Страница 15 из 80
— Мне сложно. Я не могу сопоставить Ваш возраст и Ваш вид. Ваша сущность и это тело, — он неопределенно махнул рукой, — У меня самопроизвольно включаются инстинкты защитника. Я ощущаю Вас как ребенка, я вижу Вас как ребенка… Мне сложно с этим бороться.
— Понятно, — отвернувшись к окну, задумчиво прикусила губу.
Понятно? Да ни черта не понятно! Это надо теперь читать о касте воинов и их заморочках? Космос! За что мне это счастье? Хотя…
Я тут же взяла себя в руки.
Лучше это счастье, чем могилка и памятник в двадцать четыре. Значит будем приспосабливаться, да и Рауша заставлю приспособиться. Не мне же одной страдать?
— Понятно, — повернувшись, протянула руку, — Давай сюда информер, буду просвещаться. Кстати, сколько там еще лететь?
К чему то прислушавшись, капитан уверенно выдал:
— Тридцать минут.
— Значит эти тридцать минут я буду изучать наших уважаемых гостей, а ты подумай, как ты собираешься себя сдерживать, по крайней мере при них.
Получив включенный информер, углубилась в изучение данных на излишне ретивых господ. И чего им всем дома не сидится? Быстро проглядывая общие данные, периодически морщилась и вздыхала.
Информация, выданная Раушем, делилась на два вида: краткая характеристика с основными чертами, на что мне крайне необходимо обратить внимание, и полное досье. Так как на просмотр полных данных у меня элементарно не хватало времени, то я проглядывала краткую версию. Каждый такой файл заглавлялся именем таурианца, его голограммой, положением в обществе и годовым доходом. ну что я могу сказать? Доходы впечатляли, как в прочем и изображения. Практически с каждого на меня взирала холеная самодовольная физиономия владельца жизни. Каждый из них значился как важный и законопослушный член общества, но, видимо, Рауш все же не зря кушал свой хлеб с маслом и икрой, и на каждого, на каждого(!), было накопано столько грязи, что мои глаза периодически лезли на лоб.
Космос, когда же они успели столько всего наворотить? Среди скрытой деятельности у многих значилась торговля и изготовление оружия, психотропных веществ и полного спектра запрещенного, входящего в список " О запрете производства и распространения…". Сюда же входила торговля рабами.
При этом мои брови медленно поехали наверх.
Подумать только! Развитая цивилизация, и… Хотя, интересно, а я сама-то тоже получается вхожу в этот список запрещенного… Не думаю, что те эксперименты, проводимые с подачи Катраэлы, находилось хотя бы на грани законного.
У-у-у…
Это я удивленно присвистнула, когда добралась до "анкетных" данный одной из теток. Моя практически родная Каллиота оказалась владелицей гарема! Ну надо же, а представлялась божьим одуванчиком. Интересно, зачем ей содержать шесть мужиков? Не понимаю… Я в своей прошлой жизни и от одного то была рада избавиться, а тут шесть!?
А тетушка Ксиксилия!? Следующий файл был о ней. Любительница казино и новых мужей. Сейчас у нее восьмой, и каждый последующий оказывается все старее и старее, хотя и сама тетушка уже не блещет молодостью. Мда, на фоне остальных она просто образец благопристойности.
— Через две минуты стыковка.
Вздрогнув, подняла на Рауша ошарашенный взгляд.
Чтиво было интересным. Мда… Таким занимательным, что я совершенно забыла о цели полета.
— Стыковка?
— Да, уже подлетели к станции. Позвольте?
Отдав информер, медленно развернулась к окну.
Космос! Там был именно он.
Черный, бескрайний, пугающий. С миллионами точек-звездочек предвкушающе подмигивающих через стекло.
Машина вздрогнула, вид из окна посветлел, а потом и вовсе поменялся на бездушно-серый. За те несколько секунд, что мы влетали в раскрытый зев приемника, я не успела рассмотреть толком ничего. Раз — темное бескрайнее пространство, два — нутро станции. Возможно позже, после встречи, после ритуала прощания, будет время, и я подробнее все рассмотрю.
Посматривая на браслет, капитан выжидающе поглядывал на двери. Он напоминал хищника, огромного черного ягуара, готового в любой момент кинуться на добычу. Обычно плотно сомкнутые губы сейчас приподнимались, демонстрируя острые кончики зубов.
