Страница 32 из 90
Энки лежал на жесткой кровати, смотря в темноту, и размышлял о том, что же делать дальше. Он знал, что Даджал тоже не спит, но не торопился заговорить с коллегой по несчастью. Они с ним действительно были в разных положениях: у телепата, в отличие от него, не было ни единого шанса, ведь даже если с него снимут обвинения в измене, то его жизнь в Чертоге резко ухудшится. Его способности не настолько велики, чтобы ему простили ошибку, которую он даже не совершал. Блондин мрачно усмехнулся, ведь он и сам не выносил слабых и глупых, всегда презирал их и смотрел свысока, и вот теперь он один из них. Блондин осознавал, что у него было больше шансов выжить, его гены важны для дальнейшего будущего избранников, Энки слышал это с самого детства. Весь вопрос — хочет ли он лишиться всего: уважения, власти, свободы, наверняка у него отберут солдат и запретят покидать Чертог, тогда ему придется влачить праздное существование, как большинство избранников, но это было не по душе мужчине. К тому же, если его обнаружат избитого и связанного, это будет позор на всю жизнь… Он, конечно, сможет кулаками доказать, что он все еще силен, но от перешептываний за спиной это не избавит. Это печально, но Даджал прав — никто не будет бороться за них, доказывать их невиновность, защищать, даже Бригид попытается извлечь из этой ситуации выгоду и заполучить игрушку для себя.
Идти в Нову тоже рискованно: люди наверняка настороженно отнесутся к Избраннику, особенно в преддверии того, что Чертог планирует расширить свою территорию. Возможно, их запрут в тюрьме или, как сказал Даджал, на них будут ставить эксперименты, в бесплотной попытке разгадать загадку их сил. К тому же во все времена, что до «Гнева богов», что после, люди боялись и ненавидели тех, кто от них отличается.
Оставаться в старом городе тоже нельзя — скоро сюда прибудут солдаты, чтобы вернуть беглецов. Все здесь перевернут вверх дном, возможно, даже уничтожат руины, сотрут их с лица земли. И что тогда остается? Уйти глубже в неизведанные земли и попытаться найти другие селения и старые города? Но где их искать? Энки тяжело вздохнул — от всех этих мыслей и удара, что он получил от Константина, у мужчины болела голова, но просить о помощи он не собирался, глупая гордыня не позволяла сделать этого. Блондин сдавленно застонал, пытаясь хоть немного прийти в себя. Похоже, эта ночь будет очень длинной.
— Если хочешь, я могу помочь, — тихо проворчал Даджал, которому ворчание и бурчание Энки не давало уснуть. — Я хоть и не медик, но могу воздействовать на твой мозг и облегчить боль.
— Было бы неплохо, — в очередной раз вздохнул мужчина, который даже сейчас не мог перешагнуть через себя и попросить о помощи. Телепат не обращал внимания на тон блондина, ведь он привык к тому, что с ним говорят высокомерно. Сейчас это было неважно, главное, чтобы Энки успокоился и наконец уснул, тогда и он сам сможет отдохнуть. Парень начал воздействовать непосредственно на мозг блондина, медленно, но верно избавляя его от боли и неприятных ощущений.
Даджал и сам очень сильно устал, он не привык к подобной жизни, не привык принимать решения самостоятельно. Но, в отличие от Энки, брюнет уже все для себя решил: он отправится вместе с Искрой и Константином, куда бы те не направились. Эти двое были интересны ему, к тому же парень почему-то был убежден, что девушка не позволит причинить ему вред. Даджал не знал, откуда эти мысли, возможно, все дело в её взгляде: нежном и теплом, он видел, что ей действительно жалко их с Энки. Подумать только, человек жалеет Избранников — это странно и кажется невероятным бредом.
Вскоре блондин смог уснуть, теперь и сам Даджал мог отдохнуть. Все же этот день был слишком длинным и насыщенным, ему просто необходимо набраться сил перед дорогой.
