Страница 7 из 14
– Мне ничего не говорили о тебе, Элен, знаешь. Сказали, что сам всё пойму и увижу, когда ты войдёшь в дом. Но они ошиблись. Я ничего не понимаю до сих пор. Не понимаю, как такая красивая девушка, как ты, которая имеет потрясающее тело, прямую осанку и детскую улыбку, смогла докатиться до этого? Ты можешь очаровать любого парня, которого встретишь на улице, если захочешь. Хорошего парня, который сможет показать тебе, что такое чувства, – парень остановился, чувствуя, что в горле пересохло. – Но вместо этого, ты так пачкаешь себя. Ты грязь, Элен. Грязь, знаешь? И я не хочу марать свои руки, прикасаясь к тебе. Не смотря на то, что прикоснуться к тебе стало моим наваждением. Не смотря на то, что в последнее время, когда я засыпаю, я представляю тебя, лежащую на моей груди. Всё это неважно, потому что этого никогда не будет.
Её голос был совсем тихим, он заставил задрожать парня, по какой причине, он и сам не понимал.
– Пожалуйста, не говори ничего больше. Я не хочу это слушать.
– Потому что знаешь, что я прав, – Крис всё так же продолжал говорить, глядя на белую деревянную дверь перед собой, не смея поворачиваться. – Я влюблялся однажды. Это была хорошая девушка, мы вместе учились в старшей школе. Тот год, что мы были вместе был потрясающим, но её родители настояли на том, чтобы она продолжала учиться в другом штате. И с тех пор мы не виделись. Я веду к тому, что могу сказать с полной уверенностью то, что знаю о любви и чувствах больше, чем кажется. Все мои нынешние увлечения – всего лишь развевают мою тоску. И я точно уверен, что не люблю тебя. Есть что-то внутри меня, что заставляет думать о тебе, даже ревновать, если быть до конца честным. Ты понравилась мне ещё в тот момент, как я увидел тебя в прихожей, только что вошедшей в дом. Но я буду душить любые чувства к тебе, которые не смогу контролировать. Потому что ты не стоишь этого. Потому что твоя шлюшья натура вызывает во мне только отвращение.
– Ладно.
– Ладно? И это всё? – что-то непередаваемо сильно жгло в груди, злость просачивалась сквозь рёбра, но он не смел показать, что всё это трогает его.
– Нет, не всё.
Он услышал шорох за своей спиной: девушка встала с кровати и подошла к нему сзади, прижавшись носом к его спине, где-то в районе лопаток.
– Что? Мои слова нисколько не трогают твою прогнившую душонку, и ты решила всё-таки добраться до моего члена?
– Вовсе нет, Крис, – девушка прижалась к нему щекой сквозь футболку и чуть улыбнулась, обвивая его талию руками. – Я не горжусь своим поведением, и никоим образом его не оправдываю. Секс позволял мне отвлечься, забыться, почувствовать себя кому-то нужной. Потому что, как оказалось, я никому не была нужна. Отец свалил к твоей маме, а моя собственная променяла меня на алкоголь и мужиков. Единственный человек, которой заботился обо мне – моя бабушка, но и она оставила меня. Я была ребёнком, обиженным на весь мир. Я до сих пор этот ребёнок. Но я благодарна тебе за то, что делаешь меня старше, за то, что говоришь правду, заставляешь меня задуматься. Спасибо, Крис, – Элен слегка потянула его на себя, заставляя развернуться к себе лицом. – Отец отдал мои документы в какую-то частную школу. Скоро сентябрь, начинаются занятия, и я постараюсь получить нормальные баллы, чтобы поступить в колледж. Я обязательно попробую привыкнуть к вещам, которые купила твоя мама. Они очень дорогие и красивые, думаю, со временем моя старая одежда покажется мне безвкусной. Приведу в порядок себя, я обещаю. И я докажу тебе, что достойна быть любимой. Докажу, что смогу найти того человека, который покажет мне настоящие чувства и когда-нибудь назовёт меня матерью своего ребёнка, – девушка встала на носочки, заглядывая в его глаза. Крис тут же увидел, что её глазки увлажнились от слёз. – А ты влюбишься в меня, но я никогда не буду твоей, ясно? Потому что никогда не прощу тебе твои ядовитые слова. Никогда, – словно в отместку, она прижалась губами к его губам, зажмуривая глаза, позволяя слезам скатываться по щекам. – А теперь проваливай из моей комнаты. Я собираюсь начать новую жизнь, а в ней совсем нет места для тебя.
