Страница 30 из 83
— «Юхххе»!!
Время действия: вечер этого же дня
Место действия: дом мамы Юн Ми. Комната сестер. Пред большим, в рост человека зеркалом стоит Юн Ми.
Стою, никого не трогаю, разглядываю отражение. В зеркале отражается девушка, или, исходя из наблюдаемых пропорций, может даже точнее — девочка, сильно похожая на мальчишку. С разлохмаченной короткой стрижкой волос на голове и скептическим выражением на лице. Это я.
Ну, почти я. Одна из моих половинок. Вторая, невидимая часть — душа, которая думает над имеющейся проблемой.
Сегодняшнее посещение врача неожиданно оказалось очень информативным. Узнав о наличии у себя повышенного гормонального фона, я напрягся, но оказалось — зря. Когда врач перечислил ожидаемые последствия, то меня словно мешком по голове огрели.
Бинго! — заорал я про себя внутри, когда «до меня дошло», — это же «природная красота», которую обещала Гуань Инь!
Потом, уже, возвращаясь домой на метро и в который раз обдумывая услышанное, я понял, что именно так оно и быть было должно, если «делать все по-нормальному». Ведь дай Гуань Инь сразу обещанную красоту, то родные Юн Ми ее бы просто не узнали бы! Да стопроцентно! И где бы я сейчас тогда болтался? В каком-нибудь приюте? Это было бы явно не айс… А так, неспешное превращение. И семья дочь не потеряла и я, какую-то «опору» в новом мире имею. Правильно и разумно, именно так должна была поступить богиня милосердия. Единственно — почему бы меня было не предупредить об этом, чтобы я не считал себя «на лицо ужасным, но добрым внутри»?
На радостях от осознания того, что меня не обманули, что жизнь вроде налаживается и пластикой уродоваться необязательно, я, выйдя из кабинета врача, завопил от переполнявших меня чувств и швырнул к потолку свой рюкзак. И повторил. И еще. Однако долго выражать эмоции мне не дали. Вмешалась проходившая мимо медсестра, или врач, ну не знаю кто, в общем, она была в белом халате. Меня призвали к порядку и сказали, чтобы я тут не орал, ибо здесь больница, а не стадион. Я не расстроился, не стадион, так не стадион, поймал в последний раз рюкзачок и потопал домой, «шурша» в голове вращающимися шестеренками обрабатывающими полученную информацию.
Врач сказал, что в медицине принято считать, что человек растет где-то максимум до двадцати — двадцати двух лет, в зависимости от каждого конкретного организма. И что он предполагает, что к этому возрасту мой уровень гормонов вернется к стандартному уровню.
Мне, здесь, сейчас, семнадцать с половиной лет. Значит, года эдак через два-три, после завершения «мутации», я могу рассчитывать на нормальную для эстрады внешность. Это мне уже будет девятнадцать-двадцать лет. В двадцать два — совершеннолетие, после которого можно будет «рулить» самостоятельно. Без привлечения мамы Юн Ми… На первый взгляд все складывается неплохо. За эти два-три года можно восстановить свои навыки в игре и научиться петь. Доктор сказал, что под влиянием гормонов гортань у Юн Ми тоже будет меняться, поэтому, можно надеяться на какой-нибудь голос… Я согласен на любой, хоть на какой-нибудь, поскольку сейчас у Юн Ми его вообще, считай, нет… И танцевать можно будет за это время научиться. Впрочем, это самое последнее, о чем следует беспокоиться. Главное руки и голос! А уж «дергаться» на сцене я уж как-нибудь смогу…
Но это были хорошие новости. Далее пошли «не очень». Для начала доктор озадачил меня сообщением, что из моих тестов следует, что внутри меня имеется «раздрай», в котором душа не дружит с телом. Меня эта новость не удивила. Ну, а чего бы им вдруг дружить, если они познакомились лишь несколько пару месяцев назад? За такое время, в обычной жизни, к новому человеку только-только присмотришься. А тут целые душа и тело! Однако, понятное дело, говорить об этом вслух я не стал, а задумался над вопросом — что еще можно «выловить» из моих тестов? Например, можно ли понять, что у меня мужская душа, а не женская? Если да, то, что с этого будет, когда случится?
