Страница 66 из 91
В синем платье с белым кружевным воротничком, приобретенном для неё медсестрой «Тессы», Сандра была похожа на ученицу строгого колледжа. Она выглядела подавленной, уставшей, но вовсе не агрессивной или раздраженной.
— Хорошее вино. Нам необходимо отпраздновать кой-какие события. — Он наполнил бокалы — гранатовый напиток заиграл в хрустале драгоценным блеском.
— Да… — Сандра подняла свой бокал, сосредоточенно глядя перед собой.
— Знаешь, Берт, я пока не могу понять все случившееся с нами, но получается, что единственный ценный подарок, на который расщедрилась моя судьба за двадцать пять лет — это встреча с тобой.
«Бог мой! Да она на шесть лет моложе Моны, как же это никому не пришло в голову!» — подумал Берт, присматриваясь к Сандре.
— Ты сделал для меня то, что мог бы сделать отец, брат… В общем, спасибо…
— Возможно, ты ещё возненавидишь меня, девочка. Так много предстоит натворить… — Глаза Берта недобро сверкнули. Насколько я понял, главная ближайшая цель нашей жизни — возмездие. Без этого мы просто никогда не сумеем беззаботно смеяться. А я так люблю смотреть на смеющихся красивых женщин, которые ужинают со мной на сказочном острове. — Поймав строгий взгляд Сандры, Берт спохватился. — Не станем взвешивать, у кого большие счеты с преступниками Морис-Ривз. Как бы там ни было, на тропу войны первым выйдет мужчина. — Берт протянул через стол Сандре руку. — Послушайся меня, девочка, доверься и не капризничай. Я уже все продумал. Завтра я улечу в Америку и начну точить ножи. А ты постараешься потолстеть и позагорать. О ходе операции «Мстители» я буду тебе докладывать по телефону. Обещаю — ты не останешься в стороне, приговор должен прозвучать из твоих уст… Только не торопись. Нам никак нельзя промахнуться.
Сандра ответила на рукопожатие и подняла на Берта темные глаза:
— Но мы не должны медлить. В любую минуту может вернуться хозяйка этого дома и мне придется исчезнуть.
— Мы что-нибудь придумаем, если Мона появится. Честно говоря, я в это уже не верю.
— Понимаю, как тебе больно. Ты летел в Испанию, надеясь найти её. А встретил меня… Ты очень сильный человек, Берт.
— Сильный и самоуверенный. Я даже не спросил тебя, какой приговор ты готовишь Дастину… Возможно, помилование? Мне очень трудно представить, что ты любишь этого монстра. Для меня он — злодей, черная мишень без лица и души, воплощение зла и всяческой мерзости… Извини, Сандра.
— Я думаю так же. А чувствовать ничего не могу… У меня в груди дыра, пустота, в которой зачем-то бьется сердце. Может быть, эта страшная, ослепляющая пустота и есть ненависть?
— Ты уверена, что не хочешь рассказать мне о своей встрече с Морисом?
Закрыв глаза, Сандра отрицательно покачала головой:
— Мне было бы лучше забыть об этом навсегда, провалиться в беспамятство, как в те дни, когда я попала в «Тессу»… Но ты должен знать все…
Когда ты улетел в Испанию, я позвонила в Ньюхемш своему адвокату Самуилу Шольцу и попросила его устроить мне тайную встречу с мужем. Добрый старик был потрясен — он уже считал меня погибшей…
Наивная дурочка, я надеялась, что увидев меня, Дастин тут же узнает и возликует. А потом прикончит злодейку Клер… Увы… Мне предстояло хлебнуть страшного зелья… Ужас, ненависть, омерзение? — Не знаю, наверно, все это вместе. Хорошо, если без эмоций, это выглядит так.
Человек Шольца проводил меня в притон наркоманов под видом Моны, где её и нашел агент Клер, разыскивающий твою жену. Изображая опустившуюся наркоманку, я попала на виллу миссис Ривз. Да, детективу удалось узнать, что они недавно вступили в брак, скрыв это от всех. Клер была уверена, что Дастин заполучил после моей гибели огромное наследство, которого на самом деле, оказывается, не существовало. Бриллиант и кое-что из ценных бумаг вот и все, что осталось мне от родителей. А теперь нет и этого.
— А твой муж, беря в жены Клер, конечно, рассчитывал на деньги моего отца! Здорово они надули друг друга!