В соседней комнате тоже не спали. Константин думал над тем, что их ждет в Нове, какие там люди, и как они примут их с сестрой. Сейчас мальчика одолевал страх, он боялся, что и этом городе они не найдут дом, боялся, что их не примут или попытаются использовать. Пусть ему всего девять, но он уже не наивный ребенок, он понимает, что в этом мире никому нельзя доверять, никому, кроме сестры. Он должен защищать её, позаботиться о том, чтобы с ней все было хорошо. А еще Константин размышлял о том, почему Виктор не очень хотел возвращаться в Нову. Наверняка дело не только в привычке жить одному в знакомом месте. Кто знает, какие законы и правила царят в городе людей. А еще мальчику не давало покоя, что Искра решила взять двух Избранников с собой. Это было глупо и опрометчиво, но переубедить девушку невозможно, она очень упряма и всегда делает то, что считает правильным. Константин твердо решил, что будет пристально наблюдать за Энки, который наверняка не оставит попытки убить Искру.
Девушке тоже не спалось, она ворочалась и куталась в теплое одеяло, все тело болело и ныло. Последствия падения с высоты еще долго не дадут ей спокойно двигаться, но сейчас, в безопасности убежища, это уже не важно, главное, чтобы не пришлось снова убегать и драться — её организм этого просто не выдержит. Но не только это не давало Искре уснуть, она волновалась и переживала. Как их примут в Нове? Чем они будут там заниматься и какие там люди? Девушке очень хотелось, чтобы это место стало домом для нее и брата, и даже для Избранников, хотя это будет уже проблемно. Иска чувствовала вину перед этими двумя. Почему? Наверное, потому что понимала, каково это — лишиться привычной жизни и пытаться найти себя. Тяжело вздохнув, девушка повернулась на другой бок, прижимая колени к груди, и перед глазами возник образ Энки. Почему он смотрит на нее с такой ненавистью? Эта злость точно не на людей, а именно на нее, и это не давало покоя Искре. Если Избранники все же пойдут с ними, то этот вопрос придется как-то решать. Связывать блондина, каждый раз ложась спать, — не вариант.
Ночь — лучшее время для размышлений, вот только это не всегда помогает найти ответы на вопросы, что возникают в головах людей и Избранников.
Прощай старый город — на этот раз навсегда
Утро для жителей убежища началось очень рано, ведь терять времени было нельзя: нужно было покинуть город как можно скорее, пока не появились Избранники и не разрушили все, что от него осталось.
Виктор собирал рюкзаки, пытаясь сложить в них как можно больше нужных и не очень вещей. Столько всего, нажитого непосильным трудом за всю жизнь, придется оставить здесь и далеко еще не факт, что он сможет вернуться сюда. Вполне возможно, что и сам старый город в скором времени окончательно исчезнет с лица земли, как и воспоминания о той жизни, что была до злосчастного дождя. На душе у старика было тяжело, ведь он столько времени хватался за воспоминания и не желал покидать убежище, и вот теперь все кончено. Хотя рано или поздно это должно было случиться, но все же он рассчитывал умереть именно здесь, как и все его близкие.
Искра и Константин старались помочь Виктору, а вот Избранники оставались запертыми: что бы они ни решили, пока их помощь не нужна, а вот когда придется уходить и тащить тяжелые рюкзаки — другое дело.
Напряжение, что витало вокруг, давило и заставляло нервничать, все падало из рук, в царившей суматохе в рюкзаки отправлялись совершенно ненужные вещи, а то, что может пригодиться, напротив, оставалось лежать на своих местах.
— Искра, хватит суетиться! — начал ворчать Константин, которого все это мельтешение начало выводить из себя, отчего он и сам начинал нервничать. Из всей их маленькой компании только Рыжик сохранял спокойствие, мирно посапывая и лишь изредка лениво приоткрывая глаза.
— Прости, — девушка озадаченно оглядывалась по сторонам, пытаясь понять, ничего ли она не забыла. — Мне все время кажется, что они уже здесь. Что уже прилетели и рыщут по городу.
— Не волнуйся, в первую очередь они осмотрят место крушения, — попытался ободряюще улыбнуться Виктор, печально оглядывая дом, который покидает в этот раз навсегда. — Но поторопиться стоит. Иди, разбуди наших пленников, пора завтракать и выдвигаться в сторону Новы.