Страница 27 из 42
Дойл благодарно кивнул и довольная, хитрая гримаса еще долга не сходила с его лица.
Душевая
После тяжелого дня, Центавра, наконец, позволила себе расслабиться. В помещении было тихо и пусто, что нравилось девушке. За окном уже была ночь, но сон так и не шел. Окунувшись в горячую ванну, девушка довольно улыбнулась. В последнее время она стала думать не о том, о чем следовало и гораздо чаще, чем следовало. Зеро никак не уходил из головы с момента его исцеления. Она все чаще воспроизводила в памяти моменты, которые только сейчас производили впечатления: он подает ей полотенце, впервые заговаривает, их мечи соприкасаются в битве, он целует ее в момент оздоровления. Его поцелуй оставил невидимый, горячий след на ее губах и хотелось вновь ощутить их вкус и нежность.
Открылась дверь душевой комнаты. Цента вздрогнула и спустилась с небес на землю. Купальник висел далеко, и она не могла до него дотянуться. Придя в себя, девушка закрыла глаза, змеевидные растения с причудливыми цветками прикрыли ее от груди до колен. Выйдя из ванны, Центавра схватила купальник и бросила быстрый взгляд на того, кто вошел. Девушка остановилась, будто в ступоре. Купальник выпал из рук. На одной из душевых клеток стоял Зеро, который тоже смотрел на девушку изучающим взглядом.
— Красивый купальник, Цента.
Девушка смущенно улыбнулась. Кроме темно-зеленого полотенца на Зеро не было ничего.
— Спасибо. — Медленно произнесла она.
Парень отвернулся. Центавра спешно залезла в воду. Так глупо она еще никогда себя не ощущала. Обычно, девушка без тени смущения загорала топлес на пляже, и ей было наплевать на посвистывания и намеки со стороны парней. Но, сейчас, явно было что-то не то. Напротив ее ванны была зеркальная стена, и она могла видеть все, что происходило позади. Зеркало как раз показывало душевую, и главным персонажем там был Зеро. Он снял с себя полотенце и включил воду. Центавра не могла отвести взгляд от его тела и поразилась своему состоянию. Только что она готова была провалиться сквозь землю, и тут же, начинает кусать губы при виде обнаженного парня. Ей нравилось, как он выглядел. Вдруг захотелось прижаться к его телу, обнять его…. Центавра все же покрылась румянцем и с головой окунулась в ванну, думая, что это поможет избавиться от наполняющих мыслей, а когда вынырнула, Зеро уже не было. Амели чувствовала злость на себя за то, что отвлеклась, и на него, за то, что ушел. Выбравшись из ванны, девушка вошла в душевую. Как она и ожидала, Зеро в ней не было.
Камеры Бена показали душевую, и парень резко переключил их. Помещение на всех компьютерах стало пустым. Бен пригладил вставшие дыбом волосы и сделал большой глоток крепкого кофе.
— Совсем с ума сошли….
Центавра ощутила прикосновение к своей руке и, развернувшись, тут же оказалась в объятиях Зеро. Их глаза встретились, оба замерли от переполнявшего их обоих желания. Центавра и понятия не имела о том, что когда смотрела на него в зеркале, он думал и чувствовал тоже, что она. Не нужно было слов, все и так было ясно. Их глаза твердили одно и тоже по кругу — я люблю тебя, я хочу тебя….
Зеро посмотрел на ее манящие губы, затем снова в глаза, будто прося разрешения. Девушка улыбнулась и еще крепче обняла его. Весь мир закружился, когда Зеро поцеловал Центавру. Ноги у обоих стали ватными и отказывались слушаться. Амели опустила руку и от ладони на кафель стали падать лепестки различных цветов. От них исходило тепло и сладкий аромат. Не отрываясь от губ девушки, Зеро мягко положил ее на цветы. Змеевидный купальник исчез, девушка тихо простонала, ощутив плотное прикосновение их горячих тел. Губы припухли и покраснели от жадных, страстных поцелуев. Открыв остекленевшие глаза, Зеро на секунду посмотрел на такие же глаза любимой и принялся целовать ее лицо и шею. Центавра засмеялась от восторга и все более наполнявшего ее желания. Зеро прерывисто задышал, когда Цента обвила его ногами, тем самым, показав, что больше не может терпеть эти сладкие муки, но парень не торопился начинать. Девушка умоляюще застонала, а он в ответ улыбнулся. Спустившись ниже, переключился на ее грудь. От безудержных ласк Центавра выгнулась и прокричала его имя. Зеро оторвался от груди и, не прекращая целовать каждый кусочек ее тела, спустился к разгоряченному животу, а затем, повторив весь путь, вернулся к ее губам. Прикосновение Центавры к его напряженной спине, отдалось дрожью по всему его телу, и по этой реакции он понял, что тянуть больше нет смысла….
