Наследница

— Кущин, если все это не принесет плоды… Я лично убью и его, и вас, — Яр не подбирал слов, обращаясь к мужчине.

— Принесет. Будьте уверены — принесет.

Вокруг них каким-то странным образом собралась компания. Все тот же заместитель мэра, с которым Сашу еще в начале вечера знакомил Эдуард, несколько мужчин и женщин, щебечущих параллельно, создавали странную какофонию.

Новоявленный знакомый, господин Шутов, заботливо протянул ей бокал, который Саша тут же схватила. Снова нестерпимо хотелось пить. А еще, в ней боролись противоречивые желания поднять взгляд, чтобы увидеть, как Яр в данный момент целиком и полностью поглощен Снежей или отвернуться, заставить себя выбросить из головы глупости. Он же сказал…

— Что-то не так Сашенька? — мужчина по правую руку окинул ее заботливым взглядом. Будто до нее могло быть дело человеку, с которым они знакомы без году неделю.

— Нет, нет, — Саша вымученно улыбнулась, поднося бокал к губам. — Все хорошо, — что она делать не должна точно — это вызывать какие бы то ни было сомненья у окружающих. — Простите, я, наверное, прослушала…

— Ничего страшного, это и не удивительно, так музыка грохочет, — и без того светящиеся глаза Шутова загорелись с новой силой, а сам он приблизился к Саше, — признаюсь, терпеть не могу публичности. Это все… — он окинул взглядом окружающих их людей, — это все не для меня. Я привык к тишине…

Не зная, что ответить, Саша лишь кивнула, а потом опустила взгляд в бокал. Она не горела желанием общаться с совершенно незнакомым человеком, но и грубить не имела причин.

— Столько лет размеренной жизни, и тут такой всплеск, никогда бы не подумал, что на старости лет решу вдруг удариться в подобное…

А он, кажется, и не нуждался в том, чтобы беседу поддерживала Саша, сам отвечал на свои же вопросы, делал замечания, на важные, по его мнению, темы, смеялся над своими же шутками, периодически вовлекая в свой монолог еще кого-то из окружающих.

Бросив очередной взгляд в ту сторону, где Саша в последний раз видела Яра, девушка прерывисто вздохнула — там его больше не было.

— Вы очень похожи на свою мать, Александра, — новый странный знакомый поднес к губам бокал, пристально разглядывая стоящую в двух шагах Сашу. Замечание заставило ее на какое-то время забыть обо всем, она наконец-то встретилась взглядом с Шутовым. И от того, как он смотрел, ей стало некомфортно, захотелось поежиться, скрестить на груди руки, а лучше всего — развернуться и уйти, но вместо этого, она всего лишь улыбнулась. — Я знал ее в возрасте, чуть старше вашего. Сколько вам сейчас? Двадцать?

— Двадцать один, — ответила она на автомате, и только потом поняла, что перво-наперво должна была сделать совсем не это, а понять, почему вдруг он это сказал?

— Да, двадцать один, точно. Как же я мог забыть? — мужчина казался таким меланхоличным, задумчивый взгляд, рассеянные замечания и вопросы, сложно понять, что у такого человека на уме, и от этого, нервничаешь еще больше. — Цвет глаз у вас не совсем тот же, но вот разрез… И голос…

В ее жизни было не так-то много людей, знавших Анастасию Титову, а даже если они знали, Саше никогда и в голову не приходило что-то о ней спрашивать. Какое ей дело до женщины, бросившей их с отцом? И если Шутов считал, что подобное сравнение она может посчитать комплиментом, сильно ошибся.

— Все говорят, что я похожа на отца. И к чему вы это..? — взгляд миндальных взгляд стал подозрительным, Саша непроизвольно чуть сощурилась. Девушка понятия не имела, но сейчас, стала похожа на мать еще больше. Аристарху пришлось пару раз моргнуть, чтобы отогнать нахлынувшее вдруг воспоминание.

— Нет-нет, просто, почему-то вспомнил… Не обращайте внимания, Сашенька, что взять со старого дурака? — обезоруживающе улыбнувшись, Аристарх продолжил сыпать бессмысленными фразами, просто топя в потоке своих речей.

