Страница 13 из 34
При всех своих недостатках Гармил не страдал отсутствием сообразительности. Он понял, что если не уберётся отсюда прямо сейчас, туман может здорово помешать его планам. А расстраивать своего хозяина ему ой как не хотелось. Он вытянул руку и щёлкнул пальцами над ушами Дымка.
Конь глухо застонал и присел на передние ноги - Гармил сделал ему больно.
- Но! - сердито крикнул Гармил и приготовился снова мучить конька, но тут с ветки дерева что-то прыгнуло ему на плечи. Что-то оглушительно вопящее и размахивающее когтями.
- Ай! - заорал волшебник и выпустил поводья, хватая руками непонятное существо и пытаясь стряхнуть его с себя. Висельник (а это был он) имел совсем другие планы: он кусал и царапал врага своего хозяина, пока тот оглушительно вопил и пытался удержаться на спине Дымка, который сорвался с места и со всех ног мчался подальше от неприятного тумана.
Наконец Гармил не удержал равновесия и грохнулся на землю. Висельник проворно отскочил в сторону. Окинув зелёными глазами потрёпанного, исцарапанного врага, стонущего на земле, кот с удовлетворённым видом сел и принялся умываться. Дымок исчез среди деревьев, и вскоре стук его копыт совершенно пропал вдали.
Стеная и охая, Гармил приподнялся. Лицо его было расцарапано, мантия изорвана, но оглядевшись по сторонам, он понял, что мерзкий кот на самом деле принёс ему больше проблем, чем казалось. Из-за него он не успел спастись от колдовства - серый туман, пахнущий дымом и травами, окутал всё вокруг, так что последние лучи заходящего солнца совсем не проникали сквозь эту завесу. Гармил с трудом поднялся на ноги, поискал Висельника, чтобы дать ему пинка - но кот уже растворился в тумане.
Гармил понял, что сбежать ему не удастся: единственный шанс - пересидеть угрозу. Он поднял руку и начертил в воздухе несколько огненно-красных знаков, которые тут же растаяли, но дело своё сделали - в голове у него прояснилось, запах тумана отступил. Закутавшись в плащ, Гармил лёг у дороги под дерево и закрыл глаза, стараясь экономить дыхание и каждые несколько минут чертя перед собой спасительные знаки.
Так, в полудрёме, он услышал, как вдалеке от него шуршат опавшие листья и трещат ветки. Это проходили зачарованные гномы, которых Энмор призвал в Остон. Тяжело ступая негнущимися ногами по опавшей листве, порой натыкаясь на деревья или путаясь в кустах, околдованные разбойники медленно брели по направлению к деревне, даже не глядя на дорогу.
Через час все десятеро, как призраки, возникли на границе Остона. Жители деревни и солдаты, толпой стоявшие позади Энмора, ждали их уже давно. Кметы старались придать себе храбрости, но стоило только посмотреть, как они стараются держаться поближе друг к другу и как нервно они сжимают свои топоры и вилы, как сразу делалось ясно, что каждый из них надеется, что до настоящей драки дело не дойдёт. Солдаты, возглавляемые Гнарри Стольмом, выстроились в шеренгу, обнажив сабли. Но оружие не понадобилось. Медленно, как будто их путь пролегал по дну озера, гномы подошли к солдатам. Главарь гномов, рыжебородый Стурмель, встал прямо напротив Гнарри Стольма, и, не глядя на него, снял с себя всё оружие и положил на землю. Все остальные последовали его примеру.
- Скорее заберите оружие, - велел Гнарри Стольм своим людям, и те торопливо выполнили приказ - подобрали с земли все топоры, ножи и кинжалы и передали их кметам, которые со страхом и интересом поглядывали на всё это богатство. Гномы всё так же стояли неподвижно, прикрыв глаза, свесив руки, кое-кто даже опустил голову на грудь.
- Теперь нужно увести их, - сказал Стольм, покосившись на Энмора - тот, казалось, совсем не замечает, что происходит. Его глаза были открыты, но явно ничего не видели, дыхания не было слышно, а вытянутые вверх руки слегка дрожали, и с кончиков пальцев срывались струйки дыма.
Пока солдаты уводили гномов (которые двигались всё так же медленно и заторможенно), Кориэль подошёл к Энмору и неуверенно похлопал его по плечу:
- Эээ... Мастер Энмор!
Никакого ответа.
- Мастер Энмор!
