Страница 47 из 105
Тео какое-то время молчал.
— Мне нужно пойти домой и переодеться, — сказал он наконец. — Можно мне потом к вам присоединиться?
— Мы встречаемся на углу Кэнэл-стрит. В шесть часов, — сказал Джек.
Тео кивнул.
— И что мы скажем Хини?
— Ничего, как и он нам, — мстительно проговорил Джек. — Но после всего этого у нас у всех возникнут проблемы. Полагаю, нам придется на какое-то время уехать из города.
Глава 18
— Джек, а кто еще будет с нами? — спросил Эдгар, когда мужчины собрались на углу Кэнэл-стрит в шесть утра. Температура была ниже нуля, и изо рта шел пар. Все сбились в кучку возле фонарного столба.
— Богатый парень по имени Тео, — кратко ответил Джек. Он уже жалел, что предложил Тео к ним присоединиться, потому что тот мог стать обузой. — Бет с ним встречается.
Все пятеро друзей Джека работали на бойне и ни разу не пересекались с Хини или Фингерсом. Они были крупными и мускулистыми, в возрасте от двадцати до двадцати пяти. Но единственным урожденным американцем из пяти был Эдгар. Все остальные были иммигрантами, как и Джек: швед Карл, итальянец Паскуале, поляк Тадеус, которого все звали Тедом, и немец Дитер.
Они подружились на работе. Их дело было тяжелым и жестоким. В любой момент мог произойти несчастный случай, поэтому им необходимо было полагаться друг на друга. Джек однажды отбросил Карла с пути разъяренного быка, а всем другим тоже было кого благодарить за своевременное предупреждение или за помощь, оказанную после случившегося несчастья. Все работники бойни соблюдали негласное правило: если кому-то из них требовалась поддержка, другие ее оказывали.
Джек вместе с остальными предложил свою помощь, когда младшую сестру Теда, которая возвращалась домой после урока танцев, изнасиловали. Один из насильников так больше и не смог ходить, не говоря уже о том чтобы осквернить еще какую-нибудь женщину, двое других отделались примитивной формой кастрации.
Джек знал, что может положиться на товарищей, ведь они не только знали, что он неравнодушен к Бет, но и слышали, как она играла у Хини. Когда он по очереди обошел их, то его приятели ограничились вопросом «когда?». Они все подготовились и пришли с дубинками, спрятанными под одеждой.
К собравшимся подошел Сэм, желтый от страха, как китаец в свете газового фонаря. Джек коротко представил его остальным и сочувственно похлопал по плечу. Он видел, что Сэм не боец и что он боится.
Наконец прибыл Тео. Он был одет в одежду простого рабочего. Джеку стало интересно, где тот ее взял, потому что он сомневался, чтобы Тео когда-либо работал. Его также интересовало, откажется он участвовать или нет. Но через час или два они все узнают, чего он стоит.
Джек представил Тео, а затем собрал всех вокруг себя, чтобы можно было говорить тихо.
— Цель нашего рейда — напугать людей, чтобы они признались, где держат Бет, — начал он. — Кричите, толкайтесь, но не пользуйтесь дубинками. Они только для тех, кто встанет на нашем пути, а не для бедняг, живущих в лачугах.
— Они не захотят нам ничего говорить. Хоть они и пропащие люди, но у них есть закон не выдавать других. И кроме того, они почти весь день проводят на улицах, так, может, кому-нибудь из них удалось увидеть Бет?
— И наконец, осторожнее с детьми. Их здесь целые сотни. Это все равно что наступить на муравейник. Мы не должны ранить кого-нибудь из них, иначе это будет на нашей совести.
— Мы пойдем все сразу? — спросил Карл, большой белокурый швед.
— Нет, сначала пойду я с Паскуале и Дитером, чтобы объяснить итальянцам и немцам, чего мы хотим. Остальные пускай стоят у дверей и не выпускают никого из здания. У меня есть деньги, чтобы предложить их в качестве вознаграждения за информацию, так что смотрите в оба, чтобы не пропустить кого-либо, чье поведение или вид говорят вам, что они о чем-то знают.
Джек вручил Сэму запасную дубинку, зная, что тот и не подумает об оружии. Он заметил, что Тео пришел с крепкой тростью. Джек удивился: он ожидал, что тот возьмет нож. Джек шел впереди, Сэм рядом с ним, а остальные следовали по пятам.
