Страница 16 из 30
После ликвидации Томского аэроклуба в 1962 году Шамов выдвинул идею строительства аэродрома и создания клуба на общественных началах. Спортсмены-авиаторы горячо поддержали его. Но по сути дела мало кто верил в эту затею инженера с завода манометров. Пламенные выступления в горкоме партии и областном комитете ДОСААФ, в которых он с четкой логикой и аргументацией развивал план строительства аэродрома, сделали свое дело. Шамова поддержали. По командировке Томского обкома комсомола он приехал в Москву. Здесь выслушали его предложение строить аэродром своими силами на новом месте, близ деревни Головинка, немало подивились такому энтузиазму, но в принципе строительство разрешили. Шамов стал во главе стройки, которая вскоре решением областной конференции ВЛКСМ была объявлена комсомольской. Рабочие, инженеры, студенты, жертвуя отпусками и любой свободной минутой, вносили свою лепту в стройку. С каждым днем прибывал народ. Восстанавливали списанные бульдозеры, автомашины, становились мастерами на все руки: шоферами, трактористами, лесорубами, землекопами... Корчевали лес, выравнивали летное поле. Одних только колышков для нивелировки поверхности и топогеодезической съемки пришлось вбить 64 тысячи штук. Требовались деньги — шли на заработки, по копейке создавали свой денежный фонд. Покупали инвентарь, строительный материал, семена специальных сортов трав для посадки на рабочей площадке аэродрома. Тогда-то еще раз и проявились незаурядные организаторские способности Шамова, умение точно ориентироваться в обстановке, глубокие и разносторонние знания.
В 1964 году, в самый разгар работ на аэродроме, по инициативе Шамова и секретаря горкома комсомола Александры Липской, при авиаспортклубе возникла «Республика бодрых» — самодеятельная организация учащейся молодежи и подростков. Среди них немало было «трудных» ребят, пришедших по рекомендации детских комнат милиции. Ядром, показывающим пример в труде, и руководящей педагогической силой в «республике» стали студенты и старшеклассники — авиационные спортсмены. Они нашли верный тон в обращении с ребятами, не подавляли их инициативу, но не позволяли и своевольничать. Основными формами воспитания стали коллективный труд, твердый порядок и крепкая дружба. Ребята хотели походить на своих старших друзей, таких требовательных и заботливых, веселых и умелых, мечтали стать в будущем планеристами, парашютистами, летчиками...
Невозможно даже перечислить все трудности, с которыми столкнулись организаторы нового дела. Кто отпустит средства на питание ребят? Где взять строительные материалы для создания хотя бы минимальной базы лагеря в летний период? А посуду, медикаменты, спортинвентарь?
Мы внимательно слушаем Валерия, мысленно переносимся в мир кипучей комсомольской жизни. Тепло становится на душе от этого откровения — теперь успех и заботы томичей стали нашим общим делом.
— Сейчас, в Москве, мне нужно добиться официального признания нашего авиаспортклуба и утверждения штатного расписания его работников, — говорит Валерий. — Задача не из легких! Затем буду просить материальную часть: самолеты, планеры, парашюты, радиостанцию и другое техническое снаряжение. Ведь аэродром, по существу, уже готов.
Кстати, ребята, у меня и к вам просьба... Наша ребятня очень болеет за ваши успехи. Вы для них — пример для подражания. Если не трудно — пошлите из Польши к нам в Томск на имя авиаспортклуба «Мечта» телеграмму. Поздравьте клуб с его официальным открытием. Сами понимаете — как это будет ребятам приятно. И вторая просьба — постарайтесь выиграть эту международную встречу во что бы то ни стало.
Мы выполнили наказы Валерия: одержали победу на соревнованиях и 25 сентября отправили из Варшавы в Томск телеграмму: «Дорогие томичи! Поздравляем с рождением крылатой «Мечты»! Желаем чистого неба! Овсянкин, Пименов, Мартемьянов»
Глава VII
У каждого спортсмена в жизни есть своя «лебединая песня» — лучшее, чего он добился. Не хочется себе признаться, что моя «лебединая песня» позади, и все-таки я понимаю, что это, видимо, так. Ею был IV чемпионат мира в Москве, где мне удалось занять первое место. Здесь было все: и опыт предыдущих спортивных встреч, и поиски нового в стиле пилотирования и, главное, воспитание необходимых бойцовских качеств.