— Именно поэтому Клер разыскивала Мону. Она почти сразу признала во мне миссис Барроу и предложила вступить с ней в заговор. Мы должны были, шантажируя тебя, вытрясти приличные деньги или же запятнать твое имя грязным скандалом.
— А ты отчаянная девчонка — сунула голову в гадючник! Да ещё разыграла целый спектакль. Не ожидал! — Берта искренне поразил рассказ Сандры.
— Я и сама не ожидала от себя такого. Наверно, я очень хотела убедиться в невиновности Дастина и вернуть свою любовь. Только безумная любовь могла толкнуть меня на сумасшедший поступок… Как на офорте Гойи «Сон разума рождает чудовищ». — Сандра задумалась. — Он оказался настоящим чудовищем…
Увидев меня и приняв за Мону, Дастин тут же хлебнул для куража виски и попытался овладеть мной, вспоминая, как они занимались этим с Моной…
Я не стану вдаваться в детали — они омерзительны. Странно, что я не сошла с ума… Мистер Морис похвастался Моне в том, что считает, конечно, доблестью супермена, привилегией исключительной личности. Это право на чужую жизнь — мою жизнь, жизнь моей матери…
Берт, мне страшно! — В расширившихся зрачках Сандры отражались огоньки свечей. Сейчас она была до жути похожа на затравленную маньяком героиню Моны в её первом фильме «Молчание». — Он убил меня и маму.
Берт вскочил, обнял за плечи сидящую Сандру и прошептал:
— Все позади, девочка. Ты в безопасности. Я не позволю никому причинить тебе вред.
Закрыв лицо ладонями, Сандра притихла:
— Ты думаешь, старик-испанец вернул меня к жизни? Нет, он подарил мне ад.
— Ад устроили для тебя другие. И они ответят за содеянное, Сандра.
— Для этого я теперь и живу. А потом… Потом ничего не будет…
— Уф! У меня, видно, на роду написано успокаивать женщин. — Берт разгреб в камине угли и подбросил дрова. Пламя весело взвилось, обрадовавшись добыче.
— Кажется, я слишком напоминаю Мону? Жаль. Не скажу, чтобы она была мне очень симпатична. Мне кажется, тебе не повезло с женой. Это правда, хотя и жестокая… Думаю, ей лучше не возвращаться в твою жизнь… У тебя должно быть очень много хорошего… — Сандра подсела к камину. — Мне до сих пор как-то странно передвигаться самостоятельно. Даже когда я сижу в кресле, руки механически нащупывают кнопки мотора.
— Да ты ещё будешь танцевать! Честное слово, Сандра, я не пропущу твою свадьбу.
— А разве мы уже разводимся?
— Нет, девочка. У нас очень крепкий, надежный союз. Никто не помешает нам восстановить справедливость. И ухватить для себя немного счастья.
— Ты очень добр. Только мои радости уже позади… Но если добрый рождественский святой принесет мне подарки, я с радостью заберу их — для тебя.
— Договорились! Я буду ждать. А если мне удастся дотянуться до радуги, я сниму её, чтобы подарить тебе…
Сандра поднялась и поцеловала Берта в щеку, покрытую колкой щетиной.
— Пора бриться, колючка. Ты же не какой-то там бесхозный холостяк. Кажется, мне придется заняться твоим имиджем. — Сандра окинула Берта с ног до головы насмешливым взглядом. — Путешествующему миллионеру подобает выглядеть солиднее.
— Отличные джинсы, и совсем почти без мазутных пятен… Конечно, пару раз я в них возился с мотором… И не переоделся к ужину… Позор — я опустился. И знаешь, это из-за самолета. Когда человек пользуется личным «Гольфстримом», ему совсем не обязательно часто менять костюмы. Ведь там даже нет хорошенькой стюардессы…
Сандра улыбнулась:
— Мы уже пытаемся смеяться. Это хороший знак… Но мне бы хотелось, чтобы хозяин «Стеферсон Уэлси компани» выглядел безукоризненно.
— А у меня непростая женушка. — Присвистнул Берт, глядя на Сандру прищуренными глазами. — А знаешь, что хотелось бы хозяину этой самой компании? Будь добра, детка, верни назад свои волосы.
…Утром Сандре, устроившейся в уютной спальне для гостей, горничная доложила, что её ожидают в гостиной мадам Лурье и господин Карменсини.
— Я назначала им встречу? — Удивилась Сандра.
— Модистку и парикмахера распорядился пригласить для вас хозяин. Это лучшие специалисты на побережье.