Страница 8 из 31
Эльф нахмурился и снова потянулся за мечом, однако снова замер. Он начал было говорить, но взгляд его упал на почерневшую и обугленную землю менее чем в пяти футах перед ним. Именно туда ударила молния. Рядом с ним — внутрь пещеры.
— Следующая не промахнётся, — уверено предупредила Элбис.
Все еще хмурясь, странный эльф развернулся и вышел прочь из нашего укрытия.
Женщина повернулась ко мне.
— Давай поужинаем? В конце концов, это — твой день рождения.
— Кто это был? — спросил я.
Мне хотелось узнать и про молнию. Элбис рассказывала мне, что молния предпочитает бить в самый высокий объект, но мы находились в пещере у подножия холма, в окружении больших деревьев. Тем не менее, разряд нашел свою цель. Но женщина, казалось, не волновалась. Так что я нашел утешение в её уверенности.
— Тебе не стоит о нем переживать, — ответила она. — Просто старый знакомый.
Она махнула рукой и произнесла несколько слов. Внезапно, старая плита, служившая нам столом, покрылась яствами — сладкими, созревшими на солнце лесными фруктами, и совсем уж редким деликатесом: густым, сладким кремом.
Я набросился на еду. Прежде, чем присоединиться ко мне, Элбис некоторое время постояла у входа в пещеру, прислушиваясь к пению дождя.
Несмотря на дождь, воздух был темной, и, как всегда, моя компания была приятной. Элбис тепло улыбалась и радостно смеялась, и наши друзья — маленькие лесные существа — присоединялись к нам всякий раз, когда мы устраивали пиршество. Особенно я любил бурундуков и белок. Маленькие грызуны бегали по стенам нашей пещеры, словно гравитация не действовала на них. Но один из бурундуков любил меня особенно — или он любил те ягоды и орехи, которые я приберегал со своих приемов пищи, чтобы разделить с ним. Он схватил ягоду, лежавшую на нашем каменном столе, и нырнул в угол, чтобы съесть её. Его смелость рассмешила меня, и я бросил зверьку еще несколько ягодок.
Дождь продолжался даже после наступления темноты. К тому времени еда исчезла — все мы давно были сыты. Животные разбежались, чтобы скрыться в собственных убежищах. Я отправился спать в свою мягкую кровать.
Я не смог понять, во сколько проснулся. Была ночь, дождь продолжался. Быть может, он даже усилился, и огонь в печи погас. Элбис сидела у двери, глядя в лес. Что-то было не так — но я не смог сразу определить, что именно.
Лес был слишком ярким. Казалось, оранжевый свет льется со всех сторон, несмотря на дождь и поздний час. Я вылез из кровати и пополз к выходу из пещеры.
Зрелище, представшее перед моими глазами, стало самым страшным из всего, виденного мною ранее. Языки пламени вздымались сквозь дождь. Со всех сторон лес горел. Вопли существ, живших в нем, пронзали воздух. Я взял руку моей опекунши, но холодный пот, покрывавшие её ладонь, едва ли мог помочь мне успокоиться. Взглянув в лицо Элбис, я понял, что глаза женщины закрыты.
Я тоже закрыл глаза, не уверенный в своих действиях. Сосредоточившись на звуках, я уже через мгновение понял, что слушала женщина. Голос.
— Выходи из своей пещеры, ведьма, — говорил он. Это был тот же голос, что я слышал раньше. Голос странного эльфа. — Выходи из своей пещеры, посмотрим, кто сильнее. Или сиди и жди, давая мне сжечь весь лес вокруг.
Я открыл глаза и посмотрел на Элбис. Синяя сойка села на её плечо, прошептала несколько нот и снова метнулась назад, в горящий лес. Элбис повернулась ко мне. На её лице застыло незнакомое выражение — страх.
— Давай, Счастливое Дитя, нам нужно бежать из этого места, — она откинула свой плащ и схватила меня за руку. Вместе, мы выскочили под дождь.
Ветер усилился. Страх, который сжимал мою грудь с того момента, как пришел незнакомец, только усилился, наполняя все мое тело. Руки онемели от холода, мышцы ног заболели, как только Элбис толкнула меня, заставляя двигаться быстрее, чем когда-либо.
Спустя некоторое время, я дернул её за руку.
— Прошу, мы можем остановиться и отдохнуть?
