Дитя Ее Высочества

То ли Ливейна мотнула вперёд безжалостная сила земного притяжения, то ли он действительно шагнул – никто из находящихся в шатре с точностью определить этого не сумел. Только герцог очутился рядом с его высочеством,  хватая Дарина за голое плечо.

Реакция принца была незамедлительной. Вроде бы даже глаз не открывая, он приподнялся на ложе, опираясь на руку. И его кинжал очутился на волосок от горла хозяина. То есть от того места, где у обычных людей находится шея. В смысле, рядом с третьей складкой под подбородком. В общем, возле воротника.

– Эй, ты чего? – обиженно прогудел герцог, стремительно, буквально на глазах, трезвея.

И старательно пытаясь рассмотреть клинок. К сожалению, за собственным мясистым носом и вислыми щеками ему видно было только рукоять.

– Да как ты смеешь? – дикой кошкой вдруг взъярилась герцогиня.

И, схватив медный кувшин, стоящий на столике, опустила его на многострадальную голову… Дарина. Принц, так и не открыв глаз, упал обратно на подушки.

– Никто не смеет прикасаться к моему мужу, – гордо заявила разочарованная вроде бы в своём супружестве красавица.

И, мешая причитания с присюсюкиванием, захлопотала вокруг опешившего и переставшего понимать вообще что-либо герцога. Заботливая жена подхватила Ливейн под монументальный локоток, выводя его из шатра. Герцог в целом и не сопротивлялся, притормаживал только и все оглядывался на кровать с распростёртым телом. Но хрупкая северянка оказалась дамой настойчивой и вынудила-таки супруга покинуть ставшее вдруг очень тихим помещение.