На миг мне стало страшно. Моя нянька, мой телохранитель, в последние сутки ставший для меня незыблемой опорой и огромным миром, в эти длинные секунды стал похож на убийцу, для которого не было ничего святого. Такой походя может свернуть шею, не задумываясь отправить на тот свет десятки человек, взорвать планету к чертовой бабушке…
Перечисление всех возможностей применения жестокости моего телохранителя, прервал тонкий писк браслета, и мгновенно звериная сущность моего попутчика спряталась, как будто ее и не было, как будто мне показалось.
Космос!
Судорожно вздохнув, поежилась от холодка пробежавшего по спине и рефлекторно в защите сжала кулаки.
И этому существу я ставила условия? Ли, детка! Подумай о своем поведении и пересмотри все, что уже успела надумать! И о касте воинов тоже посмотри, будет обидно потерять жизнь по незнанию…
— Светлейшая, с Вами все хорошо? — Рауш удивленно уставился на мои крепко сжатые пальцы, ногтями впивающиеся в ладони.
— Да! — выдохнув, медленно разжала кулаки, стараясь не обращать внимания на тонкие лунки и закипающую в них темную кровь. Смотри-ка, она оказывается у меня темно-синяя!
— Все хорошо! — уточнив, поймала взглядом черные глаза и медленно кивнула. Приняв на веру мою отговорку, он кивнул в ответ и скользнул в открывающуюся дверь. Выбравшись, он кинул кому-то пару фраз, которые я не смогла разобрать и протянул мне руку.
Пора.
Затолкав переживания поглубже, выбралась следом и огляделась. Большой, хорошо освещенный серый ангар. Несколько машин, похожих на мою. И люди, точнее таурианцы, одетые в ярко-алые наряды. Обслуживающий персонал станции, и каждый из них был чем — то занят, как в прочем и моя охрана, зорко оглядывающаяся по сторонам и изображающая "бдение".
Я не помнила, чтобы Катраэла была на этой станции. Никакого отклика, никаких ассоциаций. Единственное, что я помнила, она ненавидела похороны, впрочем как и саму смерть, но даже ей не удалось отсрочить встречу со старухой с косой, даже ей…
Выкинув на время из головы возможности и моральные ценности капитана, становилась рядом с ним, и с неким злорадством смотрела, как парни из моей охраны доставали капсулу Катраэлы. Нет, я не смеялась над смертью, я смеялась над самонадеятельностью тауринки. Возможно если бы из схемы доктор — Катраэла — я -шанс — удача — капитан, можно было бы выкинуть пару пунктов на финише, то скорее всего, сейчас тут стояла бы именно Катраэла, а не я. Но, вмешалась удача, боролась я, и свою лепту внес доктор, окончательно сведя на нет все шансы старой леди на долгое и замечательное существование. И я искренне благодарна доктору за это вмешательство.
Поставив капсулу на парившую над полом платформу, охрана рассредоточилась вокруг меня, взяв в кольцо, и ведомая одним из таурианцев — служителей, до этого безучастно наблюдающих за действом, направилась по коридору куда-то вглубь станции.
Если я правильно понимаю, нас должны довести до зала прощания, где возможно уже собралась часть прилетевших удостовериться, что пожилая дама действительно почила. Не думаю, что о ней кто-то по настоящему будет скорбеть, слишком уж она была властной фигурой, слишком жесткой. Судя по данным, добытым Раушем, многие обрадуются открывшимся перспективам, многие вздохнут свободно, особенно те, кто плотно сидел на крючке старой шантажистки. Да, моя предшественница не брезговала и шантажом. А еще разделение сфер влияния. Часть рынка оружия так же принадлежала Катраэле. В общем дама она была разносторонне одаренная, любопытная и хваткая. И все это богатство достанется мне. Кошмар.
Перебирая в уме открывающиеся перспективы и мысленно содрогаясь, поглядывала на серые, чуть блестящие стены коридора. Совершенно гладкие, скругленные сверху, они странно диссонировали с обычной фиолетовой расцветкой планеты, и потому казались мертвыми. Особенно это бросалось в глаза, на фоне ярко-алых, летящих одежд служителей.