Пока я размышлял над этим и еще параллельно над мыслью — как раз и навсегда покончить с «с самозакладными опросами», врач взялся рассуждать о конфликте души и тела. О том, что девочки моего возраста зачастую предъявляют к своей внешности завышенные требования, ориентируясь на фотографии и телевизионные картинки звезд эстрады и моделей. Ну, и далее… по тексту, который я уже слышал еще на прежней Земле и который меня «не трогает», ибо он — не мой случай.
Однако я делал вид, что слушал, кивал, с умным видом, в общем, вел себя как приличный человек в приличном месте. Но сам в это время думал о том, что Гуань Инь — типичная женщина, которая рассказала просто кучу всякого не нужного, не упомянув при этом действительно важного. Еще думал о сроках завершения «мутации» и нельзя ли уже как-то сейчас определить, на какой голос Юн Ми можно было бы рассчитывать? Видимо, в тот момент на моем лице отразился протекающий в голове мыслительный процесс, а доктор — совсем не ортопед, по лицу читает, поэтому, он оставил в покое несчастных девочек, которых никто не любит и перешел к теме, которая касалась меня непосредственно.
— Юн Ми, — сказал он, — вижу, то, что я сейчас рассказываю, тебе не интересно. Давай тогда поговорим о тебе, о твоем конкретном случае…
Я не стал, как вежливый человек, говорить, «что нет, нет мне интересно!» и умолять его нести дальше ту «пургу», которую он только что нес, а просто кивнул, согласившись поговорить о себе.
— Видишь ли, Юн Ми, — несколько озадаченно сказал врач, видимо ожидав, что его станут упрашивать, — если говорить просто, как делают люди без медицинского образования, то человека можно представить состоящего из двух, скажем так, «частей». Одна из которых — тело, другая — сознание человека, или, как его еще часто называют — душа. Тело, это то, что существует в материальном мире, душа, это то, что никто еще не видел, но практически все уверены в ее нематериальном существовании.
В этом месте я кивнул, ибо был более чем уверен в этом. Доктор тоже кивнул, видно довольный тем, что у него есть «контакт» с пациентом и продолжил.
— Современная медицина собрала уже много знаний о теле человека. О том, как оно растет и стареет, болеет и выздоравливает… Много знаний, которые позволяют ей лечить людей, облегчая их страдания. А вот о душе такого сказать нельзя. Ни одному ученому еще не удалось зарегистрировать в человеке душу, найти место, где она расположена, измерить ее массу, температуру и плотность… Это пока еще тайна природы, которая ждет своего первооткрывателя. Но даже без этого открытия, уже сейчас, есть некие, скажем так, начальные знания о ней, накопленные в результате косвенных наблюдений. Наблюдений за телом. Понимаешь, Юн Ми, пока человек жив, он одновременно и тело, и душа. Они не могут существовать друг без друга. Они всегда вместе. И поэтому совершенно не удивительно, что они способны влиять друг на друга. В истории медицины описаны прелюбопытнейшие случаи, когда люди, лишь только силой своего духа побеждали неизлечимые болезни и выживали в условиях, когда выжить было невозможно. Ничем иным, только как чудом, эти истории объяснить нельзя, но это подтвержденные факты. В моей жизни тоже был опыт наблюдения одной онкобольной, которая имея скоротечно протекающую форму опухоли, смогла прожить втрое больше отведенного ей срока врачами. Дело было в том, что ей нужно было завершить дела с наследством. Запутанная судебная тяжба, растянувшаяся на несколько лет. Пока длилось разбирательство, она жила, так как хотела передать деньги своим двум дочерям и тем самым обеспечить их будущее…
Сказав это, доктор замолчал, задумавшись и опечалившись, видно припоминая.
— И что? — спросил его я, — ей удалось?
— Да, — кивнув, ответил он, — в суде дело разрешилось в ее пользу. Ее дочери получили деньги, так, как она хотела. А она, закончив дела, умерла буквально через две недели после этого… Но я абсолютно уверен, что до этого момента эта замечательная женщина жила только на силе своего духа, на силе своей души. От той болезни, которой она болела, лекарств нет. Ни тогда их не было, ни сейчас…