Перед началом чемпионата обе наши команды, мужская и женская, — как никогда в блестящей форме. Трудно выделить кого-нибудь — все примерно на одинаковом уровне, и если кто-то летает лучше, то только «чуть-чуть». Победителем станет тот, кто сможет найти вот это «чуть-чуть».
И вот 7 августа 1966 года 63 лучших летчика мира — посланцы 15 стран — вступили в спортивную борьбу. Зарокотали двигатели, засвистели, разрезая воздух, крылья самолетов. Они из разных стран, отличаются друг от друга летными качествами, внешним видом, даже характерами, поведением — будто не машины это, а живые существа.
Но жизнь машинам дают летчики. Они тоже не одинаковые: говорят на разных языках, одеты в разную форму, носят знаки и эмблемы тех стран, которые они представляют здесь, на Тушинском аэродроме.
Кто станет победителем?
Может быть, минчанин Вадим Овсянкин? Для этого предположения есть веские доводы. Он участник второго и третьего чемпионатов мира по высшему пилотажу, абсолютный чемпион СССР 1965 года, мастер спорта международного класса. За успехи в спорте награжден орденом «Знак Почета» и медалью «За трудовую доблесть».
Или сотрудник Орловского проектного института Витольд Почернин — заслуженный мастер спорта, чемпион мира по «темному» комплексу, победитель в труднейших упражнениях на международных спортивных встречах, зональных и всесоюзных соревнованиях? Его успехи в спорте отмечены медалью «За трудовую доблесть».
Или Владимир Пискунов? Он заслуженный мастер спорта, чемпион и призер ряда соревнований, в том числе второго и третьего чемпионатов мира.
И не только они. Мастер спорта Алексей Пименов, Людмила Васильева, Галина Корчуганова и многие другие участники — чемпионы, победители и призеры многих спортивных встреч, талантливые мастера, сильные, напористые, трудолюбивые.
В Москву прибыли сильнейшие воздушные акробаты с единственной целью: во что бы то ни стало — победить! Собрались все предыдущие абсолютные чемпионы мира: чех Ладислав Безак, венгр Йозеф Тот, испанец Томас Кастаньо. Франция прислала Жерара Берета — участника и призера многих соревнований, своего чемпиона 1965 года. Он занял второе место на первом чемпионате мира, участвовал и в третьем чемпионате в Бильбао, за его плечами огромный налет — 10 тысяч часов! Польшу представлял Станислав Касперек — пятикратный чемпион своей страны по высшему пилотажу.
Летчики СССР, США, Англии, Франции, Чехословакии, Венгрии, Польши, ГДР, Испании, Австралии, Болгарии, Румынии, ФРГ и Югославии, заслуги и спортивные титулы которых трудно перечесть, и трудно заставить себя не думать об этом.
Еще и еще раз убеждаю себя — перед судьями равны все: и именитые спортсмены, и малоизвестные. Самое большое внимание уделяю своей психологической настройке, вспоминаю, где, когда и в каком состязании выступал удачнее всего. Враг спортсмена на выступлениях — его волнение. А враг ли? Что если волнение направить в нужное русло? Ведь когда волнуешься, чувства обострены до предела, острее становится взгляд, энергичнее и четче движения — это же как раз то, что надо.
Необходимо заставить себя работать в полную меру по тщательно продуманному плану, начиная с самых простых, на первый взгляд, элементов: запуск двигателя — четко, грамотно, руление — красивое, взлет — безупречный. Все это не оценивается судьями, но это нужно для себя, для создания нужного тона в работе и, если сразу удается взять себя в руки и можно сказать себе — «ну, вот видишь все идет нормально», — появляется та самая уверенность, о которой и мечтают спортсмены.
С чем можно сравнить пилотажный комплекс: с музыкой, песней или, может быть, с мечтой? Зрителю кажется все очень простым: до чего же легко кувыркается самолет, выделывая все эти замысловатые фигуры! Но мы знаем: чем легче и естественнее кажется узор комплекса, тем, значит, выше мастерство художника, который рисует его на голубом холсте неба.