Страница 8 из 73
— Аллё… — весело ответила на входящий и тут же отодвинула вак от уха, услышав радостный писк Евы.
— Ниииииииита! — визжала она в вак, — Я вернулась, я приехала и мне нужно тебе столько рассказать… — начала вещать она похлещи ультразвука.
— Ева, прекрати орать, а лучше приезжай к нам, вот и поговорим, — ответила я ей.
— Нет, нет, нет… Какое домой? Ты диплом получила? Получила! Я вернулась? Вернулась! И это нужно обязательно отметить. Мы идём в клуб и никаких отговорок, — заявила мне подружка.
Мне сейчас, если честно, не хотелось никаких клубов, но подумав, решила согласиться, как раз и пар в танцах выпущу.
— Хорошо, в клуб так в клуб, — ответила я ей. — И на какой клуб пал твой взор в этот раз? — поинтересовалась я.
— Мы с тобой сегодня пойдём в «Парарадайз», и прошу тебя, — заговорщицки продолжила она, — побудь сегодня плохой девочкой, — удивила она своей просьбой.
— Да запросто, у меня как раз соответствующее твоей просьбе настроение, — уже улыбалась я, предвкушая вылазку. Кожа пойдёт?
— Да! — взвизгнула счастливая Ева. — И боевую раскраску, пожалуйста, поярче, я тебя с такими мальчиками познакомлю, закачаешься… — томно задышала в трубку Ева.
— Всё милая, чмоки, чмоки… В девять я заеду за тобой, будь готова. Поверь, ты не пожалеешь, что пошла со мной, проговорила она и отключилась.
Так, время у меня ещё есть, подумала я, глянув на часы, и решила пойти нажаловаться на отчима мамочке. А то, что ему за это перепадёт, я не сомневалась. Мамочка у меня хоть и кажется хрупким и нежным цветочком, но мстить умеет тонко и так, что не подкопаешься. А я буду мстить — и мстя моя будет страшна!
Подходя к дверям гостиной, я услышала мамин голос и ещё один, который показался мне смутно знакомым. Прокравшись и заглянув, обнаружила у нас в гостях Саманту Кросс. Интересно, что ей у нас нужно, вроде вчера только виделись.
— Прошу, Саманта, не обижайся на Ниту за ту выходку на обеде, просто она так выражала свой протест отчиму, — говорила моя мама.
— Знаешь, — сказала гостья, — я не обиделась, сначала я оскорбилась, а потом, посидела, подумала, вспомнила свою ситуацию и поняла девочку. Не известно ещё как бы я повела себя на её месте.
Ну, раз такое дело, то я решила явить себя публике, может ещё чего интересного узнать удастся.
— Здравствуйте, — сказала я, заходя в столовую. — Простите, не знала что у нас гости.
— Здравствуй, Аданита, — ответила гостья, — это я должна извиняться, что пришла без приглашения, а не ты.
— А вы пришли просто так, или с какой-то определённой целью? — решила разведать я обстановку.
— Ну что ты деточка, — заулыбалась она, — я просто пришла поболтать с твоей мамой, мы с ней давние знакомые, только вот из-за занятости моего мужа видимся очень редко.
— Нита, ты ничего не хочешь сказать? — сделала намёк мне мама, и я её поняла.
— Я бы хотела попросить прощения за мою выходку и поведение на обеде, — начала покаянно я, опустив голову, — мне очень стыдно.
— Да, — сказала задумчиво Саманта Кросс. — Я ведь тогда всё приняла за правду, и поведение и образ, и стиль жизни. Как вспомню… — и её действительно передёрнуло.
Я сидела, смотрела на неё, и никак у меня не складывался образ той Саманты, которая была на обеде, и той, которая была здесь и сейчас. Это были совершенно разные женщины. Ту я бы без зазрения совести назвала бы зарвавшейся снобкой, а эта была такая интересная, общительная и улыбчивая женщина, что с ней хотелось общаться и общаться.
— Ну что же Сабрин, как ни жаль, но мне уже пора, — вырвал меня из раздумий голос Саманты. — До встречи, — сказала она и, поцеловав на прощание маму, повернулась ко мне.
— Нита, солнышко, я в свое время сильно потрепала нервы отцу Алекса и заставила его побегать за мной, — сказала она, обращаясь ко мне. — Не будь лёгкой добычей для моего сына, — и, подмигнув мне, направилась к выходу.
Я в полнейшем шоке и с открытым ртом осталась стоять в гостиной и тупо пялиться на дверь, а мама глядя на меня начала смеяться.
— Нита… — хохотала она, — доченька, сделай лицо попроще и присядь, — предложила она, устраиваясь на диване.
— Что тебя так удивило? — спросила она.
— Мам, — сказала я, всё ещё не отойдя от шока, — а это правда была Саманта Кросс, или это её подделка?
— Правда, правда, — продолжила смеяться мама. — Что так впечатлила, что до сих пор не можешь отойти? — спросила мать.
— Да, — ответила я, — как будто две совершенно разные женщины. Прям не вериться.
— А ты поверь, — сказала она, и тут же став серьёзной спросила: — Почему ты вылетела из кабинета отчима с таким видом, будто сейчас возьмёшь топор и начнёшь крушить всё вокруг?
И тут я поняла — пришёл мой звездный час, сейчас этот гад своё получит, и нажаловалась на него маме, ещё в придачу и слезу пустила, и глаза такие несчастные, и губка такая дрожащая, и голосок срывается. Короче, отыграла на славу.
— Пойду, разберусь, — сказала мама и направилась в кабинет. А я так сразу преобразилась, улыбочка хитрющая, глазки зажмурила и стала ждать, развалившись на диване. Долго ждать не пришлось, из кабинета начали раздаваться громкие крики, и через пять минут мама вылетела и гневно хлопнула дверью.
— Прости доченька, — грустно сказала она, присев ко мне на диван, — но он уже отправил ответы, и я не могу ничего сделать, как и ты. Но он ещё своё получит, и поверь, мало ему не покажется! — тут же гневно ответила она и сжала кулаки в бессильной злости. А я, понурив голову, поплелась в свою комнату и стала готовиться к походу в клуб.
******
Я был совершенно спокоен, волнение, которое ощущалось после поцелуя, было где-то глубоко внутри, и по моему виду вообще нельзя было сказать, что я как-то реагирую на происходящее. А тогда, в беседке, еле сдержал себя чтобы не продолжить начатое поцелуем, и, собрав все силы в кулак, ушел от Ниты, сделав ей повторное предложение. И на что я только надеялся, получив мгновенный отказ, что подумав до сегодняшнего вечера, она передумает и согласится? Действительно дурак, и что на меня нашло? Я задавал себе этот вопрос снова и снова, и не находил на него ответа, но все равно был уверен что поступил правильно. И вот теперь, стоя у дверей дома Ниты, я ни капельки не сомневался в своих действиях.
Нажав решительно на звонок, подождал, пока мне откроют дверь. Войдя, увидел, что меня встречает сам Отор, а девушки нигде не видно. Проследовав в кабинет и усевшись в кресло, вопросительно уставился на отчима Ниты.
— Понимаете в чём дело, — начал свою речь Отор, — Ните к вечеру стало плохо, и она не сможет с вами поговорить.