Прошел «день», или «два», а может и «тысяча лет». Центавра и Зеро забыли о ходе времени. Они лежали на цветочном полу, обняв друг друга. Дыхание постепенно успокаивалось, глаза вновь видели четкие очертания предметов, но мысли вновь и вновь возвращались к одному и тому же.
Центавра, вдруг еще крепче обняла парня, и с удовольствием вдохнула приятный аромат его тела. Зеро провел ладонью по ее щеке, бровям, губам. Девушка отстранилась и взяла его ладонь в свою. Ее лицо было встревоженным.
— А, что если у нас не получится?
— Ты о чем?
— О том, что вскоре начнется.
Зеро отвел взгляд.
— Я стараюсь об этом не думать.
— Но, если мы все испортим, что тогда?
— Мы ничего не испортим. Виктор знает, что делать. Все пойдет по плану.
— Обещаешь?
Парень лег на спину и положил руки под голову.
— Ну, не знаю. Обещание, это дело серьезное.
— Ах, ты….
Центавра ущипнула его за бок, вызвав тем самым щекотку. Доменик ойкнул и перекатился на живот. Воспользовавшись этим, девушка запрыгнула на него и продолжала страшную пытку до тех пор, пока вновь не оказалась в объятиях любимого.
…В долину смерти опустилась очередная темная и холодная ночь. Киран обходил здание уже в сотый раз, но никакая сила не могла ему помочь пробраться внутрь. Барьер был непробиваем, словно кто-то заранее готовился к их прибытию. Фигура, появившаяся под шумевшим снегопадом, быстро направлялась к нему. Киран узнал его.
— Рад вас видеть.
— То же мне, новость. Лучше объясни, что здесь происходит!
— Здание непроходимо….
— Да, ну?!
Адриан стукнул стену ладонью. Она завибрировала и покрылась волнами, после чего растворилась, обнажив пустой, светлый коридор. Киран виновато опустил глаза и ощутил, как Адриан втолкнул его внутрь. Стена, позади них, появилась вновь. Ивел огляделся. Никого. На глаза вновь попался Киран.
— Скажи, почему я все должен делать сам?
— Мы не способны творить тоже, что и вы, сэр. Вы сильнее нас.
— Хорошо уже то, что ты это признаешь. А теперь, живо тащи сюда остальных, и обыщите здесь все. Найдете кого-то или что-нибудь странное, немедленно докладывайте мне.
…Около двух ночи, Центавра вернулась в комнату. Упав спиной на кровать, девушка облегченно вздохнула и закрыла глаза, воспроизводя в памяти проведенную ночь с Зеро. Его взгляд, тело, их безудержные стоны, горячее дыхание, повторялись по очереди как слайд-шоу. Улыбнувшись и, открыв глаза, Цента вскрикнула, увидев, висящую над собой, красную голограмму Алекса. Он с полуулыбкой смотрел на сестру.
— Отчего у тебя такой счастливый взгляд? — Спросил он.
— Как ты подключил голограмму? Бен дал нам эти штуки только вчера и ничего не объяснил.
— Успокойся, это не так трудно как ты думаешь. Тем более, если честно, они практически бесполезны. Что толку звонить человеку, который не рядом с телефоном. А на расстоянии он не действует. Я волновался за тебя, не мог дозвониться, даже телепатически не мог с тобой связаться. Чем у тебя всю ночь голова была занята, где ты была вообще?
Столь простые вопросы завели девушку в тупик. Она ничего не хотела говорить брату, хотя была уверена, что он догадывается.
— Я принимала душ.
— Два с половиной часа? Ты издеваешься?
— Я уснула в ванной.
— Тебе не хватило душа, и ты полезла в ванну?
— Ну… да.
Алекс сложил руки на груди.
— Знаешь, что еще странно? Все эти два с половиной часа я не мог связаться и с Зеро. Не знаешь, может он тоже уснул в ванной?