Страница 44 из 70
— Садись, — прошептал он снова, притягивая мои бедра к себе. Медленно я опустилась на его член, ощущая каждый сантиметр, скользящий в меня все глубже и глубже. Я не знала стоит ли смущаться от того, что на этот раз ему не понадобилась смазка, или нет. Он легко скользнул в меня и, поджав губы и зашипев, придержал меня. Если бы он не держал меня за бедра и не направлял мои движения, уверена, я бы просто сидела на нем.
— А-а-ах, Макайла, — простонал Блейк, вернувшись в сидячее положение. Его руки продолжали раскачивать меня, пока он дразнил и мучил меня своим языком везде, где мог дотянуться. За исключением моих губ. Я все еще отворачивалась от поцелуев. Это было достаточно плохо. Каждый раз, ловя себя на том, что двигаюсь без его помощи, я ругала себя. Эротические образы, отражавшиеся в стекле, тоже заставляли меня корить себя. Я старалась не выражать никаких эмоций, не показывать никакого удовольствия, я боролась с желанием расслабиться, отпустить все мысли и уткнуться сосками в его губы. Мысленно я говорила ему не останавливаться, но черта с два я произнесла бы это в слух.
— Кончи со мной, — взмолился Блейк, снова ложась на спину.
Его руки продолжали направлять меня, пока его взгляд следил, как наши тела соединялись воедино. Именно так моя мама называла это, когда объясняла мне про секс. Я всегда думала, что это романтично, но в настоящий момент - это было не совсем так. Блейк наблюдал за тем, как он скользил в меня и обратно.
— Я не могу, — заверила я его.
— Нет, можешь. Продолжай двигаться, — сказал он, поднимая свои бедра навстречу моим. Он двигал бедрами, раздвинув мои губы. Большим пальцем он обвел мой клитор, и перестал двигаться; я сделала то же самое. — Продолжай двигаться, — сказал он, толкаясь в меня снова. У меня не получалось делать так, как он, когда скользил в меня и обратно, но я продолжала двигаться, раскачиваясь взад-вперед на его члене. Наши тела врезались друг в друга, но я боялась сделать что-нибудь еще. Блейк снова стал работать над моим оргазмом и перестал двигать бедрами. Он старался, действительно старался. Просто я не могла. Ощущения были потрясающими, я чувствовала, что он все ближе и ближе, но я так и не достигла пика.
— Черт побери, Макайла. Кончай.
— Просто сделай это, Блейк. Я не могу.
Блейк воспринял это, как выход, и перевернул меня на спину. Я смерила его недобрым взглядом, когда увернулась от его очередной попытки поцеловать меня. Он зарылся лицом в мою шею, ухватился руками за мою задницу и стал вколачиваться в меня быстрыми, неглубокими толчками, пока не издал самый эротичный и сексуальный звук, когда-либо слышанный мной. Он замер внутри меня и поцеловал меня в шею, а я ждала и ждала.
— Ты ведь не умер, правда? — наконец спросила я.
Он засмеялся и сдвинувшись, оперся на локоть.
— Думаю, да. Я в раю. — я нахмурилась и попыталась отодвинуться от него. Мой побег был остановлен еще до того, как я повернулась на бок. — Куда ты собралась? Тебе не обязательно уходить, — сказал Блейк, положив руку мне на живот. Я отодвинула ее и вскочила на ноги.
— Почему? Мы ведь закончили, так? — спросила я, натягивая через голову кофту, а затем вскакивая в шорты. Я пропустила нижнее белье. Просто хотела побыстрее убраться подальше от Блейка.
— Ну, ты можешь остаться ненадолго со мной.
— Я не хочу. Я помню твое обещание насчет Пи.
— Почему это для тебя так важно?
— Потому что. Что с ней будет, когда я уеду? Кто-то должен ее любить.
— Я люблю ее. И что ты имеешь в виду? Куда ты собираешься?
— Я не могу остаться здесь навсегда. Я бы хотела добавить в свое резюме нечто большее, чем няня тире секс рабыня.
— Перестань так говорить. Ты не секс рабыня. Никто тебя ни к чему не принуждает. Если бы ты была моей секс рабыней, то была бы привязана к моей кровати с кое-чем, вибрирующем в твоей киске.
Я покраснела при упоминании слова на буку К. Зачем ему нужно говорить такие вещи?
— Спокойной ночи, Блейк.
Я закрыла за собой дверь, но прежде услышала его ответ, сказанный с сарказмом.
