Страница 7 из 8
— Для чего я вам нужен? — не понял Кукушкин.
— Ни для чего, — рассмеялся парень. — Ты хотел иметь два гектара райской земли. Бери, пожалуйста, нам не жалко. Строй себе дом, мы поможем, забирай отсюда жену и сына. И будьте счастливы вечность.
— А как же война? — растерялся Кукушкин.
— Далась вам эта война, — улыбнулся Авель. — Райцы всё равно победят. У нас слишком неравные силы. — он запнулся, подбирая слова. — Вы такие упёртые… и не всегда умные… Не понимаете, что вам вовсе необязательно проигрывать. И если придёте к нам с любовью, мы примем вас, — он помолчал и печально добавил. — Но вы не придёте. Надеюсь, хоть тебя удастся уговорить.
— Почему это меня? — насторожился Кукушкин.
— А за тебя попросили хорошие люди, — объяснил Авель. — Они в тебя верят.
— Ты врёшь! — яростно крикнул боец. — У меня нет знакомых в Раю, я не предатель!
— Конечно, ты не предатель, — улыбнулся дикарь. — Будешь помогать землянам. Мы всегда старались что-нибудь сделать для них, ведь ваша земля такая бедная и суровая. Мы посылали вам райский гумус…
— И продавали стограммовые пакетики за бешеные бабки! — возмутился Кукушкин.
Парень, похоже, расстроился.
— Это не мы, — заверил он. — Я в курсе, что райский гумус продавался у вас на чёрном рынке. Но мы тут ни при чём. Мы просто проносили его на вашу территорию и оставляли недалеко от выхода. А торговали им ваши люди. Так ты идёшь? — спросил Авель.
— Нет, — мотнул головой Кукушкин. — Погоди. Я ничего не понял. Вы так поодиночке всю нашу армию переманиваете?
— К глубочайшему сожалению, далеко не всех, — печально вздохнул раец. — Когда есть за что зацепиться, тех вытаскиваем. Но у большинства ваших никаких зацепок.
— И чем же я такой… — Кукушкин замялся. — гад и подлец, что за мной послали?
— Ты не гад и не подлец, — заверил его Авель. — К примеру, мог убить ту старуху, а не стал этого делать, пожалел. Не знал, как выберешься из леса, но целый спальник оставил другу. А себе взял неисправный. Часы отдал, чтобы спасти товарищей. Хотя они тебе дороги. Ты хороший, Саша. И я тебе говорил уже, за тебя заступились. Попросили Белого Бога, чтобы ты спасся. А Он добрый. Стоит только искренне попросить, и он поможет. Зря вы верите не Ему, а Каину.
— Не верю я никакому Каину, — возмутился Кукушкин. — Кто это вообще такой?
— Мой брат, — ответил Авель. — Утекло много воды с тех пор, как Каин со своей женой съели плод запретного дерева, после чего были вынуждены покинуть пределы Рая. Понятно, что среди вас, смертных, людей с коротким отрезком жизни, память о том событии подзабылась и серьёзно искажена. Тем более, что Каин не очень любит, когда эта история рассказывается достоверно. Он вообще любит приврать. И, придя в новый мир, он взял себе прозвище, что было дано ему ещё в Раю — Люцифер. Но настоящее его имя — Каин. Он скрывает его… У него есть на то свои причины. Райцам больно, что дети Каина живут в тяжёлых условиях, мы хотим, чтобы вы все вернулись.
— Это я уже слышал, — нетерпеливо прервал Авеля Кукушкин. — Но как ты ни поймёшь… Если бы вы там, наверху, договорились, я бы не против. Но я не могу предать своих. Мой батальон воюет с Раем. Что же, я буду стрелять по своим?
— Тебе не придётся, — ответил раец. — Твой батальон не дойдёт до Рая. Никто, кроме тех, кого позовут, не сможет до него добраться. Большая волна в Средиземном море потопила несколько ваших судов. А те, кто смогли высадиться в Сирии, уже воюют с американцами. Они так и перебьют друг друга в надежде завоевать Рай.
— Но Гришин…
— Нянька был обманут, — грустно усмехнулся Авель. — Когда ваше командование узнало об истинных мотивах американцев на Ближнем Востоке, оно тут же снарядило армию, даже понятия не имея, как вы до нас доберётесь. Наверное, надеялось, что эти сведения удастся перехватить у американцев. Но всё пошло не так, как думали ваши начальники. И много людей погибло зазря, — райец покачал головой. — Саша, нам торопиться особо некуда, но я чувствую, как у тебя болит нога и ломит тело. Пойдём, мы вылечим тебя, как только ты окажешься в Раю. Подумай хорошенько, ты ведь хочешь, чтобы твоя семья была счастлива?
— Один момент, — остановил райца Кукушкин. — А мой взвод? Старший сержант Петров? Ребята из моего отделения? — боец махнул рукой в сторону забитого снегом выхода из пещеры. — Что будет с ними?
