Страница 104 из 105
— Я думала, что ты бросил меня и отправился в Ном, — вырвалось у Бет. Теперь ей было стыдно за то, что она в нем усомнилась. Кровь и грязь на одежде Джека, а также его усталость свидетельствовали о том, что он рассказал правду.
— Как ты могла такое подумать?! — воскликнул он. — Разве ты не знаешь, что ты для меня дороже всего на свете? Я не променял бы тебя и на тонну золота. Я люблю тебя, Бет.
— Но ты забрал свои инструменты и деньги, — сказала она слабым голосом. — Что я могла подумать?
— Я взял инструменты на случай, если они мне понадобятся, — ответил он. — Но я не брал денег. Они лежали в сейфе в «Фэйрвью».
Джек сунул руку под рубашку и вынул мешочек с деньгами.
— Я положил их в сейф, после того как дал тебе деньги на платье. В городе стало известно, что Оз дал их мне. Я боялся, что нас ограбят.
— Управляющий ничего мне не сказал, — ответила Бет.
Джек хмуро покачал головой.
— Вот мерзавец, — прошипел он. — Бет, он надеялся, что я не вернусь и тогда он сможет забрать их себе. Мое появление его здорово удивило. Я летел сюда как ветер, даже не успел помыться. И я даже не могу тебя обнять, потому что боюсь испортить твой наряд.
— Я принесу воды, чтобы ты помылся. И еще я взяла с собой твою новую одежду, чтобы никто не догадался, что ты от меня сбежал.
Джек улыбнулся.
— Сбежал от тебя! Да я бы бросился вплавь догонять пароход, если бы понадобилось!
Напряжение и боль, пережитые Бет, постепенно отступали.
— А как Оз?
— Он поправится. Рану нужно было зашить, а конная полиция уже ищет типов, которые пытались его убить. К счастью, он оставил все свои деньги в банке Доусона. И даже мешочек с найденными мною самородками привязал к ошейнику Флэша.
— Но почему собаки его не защитили? — спросила она.
— Мы с Вилли тоже удивились. Но по пути в больницу Оз пришел в сознание и рассказал о том, что пил с двумя типами, которых считал приятелями, у них в хижине почти в миле от дома Вилли. Он привязал собак снаружи. Наверное, эти головорезы подумали, что деньги у Оза с собой, и напали на него из жадности. Но, ничего не отыскав, сбежали, а Оз выполз из хижины и отвязал собак.
— Приятели! — воскликнула Бет. — Если бы собаки не оказались такими умными, он бы там умер.
Бет принесла Джеку ведро воды. Ополоснувшись, он сразу обнял ее и поцеловал.
— Я бы хотел показать тебе, как сильно тебя люблю, — тихо сказал он. — Но боюсь, после двух бессонных ночей не смогу быть убедительным.
Когда Джек уснул, Бет вышла на верхнюю палубу, чтобы полюбоваться рекой. Она слышала, что название «Юкон» на индейском наречии значит «Великий». По мнению Бет, оно прекрасно подходило реке, ведь она достигала более двух тысяч миль в длину и то превращалась в глубокие и узкие быстрины, проходя сквозь каньоны и ущелья, то разливалась на мили, выбравшись на равнины. На быстринах стекающая с ледников вода была такой холодной, что упавший за борт человек мог погибнуть только от переохлаждения или же его сразу затягивало на дно сильным и опасным течением.
Но все равно река была прекрасна. Ее воды становились то изумрудно-зелеными, то бирюзовыми. На отмелях в реку по колено заходили карибу и лоси, чтобы напиться. На спокойной глади плавали гуси и утки, а на крутых берегах селились ласточки.
Бет любила эту реку и зимой, когда толщина льда достигала четырех футов, а они с Джеком мчались на санях, запряженных Флэшем и Сильвером, по его неровной поверхности.
Бет оглянулась на других пассажиров, сидящих на палубе среди багажа. Ей стало грустно, ведь они не видели красоты этой страны, а только жаждали от нее богатств.
Приезд сюда стал для Бет хорошим уроком. За эти два года она многому научилась и пережила больше, чем за всю свою жизнь в Англии или даже в Нью-Йорке. Теперь Бет могла жить в любых условиях, готовить еду из чего угодно и знала, что человеческое тело намного выносливее, чем кажется.
Но самый важный опыт она вынесла для себя сегодня. Бет поняла, что знает себе цену и может быть независимой.