- Мяу - раздалось в ответ. Кориэль опустил глаза и увидел, как от тумана, окутавшего лес, отделился маленький серый клочок и, неторопливо и важно перебирая лапками, подошёл поближе.
- Уф, - вздохнул Энмор, приходя в себя, и тут же покачнулся. Кориэль подхватил его под локоть и помог отойти от костра и сесть на землю. Энмор опустил голову и потряс ей. Он уже очнулся, но всё ещё чувствовал остатки транса, в которые его ввела магия. Колдовскому туману его обучил не Иол - эту магию он узнал на Севере, где власть Гильдии практически не чувствовалась, и среди волшебников царили весьма вольные взгляды на то, что можно считать дозволенным, а что - нет. В компании, с которой Энмор некоторое время общался, считалось отличным развлечением посоревноваться в том, кто быстрее создаст Колдовской туман и быстрее от него избавится. Избавится... Энмор поднял голову и сквозь пелену в глазах увидел красный огонёк костра.
- Слушай, Кориэль... - протянул он заплетающимся языком, - костёр нужно потушить. Вода тут не поможет. Забросайте песком.
Кметы, которые всё ещё стояли рядом, услышали его слова, но не тронулись с места - им было страшно подходить к источнику странного дыма.
- Да вы не бо-о-о-йтесь, - сказал Энмор, растягивая слова и странно улыбаясь. - Всё норма-а-ально...
А вот и наступила первая стадия выхода из транса - собственно говоря, именно то, за что это колдовство так любили северные волшебники. Надышавшись аромата трав, они подолгу сидели на траве, хихикали и весь мир казался им красочнее и интереснее, чем обычно.
Кориэль с изумлением посмотрел на Энмора, который с блаженной улыбкой гладил Висельника. Котище, прищурив зелёные глаза, внимательно смотрел на огонь. Почувствовав взгляд Кориэля, он поднял на него глаза с таким видом, как будто бы хотел сказать: 'Ну и чего ты ждёшь? Приказа не расслышал?'
- Я думаю, его надо унести в какое-нибудь тихое место, - сказал Кориэль, поднимаясь на ноги. - А я пока пойду затушу костёр.
Кметы быстро закивали, кто-то облегчённо вздохнул. Кориэль подошёл к костерку и быстро забросал его землёй, а потом ещё и потоптал сверху подошвой сапога. Поднял голову и посмотрел на туман, окутывавший лес. Туман шевелился, из него то и дело высовывались бледные щупальца и протуберанцы, а потом мягко втягивались обратно. Кориэль поёжился. Интересно, как долго ещё будет держаться это колдовство? Небо совсем потемнело - первый из нескольких дней, отпущенных им, уже подошёл к концу, а он до сих пор не догнал Кинна, и даже не придумал, как с ним справиться...
Сомлевшего Энмора отнесли в сад позади дома старосты Повинда - все дружно решили, что на свежем воздухе волшебник быстро придёт в себя. Кориэль сел на траву рядом с хихикающим и то и дело бормочущим что-то спутником и тяжело вздохнул.
Как он мог проморгать Гармила? Прав был Кинн: деревенщина и есть деревенщина. Может, и впрямь ему надо было остаться в родной деревне и пасти гусей? Раз уж больше он всё равно ни на что не годится...
- И есть хочется, - подумал он вслух. Похлопал по плечу Энмора:
- Эй, мастер Энмор! Когда туман развеется?
- Когда туман развеется, когда-а-а-а взойдёт луна-а-а-а... - протянул нараспев Энмор и снова засмеялся. Кориэль поморщился:
- Да прекратите вы!
- Пускай ко мне заглянет черноокая моя-я-я-я... - продолжал Энмор, понемногу распеваясь и входя во вкус. Кориэль застонал и уронил голову на руки. Он всегда считал волшебников мудрыми и сдержанными, поскольку никогда с ними не встречался, и теперь в который раз за этот день помянул недобрым словом медвежью услугу Иола. И есть хочется, снова подумал он, и рассердился на себя. Ну как можно думать сейчас о таких пустяках! Времени осталось совсем мало, оно утекает, как вода, а он сидит здесь, в этом заросшем саду, под этой кривой яблоней, рядом с этим кривым попутчиком. А Кинн тем временем уезжает всё дальше и дальше, увозя с собой бесценную улику, которая может спасти жизнь его отца. Эх, Кинн... Зачем всё-таки ты это сделал?