Страница 26 из 28
К краю бассейна деликатно подошел слуга, склонил голову. Из-под воды его силуэт выглядел изломанным и мутным, словно отражающимся в кривом зеркале.
– Что, Зафир? – красноволосый дракон вынырнул на поверхность, отбросил рукой волосы с лица.
– Великая сафаиита просит вас присоединиться к ней за завтраком, – несколько недовольно высказался Зафир. Виданное ли это дело – передавать приказы Владыке! Он так и сказал личной служанке гостьи из-за гор, на что малита высокомерно посоветовала ему не вмешиваться в отношения Владыки и его невесты, потому что госпожа – не простая женщина, а великая волшебница и, если Зафир что-то скажет про нее нехорошее, наколдует ему рог на лбу и горб на спине.
Они разошлись, недовольные друг другом, и все же верный слуга смягчил формулировки, переделав приказ в просьбу.
Нории вышел из бассейна, посмотрел на песочные часы. Очень удачно.
– Разместили ли прилетевших? – спросил он, окунаясь в купальне в чашу с минеральной водой.
– Да, господин, – Зафир взглядом отослал ожидающих массажистов – ему с его опытом уже было понятно, что Владыке сейчас не до массажа. – К каждому приставлены слуги, господа отдыхают сейчас после перелета в своих покоях.
– Распорядись подготовить к полудню малахитовый зал. Мы будем говорить.
– Будет сделано, господин.
Принцесса ждала его у накрытого стола, пила чай и рассеянно поглядывала в окно. Увидела дракона, улыбнулась холодно, сдержанным изящным жестом пригласила присоединиться.
– Ты очень свежо выглядишь, – пророкотал Нории, оглядывая ее розовые щеки, аккуратно собранные волосы, блестящие темные глаза. Ангелина склонила голову, принимая комплимент. Служанки наливали ему чай, раскладывали по тарелкам холодное мясо и овощи, а он нахмурился – увидел ее исцарапанные руки.
– Выйдите, – сказал коротко, и женщины поспешно удалились. Принцесса посмотрела им вслед, затем выжидающе глянула на драконьего Владыку.
– Ты поранилась, – произнес он.
Она бросила равнодушный взгляд на свои руки.
– С утра занималась розами. Ерунда, Нории. У вас прекрасные заживляющие мази.
– Дай мне руку, – сказал он нетерпеливо, и невеста его, чуть помедлив, с ироничной улыбкой протянула кисть. Он отметил эту улыбку. Понятно. Значит, стойкая, как самая крепкая сталь, женщина нашла против него еще одно оружие. Холодность и иронию.
Нории наклонился вперед, аккуратно притронулся к ее пальцам, прикрыл глаза, повел рукой выше, к локтю. Услышал приглушенный вздох, улыбнулся.
– Давно хотел сделать это, – признался он даже с некоторым самодовольством. – Шрамы тебя не красили.
– Эти шрамы – напоминание о не самом легком периоде в моей жизни, – откликнулась принцесса, рассматривая излеченную руку – без рубцов от ожогов, без царапин. Протянула ему вторую.
– Покалывает, – сообщила она, внимательно наблюдая за Нории.
– Возрождение всегда идет через боль, – ответил дракон, пробегая кончиками пальцев по гладкой, обновленной коже от запястья до локтя. Посмотрел на огненную Рудлог – аура тепло пульсировала, и Ангелина насмешливо улыбалась, но руку пока не отнимала, словно спрашивая: и что ты будешь делать дальше?
– Вы сильны в целительстве, – рассеянно проговорила принцесса, мягко высвобождая ладонь и доливая себе чай.
– Мы дети Белого Целителя, я говорил тебе, – объяснил Нории, глядя на ее прямую фигуру, на разворот плеч – может ли что-то заставить их согнуться? – У нас нет больниц и аптек, поэтому люди либо лечатся дома, либо, если что-то серьезное, идут к драконам. Огни каждый день принимает много болеющих.
– Кто она тебе? – поинтересовалась Ангелина, глядя, как он аккуратно кладет на плоскую тарелку сладкую баклаву, пропитанную медом, с начинкой из орехов и семечек.
– Двоюродная сестра. У нее в горе́ погибли муж и дети, Ангелина.
Она нахмурилась, словно своими словами он нарушил хрупкое очарование этого утра. Наверное, так оно и было.
– Неудивительно, что она так негативно настроена по отношению ко мне.
