Страница 35 из 38
82 Елизавета состояла фрейлиной при дворе королевы Маргариты (до 1453 г.), выдана замуж за сына приверженца ланкастерского дома Джона Грея, лорда Феррерс эв Гроби (1415-1457). Время вступления в брак неизвестно. От Джона Грея Елизавета имела двух сыновей - Томаса (умер в 1501 г.) и Ричарда (казнен в 1483 г.). Томас участвовал в мятеже Бакингема, сражался на стороне Генриха Тюдора в битве при Босворте, подавлял корнуольский мятеж 1497 г.
83 Маргарита (1429-1482) - дочь Рене, графа Анжуйского. Некогда анжуйский дом владел Сицилией (1268-1302) и Южной Италией (Неаполитанское королевство). В 1442 г. анжуйская династия была изгнана из Италии. Брачный альянс с аристократическим, но находившимся на грани разорения семейством не пользовался популярностью в Англии (Brut, р. 512; Vitellius, fol. 155 ff.; Stow, p. 634). Маргарита, подчинив слабовольного и больного Генриха, в 50-60-е гг. XV в. фактически оказалась руководителем ланкастерской партии. Концом ее политической карьеры явилась битва при Тьюксбери 4 мая 1471 г., где был убит ее единственный сын Эдуард. Сама она стала пленницей Эдуарда IV (Warkworth, р. 18-19; ChWR, р. 78-83).
84 Джон Грей едва ли мог быть в числе тех 30 дворян, которых Генрих VI посвятил в рыцари 17 февраля 1461 г., когда состоялось второе сражение под Сент-Олбенсом. Дело в том, что сам Генрих оказался освобожденным из "плена" своими сторонниками, когда они, разгромив армию Уорвика, захватили ее лагерь и обоз в деревне Сендрич (Gregory, p. 212-214; Davies, p. 102; Vitellius, fol. 177).
85 Манчини добавляет следующую пикантную деталь к этому рассказу Т. Мора: "Молва гласит, что, даже когда Эдуард приставил к ее горлу кинжал, чтобы побудить ее уступить его страсти, она осталась невозмутимой и предпочла умереть, чем потерять честь, отдавшись королю" (р. 74).
86 Герцогиня Йорк (умерла в 1495 г.) - Сесиль Невиль, дочь Ричарда Невиля, графа Солсбери (1400-1460), и сестра графа Уорвика.
87 Известно, что от Елизаветы Люси Эдуард имел двух детей - Елизавету и Артура. Последний носил фамилию Плантагенет. Он родился около 1480 г. В 1523 г. получил титул виконта. Умер в 1542 г. Дочь Елизавета родилась во время сватовства Эдуарда и Елизаветы Грей (см. текст Т. Мора, стр. 94-95).
88 Продолжатель аббата Кройленда в отличие от Мора указывает, что не Елизавета Люси, а Элеонора Батлер являлась женщиной, которой Эдуард дал слово жениться (СС, р. 567). Вопрос, кто из них прав, остается дискуссионным по сей день. P. Kendall. Richard III, 258 ff.; M. Levine. Richard III usurper or lawfull King? -"Speculum", v. 34 (1959).
89 Эдуард находился в изгнании не Два года, как пишет Мор, а пять с половиной месяцев (3 октября 1470 г.-14 марта 1471 г.). Свои силы он собирал в городах Зеландии. Недаром вскоре после возвращения себе короны, 9 ноября 1471 г., он пожаловал купцам города Миддльбург особые привилегии для торговли в Англии.
90 См. прим. 3 и прим. 23.
91 Обвинения против Сесили, герцогини Йорк, в прелюбодеянии, очевидно, не лишены оснований. Разговоры об этом имели широкое хождение. П. Вергилий указывает, что Эдуард IV был объявлен незаконнорожденным сторонниками его младшего брата не случайно, а в надежде, что "люди, еще живые, вспомнят слух о том, что мать Ричарда Сесиль сокрушалась по поводу этих обвинений" (Three Books, p. 183-184). Манчини сообщает, что герцогиня, недовольная браком Эдуарда с Елизаветой, поддерживала интриги Кларенса и Уорвика и будто бы заявила, что "Эдуард не является сыном ее супруга герцога Йоркского, а был зачат незаконно, поэтому ни в коем случае не достоин чести править королевством" (р. 74). В 70-е гг. Кларенс утверждал, что "король - бастард и управляет незаконно". Это обвинение нашло отражение в бумагах парламента (см. прим. 11).
Карл Смелый якобы однажды назвал Эдуарда IV Блейборном - такую фамилию носил стрелок, предполагаемый любовник Сесили (RIII, р. 237).
92 Согласно Стау, в середине церковного двора стоял деревянный крест, укрепленный на высоком каменном фундаменте и покрытый свинцом (RIII, р. 245). Служба произошла не в первое воскресенье после убийства Гастингса, как пишет Мор, а во второе, т. е. 22 июня. Подробнее о дате см. комментарии Р. С. Сильвестера (RIII, р. 235-245).
93 Манчини утверждает, что Бакингем выступал перед собранием знати (р. 116-118), но Фабиан и составитель "Большой хроники Лондона" подтверждают рассказ Мора о выступлении Генриха Стаффорда перед мэром и "общинами" Лондона (Fabyan, р. 669; GrCh, p. 232). Более пространен текст "Большой хроники Лондона":
"На этом собрании названный герцог произнес речь, перечислив все многообразные достоинства и добродетели лорда-протектора... Эта речь продолжалась добрых полчаса и была так хороша и совершенна по красноречию, произнесена с такой ангельской кротостью, а каждая пауза в ней была настолько продуманна, что те, кто слушал ее, изумлялись и говорили, что никогда прежде им не доводилось слышать что-либо подобное. Когда же он кончил и по-хорошему начал побуждать их признать названного лорда-протектора их истинным повелителем и королем, то они удовлетворили его просьбу скорее из страха, чем из любви, крикнув: "Да, да!" Тогда он покинул их".
Фабиан тоже отмечает совершенство ораторского искусства Бакингема, но подчеркивает, что "мудрые люди" из числа горожан не одобряли "цели и намерения оратора" (P. Vergil. Three Books, p. 185-188).
94 Субсидии, вотируемые палатой общин, собирались в форме одной десятой части движимого имущества в городе и одной пятнадцатой в деревне. В то время данный налог едва ли хоть приблизительно соответствовал пропорциям, установленным королевскими чиновниками в XIV столетии. Его размер был во второй половине XV в. фиксирован в 31 000 ф. ст. (RP, v. V, р. 477-478; 623-624 etc.).
95 Иными "привычно звучащими налогами", о которых говорит Т. Мор, являлись "бочечная" и "фунтовая" субсидии, субсидия на шерсть. На протяжении XV столетия бочечная пошлина собиралась с каждой бочки вина, импортируемой в Англию, в размере трех шиллингов с купца-англичанина и шесть шиллингов с иностранца. Фунтовая пошлина бралась в размере 12 пенсов с каждого фунта стерлингов стоимости экспортируемого из Англии или ввозимого в Англию товара, независимо от национальности купца (RP, v. V, p. 37-39). Пошлина с шерсти равнялась в соответствии с решением парламента 1485 г. 33 шиллингам 4 пенсам с англичанина и 66 шиллингам 8 пенсам с иностранца за каждый вывозимый мешок шерсти (RP, v. V, р. 500-509).