После столпотворения и шума, царившего здесь вчера, было странно видеть эти улочки опустевшими и мирными. Приятели миновали многочисленных пьяниц, лежавших без чувств на промерзшей земле. Джек мимоходом подумал о том, сколько из них уже никогда не поднимется: он знал, что из тех, кто умирает зимой, большинство просто замерзают до смерти.
Иногда тишину нарушали храп и детский плач, отовсюду доносилась возня вездесущих крыс.
Приятели начали с Блайнд-Мэнс-корт. Паскуале зажег принесенную с собой лампу. Как и ожидал Джек, на парадной двери не оказалось замка, как и на двери первой комнаты, в которую они ворвались. Когда Паскуале поднял лампу, стало видно, что в комнату набилось не меньше пятнадцати человек.
— Где девушка?! — вопил Джек, тыкая в тела дубиной. — Говорите немедленно!
Люди один за другим поднимали головы, моргая от света лампы. Закричала женщина, выругался мужчина, но Джек упорно продолжал расспрашивать.
— Вчера сюда кто-то силой привел девушку, — сказал он. — Это произошло примерно в шесть вечера. Вы ее не видели?
Услышав голоса соотечественников, Паскуале повторил слова Джека по-итальянски. Это спровоцировало поток слов, и Джек вопросительно посмотрел на Паскуале: хоть он и выучил несколько фраз на итальянском, но не мог понять, о чем идет речь.
— Они говорят: «Уходите, мы ничего не видели. Вы зря нас разбудили».
— Ты им веришь?
Паскуале кивнул.
— Давайте лучше попытаем счастья в следующей комнате.
Они прочесали весь дом, увидели более двух сотен людей, от младенцев до стариков, но так ничего и не выяснили. Некоторые парни помоложе вскакивали и убегали на улицу, где их встречали Эдгар, Карл и Тадеус и задавали вопросы. Но этих людей заставляло бежать не чувство вины, а животный инстинкт. Судя по всему, облавы в этом районе обычно заканчивались тюрьмой для некоторых его обитателей.
Когда приятели уже собирались перейти к следующему дому, поднятый ими шум встревожил почти всех жителей небольшого двора, и друзьям Джека пришлось преграждать им дорогу. К счастью, было темно и холодно и большая часть людей была так напугана видом дубинок, что вскоре снова исчезла внутри.
— Джек, ее сюда не приводили, — сказал Тео, когда они побывали в каждом доме, обследовав их от подвала до чердака. — Я еще никогда не встречал столь жалких людей. Ты видел, как они ободрились, когда мы сказали им, что просто собираем информацию! Если бы они что-нибудь знали, то непременно рассказали бы нам.
— Будем надеяться, что на Боттл-аллей нам повезет больше, — устало сказал Джек.
На Боттл-аллей ситуация повторилась, за тем исключением что у аллеи оказалось два выхода и им сложнее было сдерживать людей, которые, толкаясь, лезли из домов, чтобы посмотреть, что там происходит. К тому времени как они обошли половину домов, на улице рассвело и им стали мешать прохожие, которые часто останавливались, чтобы спросить, что здесь происходит, или же просто стояли и наблюдали за ними.
Сэм выглядел так, словно вот-вот потеряет сознание. Ему трудно было иметь дело с таким количеством людей, особенно после двух бессонных ночей.
Джек тоже устал. Ему по меньшей мере тысячу раз пришлось задать одни и те же вопросы. Иногда ему хотелось пустить в ход дубинку, только чтобы добиться хоть какой-то реакции кроме пустых взглядов. Некоторые старухи, кутаясь в шали, протягивали в их сторону руки, выпрашивая милостыню. Многие мужчины выкрикивали угрозы, а дети постоянно крутились рядом и путались под ногами.
К удивлению Джека, Тео прекрасно ладил с детьми. Большинство из них говорили по-английски или хотя бы знали язык настолько, чтобы на нем общаться.
Тео принялся за дело, задавая вопросы, ободряя и обещая вознаградить за информацию.
— Иди сюда, Джек! — неожиданно позвал он.
Джек проложил себе путь сквозь толпу и увидел рядом с Тео девочку лет шести-семи. Она ничем не отличалась от других детей: болезненно бледная, с тусклыми волосами и темными глазами, слишком большими для такого маленького лица. На ней было только изорванное платье, ноги оказались босыми и грязными, а грудь крест-накрест опоясывала шаль, завязанная узлом на спине.