– Ее можно понять, – спокойно ответил Нории, глядя принцессе в глаза. Ани пожала плечами.
– Я понимаю. Вас всех понимаю. Только вы меня понять не хотите.
Дракон наклонил голову, и ключ, вплетенный в косичку, мазнул по его плечу.
– Не будем ругаться, Ани-лиша. Хорошо? Мы договорились, а остальное неважно.
– И ты выполнишь договор? – насмешливо спросила она. – Отпустишь меня?
– Отпущу, – пророкотал он уверенно и увидел, как пытливо она всматривается в его лицо, как изгибает губы – недоверчиво и даже презрительно. Опустила глаза, взяла сочный томат, откусила, о чем-то раздумывая.
– Что означает «Ани-лиша»?
– Маленькая сокровенная жена, – расшифровал дракон, улыбаясь. – «Ани» – сокровенная, «ли» – маленькая, малютка. «Ша» – это женщина, жена. Шеен-шари – невеста.
– Какая же я маленькая? – спросила Ангелина сухо. – Я большая, Нории. Крупная.
Он даже не понял сначала, что она говорит о своей фигуре. А поняв, гулко рассмеялся.
– Это для слабых и мелких мужчин ты большая, – принцесса, недовольная его смехом, вскинула брови, – а для нормального мужчины ты маленькая и легкая. Ты же мне по плечо, Ангелина, и на руках я тебя могу нести долго. Мы любим разных женщин, главное, чтобы они были здоровыми.
– И покорными, – добавила она холодно, – как девочки из гарема.
Разговор, начавшийся вполне приятно, опять стал напоминать столкновение.
– Их никто не принуждает, принцесса, – пророкотал Нории приглушенно и увидел, как едва заметно дернулись ее губы, – они сами ко мне приходят. И да, я люблю покорных женщин. Но это не про тебя. От тебя покорности никто не ждет, ты же наследница Красного, равная нам, несущая огненную стихию. Хотя, – добавил он необидно и даже шутливо, – слово «господин» в твоих устах звучит очень приятно.
– Я не хотела ставить тебя в неудобное положение, – сказала она сдержанно.
– Спасибо, – мягко кивнул Владыка. – Ты меня удивила. Но это не обязательно. Люди примут тебя такой, какая ты есть. И тем более не нужно менять себя перед драконами. Ты встретишься сегодня с ними? Они помогут в охране и поиске воды.
– Встречусь, – отозвалась Ангелина, помешивая чай. Совершенно без звука. Отложила аккуратно ложечку, поднесла к губам чашку. Какую? Третью, четвертую? Такое ощущение, что чай она готова пить бесконечно. – Мне нужно знать, сколько у тебя золота, – проговорила принцесса, окончательно переходя на деловой тон. – Без понимания объема финансов я не могу планировать закупки и развитие.
– Я отведу тебя в сокровищницу после завтрака, – пообещал дракон, улыбнувшись. – Может, выберешь себе что-то?
– Не выберу, – отрезала первая Рудлог, и Нории насмешливо склонил голову набок, словно прислушиваясь.
– Что-то еще?
– Да, – Ангелина пододвинула к себе листочек с записями. – Прежде всего нужно провести перепись населения города. Я должна понимать, сколько у нас детей, взрослых мужчин, женщин, что они умеют, чем занимаются в городе. Затем хочу обсудить с тобой отмену запрета на поход к горам…
Завтрак, перешедший в деловой разговор, продолжался более двух часов, и служанки, принося свежий горячий чай, лимонад и освежающий мятный лукум, тихонько сплетничали за дверями о том, как хорошо, что госпожа и господин столько времени проводят вместе, но плохо, что смотрят они в бумаги, а не друг на друга.
– Женщины, – презрительно пробормотал дежуривший тут же Зафир – вдруг Владыке что-то понадобится? – Вам бы только сплетничать.
Он бы никогда не признался в том, что ловит каждое слово периодически проходящих в покои малит.
Сокровищница находилась в зале на первом этаже, за тяжелыми дверями. Но охраны видно не было.
– Чужой отсюда не выйдет, – коротко пояснил Нории в ответ на вопрос Ангелины о мерах безопасности, открывая двери. – Не заходи, пока не позову.
Внутри было темно, и он первый шагнул в эту темноту. Ани стояла у входа и ежилась. Изнутри тянуло чем-то неприятным, будто кто-то зловещий пристально разглядывал ее и прикидывал, какова она на вкус.