Мысль о том, что Джек сбежал и бросил ее, ужаснула и расстроила Бет. Но она не боялась остаться одна.
Вчера вечером, пакуя вещи, она почувствовала, что очередной период ее жизни подошел к концу и ей не остается ничего другого, как начать новый. Бет знала, что по приезде в Ванкувер самостоятельно найдет себе жилье и работу. Она не пропадет.
Ее не испугала даже перспектива самой растить ребенка. Скорее всего, она бы назвалась миссис, но для удобства, а не потому, что ей было стыдно. Бет знала, что она хороший музыкант и никогда не останется без работы.
Конечно, возвращение Джека обрадовало ее и принесло облегчение. Но в некотором роде Бет даже рада была этому случаю, ведь он помог ей разобраться в себе и осознать, что она стала сильной, уверенной в себе и самостоятельной женщиной.
— Когда же мне рассказать ему о ребенке? — прошептала она, обращаясь к самой себе, и положила руку на живот. Бет не сомневалась в своей беременности, но, наверное, лучше было подождать, что скажет доктор.
Джек проснулся только на закате. Когда Бет вошла в каюту, он открыл глаза и улыбнулся.
— Уже лучше? — спросила она, наклоняясь, чтобы погладить его по щеке.
— Да, ведь теперь я с тобой рядом, — сказал он, целуя ей руку. — Я испугался, что ты уедешь без меня. Мне пришлось бы несколько дней ждать следующего парохода, и я не смог бы с тобой связаться.
— А я бы не стала встречать каждый корабль в надежде, что ты там окажешься, — поддразнила Бет.
Он улыбнулся, глядя ей в лицо.
— Рано или поздно я бы тебя выследил. Я бы расклеил по всему Ванкуверу плакаты со словами: «Разыскивается Цыганская Королева, играющая на скрипке. Награда за любую информацию».
— А что мы будем делать, когда туда доберемся? — спросила она, осторожно отодвигая Джека, чтобы сесть рядом с ним на койку.
— А что захочешь, — ответил он. — Мы можем сесть на другой корабль в Калифорнию, чтобы провести всю зиму в тепле. Нью-Йорк, Филадельфия, Константинополь, Париж или Рим — мы можем отправиться куда ты только пожелаешь. А чем ты хочешь заняться?
— Просто быть с тобой, — сказала она. — Жить в теплом тихом доме с кухней и ванной. Я хочу все вечера проводить только с тобой.
Джек вопросительно на нее посмотрел.
— И никаких грандиозных планов вроде нового салуна? Магазина, гостиницы?
Она покачала головой.
— Но у тебя все равно что-то припрятано в рукаве? Я это чувствую!
— Возможно, — ответила Бет, ложась рядом и обнимая его. — Но сейчас мы лежим здесь вдвоем на этой крошечной койке. Так что нужно пользоваться моментом.
Благодарности
Я хотела бы поблагодарить всех, кто помогал мне в моем исследовании Клондайской золотой лихорадки.
Малколм Лэтчем очень помог мне с информацией об игре на скрипке и народной музыке того времени. Спасибо, Малколм, благодаря вам я пожалела, что мои познания ограничиваются «Twinkle, twinkle little star»[8].
Большое спасибо Патрику Гриффину из «Вексес трэвеллерс клаб», который занимался подготовкой сложного маршрута, повторяющего путь моей героини на Аляску и дальше в Доусон в Канаде. Его знания, энтузиазм и чувство юмора очень облегчили мне путешествие.
Я читала о Золотой лихорадке и о людях того времени все, что попадало мне в руки. Но все же хочу особо выделить две книги. «Клондайк, последняя великая “золотая лихорадка”» Пьера Бертона, ведущего канадского историка, оказалась просто чудесной. Восхитительная, на удивление образная книга, которую стоит прочитать каждому, чтобы в полной мере осознать безумие Золотой лихорадки. Затем «Путешествие на Клондайк» этого же автора — фотоэссе на данную тему. Легендарные фотографии и их описания заставляют с головой окунуться в историю.
Особая благодарность гостинице «Бомбей Пэггис», в которой я останавливалась в Доусоне. Это бывший бордель, хозяевам которого удалось воссоздать обстановку и фривольную атмосферу тех лет, при этом обеспечивая постояльцев современным комфортом и оказывая им теплый прием.