______________________________________________________________
* “Грозовой перевал” - роман, написанный Эмили Бронте в 1847 году
========== Глава 7. Мёртвые души ==========
***
Девушка с ярко накрашенными глазами и в чёрной одежде сейчас выделялась из толпы. Она уверенным шагом, обутая в туфли на устойчивом каблуке направлялась к двухэтажному зданию с переливом золотого и светло-серого цвета, в котором находился престижный салон красоты.
Завидев вывеску, Элен хмыкнула, уверенно толкая вперёд стеклянную дверь. Её взору сразу же представился просторный холл с небольшой стойкой, за которой стоял молодой человек, лет тридцати с чёрными, словно смоль волосами. Он слегка надменно посмотрел на вошедшую Элен, нервно теребящую чёрную кофту с белым крестом.
– Добро пожаловать в наш салон красоты. Мы рады приветствовать Вас здесь! Чем я могу Вам помочь? – слишком много фальши было в его голосе, что не утаилось от внимания Элен.
Девушка быстро пробежалась своими глазами по его бейджу, и, устремив свои обильно накрашенные глаза на него, сказала:
– Мне надо постричь волосы, покрасить их, сделать макияж и привести свои кожу и ногти в порядок, – ядовито сказала она, облокачиваясь на стойку и отведя свой взгляд. Именно в тот момент, в девушку начали закрадываться сомнения по поводу её решения капитально измениться. Но, когда в её сознании появился вчерашний разговор с Крисом, когда она вспомнила всё то, что он ей наговорил, резко захотелось курить и забыться в сексе с неизвестным ей парнем (этот способ всегда был панацеей от всех душевных терзаний для неё). Элен, тихо чертыхнулась себе под нос и выжидающе уставилась на Ника (именно так звали администратора).
– Значит, стрижка и покраска волос… – начал перечислять мужчина, делая какие-то пометки в своём журнале, – маникюр и педикюр, услуги визажиста, а так же отдельный курс по уходу за кожей. Вас записывать на эпиляцию? – Элен кивнула, толком не понимая, на что подписывается. Нет, она точно решила изменить в себе совершенно всё.
Пока Ник что-то записывал, девушка извлекла из внутреннего кармана сумки пачку сигарет и уже хотела прикурить, как прямо из её губ вытянули сигарету, выкидывая в мусорное ведро.
– Вы в своём уме? У нас курить нельзя, – начал возмущаться мужчина, зло смотря на Элен.
– Ладно, – бросила она, бросая на него безразличный взгляд, хотя где-то глубоко внутри родилось желание хорошенько его ударить.
– Тебе хоть денег хватит, детка? – ухмыльнулся он, смотря оценивающим взглядом на Элен.
Девушка с надменным видом достала из кармана коротких джинсовых шорт золотую карту отца, которую мужчина с радостью вручил дочери, как только услышал о её планах.
– И да, хамло, – процедила Элен, – тебе лучше быть со мной поуважительнее. Ибо, поверь, тебе лучше не знакомиться с моим папочкой, – она заправила выбившийся локон за ухо и ухмыльнулась.
Следующую пару часов несколько девушек, облачённых в униформу салона красоты, трудились над внешним видом Элен. После всех этих процедур, которые отняли немало времени, девушка, пытаясь унять дрожь в ногах, подошла к зеркалу и моментально застыла от удивления. Пару секунд она просто не могла поверить своим глазам, а позже произнесла одними губами:
– Вот чёрт… – та девушка, которая смотрела на неё из зеркала была не той Элен, какой она была ещё с утра.
***
Элен внимательно смотрела на себя в зеркале, до сих пор не веря своим глазам. Всю свою сознательную жизнь она помнила себя с небрежным пучком на голове или же с неаккуратно расчёсанными волосами, яркими глазами, подведёнными чёрной подводкой, иногда с вызывающими цветами на губах и, конечно же, короткими шортами, платьями, юбками. А сейчас на неё смотрела милая девушка с красивыми каштановыми волосами, которые были закручены в аккуратные локоны, и прекрасными небесными глазами, оформленными светлыми тенями. Элен решила именно сегодня надеть некоторые вещи, которые купила мама Криса. И именно поэтому она сейчас была облачена в нежно розовую юбку, которая была на двадцать сантиметров выше колена, и белого цвета блузку, обрамленную на воротничке позолоченными нитками. Элен ещё пару мгновений разглядывала своё отражение, а затем, тяжело вздохнув, отправилась вниз на очередной семейный ужин. Она чертовски волновалась, будто шла не на ужин, а на какой-то светский приём. Однако, ей удалось отбросить все сомнения, и девушка вошла в кухню с высоко поднятой головой и безоруживающей улыбкой.