосков. Настроение испортилось. Приятно уже не было, надела сырой сарафан на голое тело, и пошла в нашу берлогу, надо попытаться выспаться. Хотя это и не удастся, скорчившись от холода не сильно отдохнешь. Самая приятная часть дня у меня проходила на пруду. Когда обмывшись, лежишь в травке, сохнешь и тискаешь сама себя.
Сон- полубред оборвался под утро. Я всем телом почувствовала теплую волну, которая прокатилась через меня.
- Отец, что это было? Ты тоже почувствовал?
- Не знаю, но мы наверное будем жить. Замок обрел нового хозяина.
У меня все оборвалось от этих слов. Я тайно надеялась, что однажды дедушка вернется, и мы заживем как раньше. Пусть он никогда не интересовался моей судьбой или судьбой брата, только признавал отца бастардом, но для неплохой жизни нам хватало и этого! И теперь этому не быть. Он точно умер! От грустных мыслей меня оторвал стук по стене и крик.
- Тук-тук выходим, строимся!
Прямо скажем не богатырь. Пока щуплый мальчик, невысокого, с меня роста, рассматривал нас, я украдкой изучала его. Отец сразу признал в нем хозяина, сомнений у меня тогда тоже исчезли. Но вместо ожидаемого мной великана с руками- лопатами, нам достался молодой господин, у которого только-только молоко на губах обсохло.
Мальчик требовал с отца сапоги. Но нельзя дать того, чего не имеешь. Лицо у него доброе, можно сказать простоватое, но он пытается придать ему грозный вид, это меня немного смешило. Я стала Варварой. Как то странно. Раньше была дочкой, дочкой старосты, сестрой. А теперь стала Варварой. Почему у меня раньше имени не было? Я даже не задумывалась об этом! Меня это открытие поразило и озадачило. Он назвал меня красавичной! Вот это да! Эта пигалица меня заметила! Хотя тут других девушек и нет. Отдает распоряжения, всех озадачил и ушел на рыбалку с папкиным удилищем. Хорошо если не поломает, неумеха. У отца не всегда получается рыбу поймать, а он куда лезет?
Брат, теперь с именем Семен, повел его к пруду. Отец посмотрел на меня жалобно.
- Дочка.
- Да, папенька.
- Дочка послушай, я знаю, ты у нас в семье самая умненькая. Но я пожил по-больше, послушай моего совета.
Я кивнула головой.
- Я тебя слушаю, отец.
Тот опустил глаза к полу.
- Ты сама видела, какой разбойник нам достался в хозяева, все схватывает на лету. Денег у него пока нет. Чувствую работать будем, не разгибая спины.
- Ну это же хорошо, жизнь может наладиться, хоть голодать не будем!
- Это да, но я не о том... ты одна женщина осталась. Понимаешь?
- Да, и что?
- Дочка, пока он себе наложницу не купит. Может к тебе приставать, понимаешь? Выбирать то ему не из чего!
- Я поняла тебя, обещаю руки наложу, но не дамся. Чести своей не уроню.
Отец вздохнул. Тяжело посмотрел на меня.
- Не буду тебе говорить чем это обернется. Ты знаешь, за нас с Семеном не переживай, я за тебя думаю. Поверь, лучше быть живым. Хоть как-то, но живым! Ты не перечь, делай все, что тебе скажет.
- Отец, как ты можешь такое говорить?
- Могу, все неважно. Главное, чтобы ты выжила! Потерпи первое время, потом у него другие увлечения появятся, он про тебя забудет.
- И кому, я потом, опозоренная нужна буду?
- Все устроится, милая. Главное голову сохранить. Пообещай мне, что ты будешь умницей!
Я с трудом выдавила из себя обещание. Вернулся брат, отец поцеловал меня, и они ушли заготавливать лес. Как в бреду, я занялась порученной уборкой. Надо было и самой догадаться заняться этим раньше. Но эта мысль не приходила мне в голову. Мы жили как-то заторможено.
Боялась того, что может случится между мной и господином. В голове проскальзывали картинки. Как он входит в нашу хижину, бросает меня на наш стол, за которым мы едим, рвет на мне одежду. Я вырываюсь и кричу, зову на помощь. Но меня никто не слышит. Отец с братом далеко в лесу. Мальчишка не только лапает меня где хочет, нет происходит самое страшное, он лишает меня девственности! По крышке стола течет моя первая кровь. Жуть! Я встряхнула головой, отгоняя это видение. Вырываться мне тогда пришлось бы в пол силы, а так чувствую хоть и голодная, я его сама заломаю. Уж очень он слабый на вид.