Страница 5 из 8
В отличие от Людовика Шестнадцатого, герцог был истинным Бурбоном, то есть жил по закону предков – дам менял беспрестанно. Пока не появилась она…
Графиня де Жанлис была воспитательницей его детей. Но вместе с детьми она начала успешно воспитывать самого герцога Орлеанского.
Когда он стал ее любовником, она ввела его в мир Руссо, Вольтера, просветителей.
Теперь герцог Орлеанский преисполнен самых передовых идей века. Он стал до того продвинутым господином, что, как тогдашние крутые молодые люди, сделал татуировку. Впервые в истории Бубонов! На татуировке ее инициалы – Стефани-Фелисите Дюкре де Сент-Обен, графиня де Жанлис – и изображение сердце.
Когда графиня увидела это чудо искусства на теле любимого, как писал современник, «она растроганно прослезилась!». И моментально сделала подобную татуировку – инициалы герцога возле пронзенного сердца. Правда, вырезала она ее… на дереве в дворцовом парке.
Герцог Орлеанский. Джошуа Рейнольдс.
1779 г. Музей Конде
Фелисите да Жанлис. Неизвестный художник XVIII в.
Графиня де Жанлис. Сегодня это имя мало о чем говорит. Но поверьте, во времена Пушкина оно было известно всякому просвещенном человеку. Ибо, в отличие от любовника-герцога, мадам де Жанлис проживет долго и станет одной из самых популярных писательниц Европы.
Но это потом… А сейчас она продолжает успешно воспитывать герцога.
Она знакомит его с французскими масонами. С ней и с ними герцог впервые задумался о троне. Действительно, почему его занимает этот жалкий толстяк, подкаблучник, если рядом другой Бурбон, достойнейший?!
Графиня де Жанлис. Аделаида Лабиль-Жирар.
1790 г. Музей искусств Лос-Анжелеса
Герцог начинает действовать…
Отец подарил ему Пале-Рояль – дворец, построенный великим кардиналом Ришелье. Вокруг дворца – огромный парк. Герцог (и, конечно графиня де Жанлис) поняли, что нужно делать.
Герцог создает «клуб под открытым небом». Он строит ту самую колоннаду, которую мы видим и сейчас. И в этой колоннаде, несмотря на возмущение родителей, несмотря на гнев стариков-аристократов, наш передовой герцог продает места лавочникам и трактирщикам. Здесь открываются дорогие лавки, знаменитые рестораны и кофейни.
Они тотчас превращаются в центры общественной жизни и оппозиции. Пале-Рояль становится самым модным местом Парижа.
Теперь в аллеях Пале-Роляля под столетними деревьями разгуливают аристократки и дамы легкого поведения. Последних мы вскоре увидим в деле. Нет-нет, не в кровати – на другом поприще, революционном!
Сады Пале-Роляля
Галерея Пале-Роляля
vvoc©Shutterstock.com
Из этого воистину культового местечка начинает распространяться множество памфлетов о Марии-Антуанетте. Здесь есть кому сочинять: это будущая писательница – графиня, и новый секретарь герцога – месье Шодерло де Лакло, автор знаменитых «Опасных связей», великий мастер галантных историй! Короче, золотые перья Франции!
Памфлетами зачитывается страна! Антуанетте приписывают главных Дон Жуанов Франции – герцога Лозена и брата короля, графа д’Артуа… И конечно описывается лесбийский роман с Жюли Полиньяк.
Толпа жадно глотает эти истории.
Шодерло де Лакло. Автор «Опасных связей». Гравюра. XIX в.
Конечно, Антуанетта, бездумно исполняющая все прихоти Полиньяк, щедро давала поводы для памфлетов. Но и в России перед семнадцатым годом нашей императрице, целиком посвятившей себя семье… также припишут любовницу – Вырубову! И генеральша Богданович, державшая самый модный аристократический салон, в своем дневнике писала, что Зилотти (знаменитый музыкант) рассказывал: Николай очень нервничает, потому что не понимает подозрительных отношений царицы с Вырубовой. И будто бы после крушения царской яхты (это произошло на отдыхе в шхерах) царица легла в одну постель с Вырубовой…
РЕВОЛЮЦИИ, КАК МЫ НЕ РАЗ ЕЩЕ УБЕДИМСЯ, УЧАТСЯ ДРУГ У ДРУГА.
Императрица с любимой фрейлиной
Мать Антуанетты, великая императрица Мария-Терезия, не могла больше терпеть – во дворце в Вене получают подробные отчеты из Парижа. Мария-Терезия, опытный политик, чувствует – обстановка в Париже накаляется. Она понимает, чем все это может кончиться.
И решает послать к Антуанетте сына.
Старший брат Марии-Антуанетты Иосиф – соправитель матери, один из трех самых блестящих европейских владык. Читайте замечательную переписку Иосифа с Екатериной и Фридрихом! Как наша Екатерина и прусский король Фридрих Великий, он был верным поклонником идей Просвещения. Но как и они, больше на бумаге.
Иосиф приезжает в Париж. Ему приготовлены роскошные покои, но он остановливается в скром ном доме, демонстрируя сестре, как бережлив должен быть монарх.
От этого визита остались его письма к матери о беседах с Антуанеттой.
Мария-Терезия. Жан-Этьен Лиотар. 1760 г.
Он внушал ей: «Ты уже не ребенок. Неужели ты не понимаешь, что происходит? Твой муж в Версале ложится спать. Ты под маской мчишься в Оперу, окруженная сволочью. И ты думаешь, что хоть кто-нибудь не знает, кто скрывается под этой маской? Если бы ты слышала, что болтают о тебе! Я произносить при тебе не могу то, что говорят о тебе вслух!» И еще: «Как ты, не прочитавшая ни одной книги, смеешь спорить с мужем и вмешиваться в дела управления государством?!»
Он терпеливо объяснет ей, как надо обращаться с мужем, не блещущим умом и талантами. «Не возвышай себя при нем». «Подавляй всякое желание блеснуть». «Молчи о его слабостях, заставляй молчать о них и других». «Не надо острить при нем, и не дай бог острить по его поводу». И так далее…
Но главное – прогнать от себя «сволочь»!
Мария-Антуанетта с удовольствием слушает поучения любимого брата. Но Иосиф уже понял ее характер: как только он уедет, все будет по-старому. Безумная в жажде развлечений, она, конечно же, сохранит «сволочь» – блестящих молодых проходимцев, «наших».
Мария-Антуанетта, Людовик XVI и Иосиф II. Йозеф Хотцингер. 1776 г. Музей истории искусств
Поэтому их беседы закончились страшным письмом Иосифа:
«Ты разрываешь мне сердце. Я трепещу за тебя…
Пойми, наконец, так далее продолжаться не может. Ты должна, обязана все переменить».
И далее строчка, которую ей придется понять всего через десять лет – «Революция будет жесткой».