Еще каких-то десять минут, и Саша узнала, что Шутов Аристарх — никто иной, как генеральный директор фирмы, которая третьей, кроме отцовского Апартмента и ССК Самарского претендовала на этот проклятый тендер. А значит, по идее, они с ней сейчас представляют тут один лагерь — проигравших, которые всячески показывают, что подобное положение вещей их ничуть не задело. И по правде, Саша совершенно точно могла сказать это о себе. Узнала она, что тендер достался Ярославу, через неделю после возвращения домой. Первым делом — дернулась к телефону, но набрать так и не решилась. Что сказать? Поздравляю, пусть идея с похищением не выгорела, пусть моего отца пристрелили, но свое ты получил? Она не хотела этого тендера, не жила им, не болела, не чувствовала это поражение своим личным, и тогда, и сегодня, у нее была сотня и тысяча причин, которые заставляли волноваться куда больше.

А вот что Сашу удивило, так это то, что Шутов, рассуждает об этом с такой же легкостью, как бы делала она. Титова знала точно — если Константин Львович был бы жив, он ни за что не появился тут, просто не смог бы изображать, что самолюбие его не задето. А этот мужчина мог. Или это его вправду совершенно не заботит?

— Это удивительно, столько сил вложено, и сколько еще предстоит… Только подумайте, десяток домов, площадки, школа, сады, и все это за год! Только представьте Настенька!

— Саша, — девушка бросила быстрый взгляд на Шутова.

Несколько мгновений мужчина молчал, не совсем понимая, что она имеет в виду, а потом, кажется, до него дошло…

— Сашенька. Конечно, Сашенька. Старый балбес. Просто вы так похожи на нее. Удивительно похожи, поверьте.

— Верю, — уже во второй раз он возвращался к теме, которая Сашу абсолютно не устраивала. Она не любила, когда посторонние лезут туда, куда сама она не хотела бы возвращаться снова и снова. — Но может… Знаете, ведь тут сейчас находится Эдуард Александрович, вы должны его знать, — Саша обвела взглядом комнату, надеясь обнаружить поблизости Ковальского. Если этот Шутов и правда давних знакомый отца, Эдуарда он знать должен, и пусть тот простит ее, но Саше сейчас вдруг очень захотелось переложить это утомительное общение на чьи-то плечи.

— Конечно! — такое впечатление, что Шутов и сам заразился ее энтузиазмом, только в ладоши не хлопнул, чтоб показать, как ему импонирует ее идея. — Только вряд ли Эдуард вспомнит меня, много воды утекло с тех пор… Да и не так мы близки были…

Про себя, Саша подумала, что очень надеется на память Эдуарда Александровича, что им будет что вспомнить, а ей удастся убраться отсюда побыстрей. Дурацкая идея. Если Самарский хотел ее появлением продемонстрировать, что между их компаниями мир — времени, проведенного тут уже вполне достаточно, а на большее у нее нет ни сил, ни желания, голова начинает предательски раскалываться, то и дело хочется прислониться к стеночке, чтоб ненароком не шмякнуться прямо посреди комнаты в обморок, а еще она постоянно непроизвольно пытается выцепить в толпе Ярослава, а не замечая, каждый раз расстраивается.

— Вы очень красивы сегодня, Сашенька, — Шутов приподнял бокал, как бы поднимая тост. — За вас. Я уверен, если бы она могла вас видеть сейчас, она сказала бы то же самое.

— Простите? — иногда, он изъяснялся очень просто и доступно, но стоило включить эту свою загадочность, полунамеки, вопросы, не нуждающиеся в ответах, интригующие фразы, как понимать его становилось сложно. — Кто она?

— Если бы Настя дожила до сегодня… Если бы дожила… Она была бы счастлива видеть вас такой взрослой, красивой, своей точной копией.

Рыбу глушат взрывом. Один бум — и она теряет всякую ориентацию, перестает различать, где дно, а где заканчивается гладь воды, становится совершенно беззащитной. Людей глушат не так.

Все еще полный бокал выскользнул из ослабших пальцев. Будто в замедленной съемке Саша следила, как он на лету переворачивается, выпуская на волю золотистую жидкость, как сначала пола достигают отдельные капли, отскакивают от паркета, разлетаясь вокруг, а потом уже ободок бокала соприкасается с полом, откалывается первый осколок, второй, третий, отлетает ножка. Кто-то испуганно взвизгнул, кто-то отскочил, чтоб шампанское не заляпало его новые туфли, кто-то попытался поймать на лету — не получилось.