— Ага, спокойной, Макайла.
Я не старалась создавать проблем. А чего, черт возьми, он ожидал? Он платил мне за секс. Мы занимались сексом. Блин, я не собиралась оставаться там и обниматься с ним, ради всего святого!
***
К полуночи я устала, как собака, и не могла больше вести машину. Я съехала с трассы на следующем же повороте и нашла дешевую гостиницу. Я воспользовалась своими настоящими документами и заплатила наличкой, а не кредитной картой. Положив Пи на королевских размеров кровать, я стянула с нее штанишки и носки. Она свернулась калачиком, и я накрыла ее одеялом. Боже, как я любила ее. Я собиралась по-быстрому принять душ, но из-за моих воспоминаний о Блейке и сексе я провела там чуть больше времени.
Не знаю, что произошло во время сна, но я проснулась отдохнувшей и с планом.
— Привет, соня, — улыбаясь, сказала я Пи.
— А я даже не знала, что мы приехали сюда.
— Потому что ты крепко спала. И ты должна перестать есть запеченные Твинкис. Ты становишься слишком тяжелой, — поддразнила я, пощекотав ее. Она захихикала и схватила мою руку.
Пи показала на кривую линию, которая к концу становилась прямой.
— Что это? — мы об этом не говорили, но глядя вверх-вниз на рисунки чернилами на моей руке, мой внезапный план стал понятен.
— Пи, мы должны вернуться обратно, — печально объяснила я. Уверена, что я грустила больше, чем она. Еще и месяца не прошло, а я уже направлялась обратно. Какая неудача.
— Обратно в наш дом к Ларри и Кэнди и Бреду и Ким и —
— Да, Пи, но не в тот дом. Не думаю... Я еще не знаю.
— Мы собираемся воспользоваться позаимствованной машиной? Мне понравилось смотреть там фильмы.
— У тебя есть планшет. Я подумала, что может быть мы поедем на автобусе.
— Я никогда раньше не ездила в автобусе. Хорошо, — согласилась она, сползая с кровати и направляясь в ванную комнату.
Я провела по кривой линии, нарисованной на моей руке, и сделала глубокий вдох, когда мой палец скользнул по прямой ее части.
— А мой папа уже будет там? — спросила Пи, запрыгивая обратно ко мне под одеяло. Я прижала ее к себе и снова вздохнула.
— Мы собираемся помочь твоему папочке. Это единственный выход.
— Мы опять будем угонять машины и вламываться в домики?
— Мы не угоняли машину, мы оставим ее на автобусной станции и приклеим на руль записку с благодарностью за то, что они позволили нам ее одолжить.
— Ты знаешь, что мне исполнится пять?
— Да?
— Тебе не стоит больше обращаться со мной, как с ребенком. Мы угнали автомобиль.
— Замолчи. Давай выдвигаться. Как насчет подливы и печенья на завтрак?
— Оладьи.
— Ты всегда ешь оладьи. Оторвись немного, ладно?
— Мы только что угнали автомобиль. Разве я не пытаюсь оторваться?
— Верно подмечено, и мы не угоняли его. Мы его всего лишь одолжили. Пойдем.
К полудню мы с Пи были в автобусе фирмы Greyhound, направляясь домой, обратно туда, откуда убегали. Я была неудачницей, и как бы я не старалась, я не могла продолжать убегать. Это было нечестно по отношению к Пи, не таким образом. Мы не должны были оставаться в бегах.
Автобус был хороший; думаю, я ожидала увидеть что-то больше похожее на то, что видела по телевизору, типа школьного автобуса. Этот был совсем не таким. Мы сели напротив пожилой чернокожей женщины и ее внучки. Она везла ее обратно домой к маме в Кливленд, штат Огайо. Я была этому рада. Пи и ее внучка сидели друг напротив друга и играли. Стол, разделявший нас, очень пригодился двум скучающим маленьким девочкам. Мы лишились этой роскоши, когда двенадцать часов спустя пересели в другой автобус; мы заняли места в середине автобуса. Моя новая пожилая подруга остановила нас прежде, чем мы устремились назад, и объяснила это тем, что там плохо пахнет. Мы с ней сели с одной стороны, а девочки с другой стороны прохода. Миссис Портер была подготовлена к дороге. В ее сумке чего только не было, чтобы девочки могли играть до наступления темноты. Лишь тогда они угомонились, и я поменялась местами с Наташей.