— Увы, твои друзья не попадут в Рай, — ответил Авель. — Им предстоить умереть. И сейчас они не там, где ты думаешь. — раец кивнул в сторону чёрного лаза. — К ним теперь только одна дорога.
— Понятно, — выдавил боец и в пещере воцарилось тяжёлое молчание.
Кукушкин никогда не считал себя храбрым человеком. В глубине души он знал, что трусоват и слаб. Конечно же, он это знание от всех скрывал. Особенно в армии. И втихую завидовал героям, способным вынести пытки врага или лечь на амбразуру дзота. Он бы этого никогда не сумел. Не только ради товарищей по оружию. Наверное, даже ради Маши и Лёшки он не нашёл бы сил пойти на муки или смерть. Нет, он очень любил свою семью, и если бы не было времени думать, спонтанно, может быть, он и справился бы. Случайно. Но он не был героем. И скорее всего, бросил бы их на произвол судьбы, спасая свою шкуру и кляня себя впоследствии всю жизнь.
Теперь перед Кукушкиным был странный выбор. Ему не надо было рисковать жизнью ради Маши и Лёшки. Мало того, противник предлагал им райскую жизнь. И боец не понимал, отчего он медлит. Надо было всего лишь согласиться.
— Ну что же, — мрачно сказал он. — Приятно было с тобой познакомиться, Авель. Ты неплохой мужик. И я искренне рад, что райцы не такие тупые и неразвитые, как про вас рассказывали. Но, — он чуть-чуть помолчал, — мы враги, и мне пора идти.
— Куда? — изумлённо спросил дикарь. — Там пурга, и ты не найдёшь дороги. Сгинешь зазря. И остатки твоего батальона уже в Сирии. А ты считаешься без вести пропавшим. Оно того не стоит, не ходи.
— Ты же сказал, к нашим проход через этот чёртов лаз, — угрюмо произнёс Кукушкин. — Значит, мне туда.
Боец молча стал собирать снаряжение. А голый дикарь сидел у костра и ласково смотрел на него. В его взгляде было столько сострадания, что у Кукушкина запершило в горле.
— Ну, я пошёл, — скупо попрощался он и полез в дыру.
Сначала лаз был узким и тесным, так что боец то и дело боялся застрять в нём, но вскоре отверстие стало расширяться, и через несколько минут Кукушкин уже смог подняться на ноги, хотя и вынужден был идти, склонившись в три погибели. Вскоре он сумел и вовсе выпрямиться. Странно, что несмотря на отсутствие света, боец ясно видел расширяющиеся стены и потолок лаза. Вдруг он услышал сзади какой-то шорох. Кукушкин резко оглянулся. За его спиной стоял улыбающийся Авель.
— Что ты здесь делаешь? Зачем идёшь за мной? — глухо спросил Кукушкин.
— Я обещал кое-кому, что не оставлю тебя. И вернусь только с тобой. И я не собираюсь нарушить данное слово, — объяснил дикарь.
— Да ты меня с кем-то путаешь! — с досадой воскликнул боец. — У меня и вправду нет в Раю знакомых! — он подумал и добавил. — Не было. До сегодняшнего дня.
— Это не так, — мягко возразил Авель. — Ты был маленьким, когда твои мать и отец появились в Раю. Ты их просто забыл. Но они тебя помнят.
— Они умерли, — обиженно сказал Кукушкин. — Если бы мои родители были живы, они не оставили бы меня в детском доме.
— Они очень переживают за тебя, — тихо пояснил раец. — И хоть ты всегда был далеко не самым лучшим человеком, они просили Белого Бога о тебе. А я говорил тебе, Он всегда помогает, когда искренне просят. Но сперва ты должен был пройти этот путь, чтобы знать, что никогда не захочешь сюда вернуться. Те, кто попадают в Рай прежде времени, рискуют повторить ошибку Каина. А ведь не только он пострадал за своё зло…
— Где мои товарищи? — спросил Кукушкин.
— Пойдём, — ответил Авель.
И они пошли по расширившемуся лазу вдвоём. Боец по-прежнему видел стены и потолок пещеры, несмотря на сгустившуюся кромешную тьму. Впрочем, спустя некоторое время, впереди и по бокам забрезжили красные отблески огня. Вокруг раздавался то ли шорох, то ли шёпот — не разобрать. Затем Кукушкин увидел, как кто-то маленький, вертлявый и чёрный пробежал прямо у него перед ногами. Потом ещё и ещё. Что-то шевелилось вокруг, шипело, свистело. Авель, казалось, ничего этого не замечал и уверенно шёл вперёд. А вокруг стали возникать страшные картины. Какие-то неведомые существа терзали незнакомых Кукушкину людей, и те стонали, рыдали, кричали. Их было очень много. Неужели танкисты попали сюда, и тоже мучаются среди этой толпы? Уродливые чудовища кровожадно скалились на Кукушкина и его спутника, но пропускали их вперёд.