— Пока нет, — сказала женщина. Она заставляла меня бежать быстрее, уходя глубже в лес. Казалось, прошли часы прежде чем она внезапно и без всяких объяснений замедлила свой шаг, держа путь к на сосне, обвитой виноградными лозами.
Она указала на густые ветви.
— Туда, Счастливое Дитя. Теперь ты отдохнешь.
Я вздохнул и плюхнулся на сосновые иглы. Наклонившись, я потер свои ноющие ноги.
Элбис совершала круговые пассы руками над моей головой. Когда она закончила, я почувствовал, что моя кожа стала колючей. Она изменяла цвет, становясь темнее и грубее, пока не стала похожа на ствол дерева.
— Не двигайся, — нежно сказала мне Элбис. — И не кричи. Завтра найди дорогу и иди по ней. Кто-то найдет тебя. Животные помогут.
Я с трудом сглотнул и сделал глубокий вдох.
— Но ты ведь вернешься, не так ли? — спросил я, стараясь не заплакать.
— Если смогу, — улыбнулась она. — Ты — Счастливое Дитя, помнишь? Все будет хорошо. С тобой всегда происходит лучшее.
Её улыбка исчезла, и она повернулась к лесу, который сгорал в огне. Я представил себе голос эльфа, эхом разносящийся вокруг нас.
Я следил за тем, как она отошла и присела на четвереньки. Её конечности утолщались и удлинялись, а одежда растворилась в мехе.
Вскоре вместо женщины в лес шагнула большая бурая медведица. Она сердито ревела, призывая странного эльфа встретиться с нею лицом к лицу.
Когда Элбис исчезла, я наконец позволил слезам течь свободно. Но только лишь мгновение. Затем, я сделал так, как мне было сказано — нырнул в корни сосны и вскоре уснул.
Глава восьмая
— Проснись, дитя, — по непонятной мне причине голос человека казался утешающим. — Проснись, малыш. Нам нужно уходить, да побыстрее.
Я открыл глаза. Дождь так и не закончился, хотя ливень превратился в изморось. Небо было черным, как смоль. Темноту озарял лишь свет факела, мерцавшего в руках человека.
Мужчина схватил меня за руку и попытался поставить на ноги.
— Ну же, — повторил он, — мы должны спешить.
Я выдернул свою руку и покачал головой.
— Я останусь тут до рассвета, а потом двинусь по дороге, если Элбис не вернется.
При упоминании этого имени человек поморщился.
— Элбис не вернется, дитя. Ты должен идти со мной. Я позабочусь о тебе.
— Но где она?
В глубине души я уже знал ответ. Она отправилась вслед за моей семьей. Я проглотил ком, вставший в горле.
Человек снова поморщился. Несколько раз он пытался начать говорить, и, в конце концов, ему удалось выдавить одно слово. Голос мужчины прозвучал надтреснуто.
— Ушла.
И в этом слове была какая-то странная завершенность. Он снова протянул руку.
— Идем. Прежде, чем он вернется, мы должны быть далеко.
По какой-то неведомой причине я больше не боялся. Стоило мне взглянуть в лицо человека, когда я упомянул имя Элбис, и стало понятно, что ему можно доверять. К тому же, мысль об одиноком пути пугала меня куда больше, чем незнакомец, который обещал присмотреть за мной.
Я взял его за руку. И он потянул меня, заставляя подняться на ноги. Затем, он взял меня на руки и отнес к лошади. Он помог мне забраться в седло, а затем изящно скользнул позади меня, беря вожжи и направляя животное вперед.
— Ты уже ездил верхом?
— Нет, сэр, — я провел рукой по гриве животного. Она оказалась на удивление густой и грубой.
Человек нежно погладил белый мех лошади.
— Это Дымка. И во всем Фаэруне ты не найдешь более преданного друга, — сказал он.
Кобыла и правда была красива, её шкурка сверкала под дождем и была теплой на ощупь. Я чувствовал в ней что-то иное. Она была не похожа на тех зверей, что я знал в Высоком Лесу. От лошади исходила магия.
— Куда мы направляемся, сэр? — нерешительно спросил я. Элбис рассказывала мне, что мир — это огромное место, но не давала никаких подробностей. Мир, который я знал, был ограничен стенами небольшой пещеры в укромной роще, расположившийся посреди Высокого Леса. Но это место пропало, и теперь я ехал навстречу неизвестности. Я сильнее сжал темно-синий плащ незнакомца.