Страница 14 из 32
Ударная группа Кобаяси вечером 2 июля приступила к наведению моста через Халхин-Гол. Примерно в 3.15 3 июля 1-й батальон 71-го пехотного полка переправился через реку. Находившийся на этом участке 15-й кавалерийский полк 6-й кавдивизии МНРА двигался по дороге через гору Баин-Цаган на центральную переправу. В результате перестрелки полк был отброшен и отошел, а передовой отряд японцев закрепился на северо-западных скатах горы, обеспечивая переправу и выход на Баин-Цаган главных сил своей группировки.
Командование 6-й кавдивизии МНРА пыталось контратаковать японцев силами 15 кавполка и бронедивизионом, но бомбардировочная авиация противника рассеяла по полю боя развертывающиеся части дивизии и в дальнейшем держала их под постоянными бомбежками, не давая возможности собрать и направить в контратаку. До прибытия частей Красной Армии 6-я кавдивизия так и не смогла атаковать переправившиеся части противника.
Примерно к 6.00 на западном берегу было уже два батальона 71-го полка с противотанковой артиллерией, которые выдвигались на юго-запад, заходя в тыл советско-монгольских частей.
Здесь следует отметить, что командование 1-й армейской группы в течение июня месяца не смогло наладить достаточной разведки и полностью не вскрыло сосредоточение японских войск и направление их главного удара. Тем не менее, по активизации действий противника советское командование сумело сделать правильный вывод о готовящемся наступлении. В ночь со 2 на 3 июля, получив сведения об атаке советских частей на восточном берегу реки, командир 1-й армейской группы решил нанести по группе Ясуока фланговый удар. Для этого выделялись почти все имеющиеся резервы. Согласно приказу, 6-я кавдивизия МНРА должна была «подойти к развалинам и переправить 15 кавалерийский полк на восточный берег для обеспечения левого фланга. 9-й мотоброневой и 11-й танковой бригадам выйти в район 6 км юго-западнее развалин с готовностью нанести удар по наступающему противнику, 24-му мотострелковому полку выйти в район озера Ху-ху-Усу-Нур, 7-й мотоброневой бригаде к отметке 752 (12 км юго-западнее горы Хамар-Даба) с целью удара по противнику, наступающему с фронта». Сведениями о переправе японцев через Халхин-Гол командование 1-й армейской группы не располагало. Таким образом, резервы двинулись, сами не зная, навстречу переправившимся частям генерал-майора Кобаяши.
Командиры штаба 1-й армейской группы и жены комсостава осматривают трофеи — японскую ремонтную летучку Тип 94. Июль-август 1939 года (АСКМ).
3 июля, примерно в 7 часов утра, 9 машин 8-й мотоброневой бригады наскочили на авангардную колонну японцев, двигавшуюся от Баин-Цаган к югу, и атаковали ее. Огнем противотанковых орудий было подбито 4 броневика, экипаж одной машины попал в плен. Узнав о том, что противник переправился на западный берег реки, командир 1-й армейской группой тут же перенацеливает все выдвигающиеся резервы на атаку занятого японцами плацдарма. При этом было неизвестно, какие силы переправились на западный берег. 2-й танковый батальон 11-й танковой бригады, находившийся в районе родника в 5 км западнее Дунгур-Обо, получает приказ — выслать 8 танков для уничтожения переправившихся японцев. Примерно в 8.15 танки, под командованием старшего лейтенанта Филатова, атаковали пехоту 71-го пехотного полка, уничтожив при этом одно противотанковое орудие. Однако ответным огнем 2 БТ-5 были сожжены и 6 подбито. Был убит Филатов и еще 5 танкистов, 4 ранено, 1 пропал без вести.
В 8.30 командир 2-го танкового батальона капитан К. Абрамов получает приказ — атаковать наступающего противника 15 танками БТ-5 и 5 ХТ-26 и не допустить его к переправе. Одновременно из состава батальона выделялось 8 БТ-5 под командой капитана М. Лукина для переправы на восточный берег в состав 9-й мотоброневой бригады. Танки батальона пошли в атаку в 8.45, в результате боя продвижение частей 71-го пехотного полка к переправе было остановлено. Танкисты потеряли 12 человек убитыми и 9 ранеными, сгорело 7 БТ-5 и 5 ХТ-26, подбито 2 БТ-5. О гибели одного из ХТ-26 сохранилось свидетельство одного из японских солдат 71-го пехотного полка:
«Один танк подошел к японским окопам и почему-то застрял. Сначала он стрелял из огнемета, потом из пулемета и пистолета. Сержант Ассакура хотел уничтожить его. Он подошел сзади, положил на танк 2-х килограммовый заряд взрывчатки и побежал от взрыва. Все вокруг аплодировали, так как это было похоже на сцену из некоторых средневековых японских сражений. Однако пулеметной очередью с танка Ассакура был убит. Солдаты были в ярости, они окружили этот танк, предлагая экипажу сдаться. Ответа не последовало, тогда под днище танка заложили взрывчатку и подорвали ее. В результате был поврежден передний люк, чрез который сержант Хигаки вытащил за ворот молодого русского танкиста (второй погиб), которого тут же закололи штыками».
Бронеавтомобиль БА-20 (с конической башней) одной из мотоброневых бригад. Июль-август 1939 года. Обратите внимание на тряпичный чехол, надетый на фару (АСКМ).
Бойцы Красной Армии ведут огонь из 82-мм батальонного миномета образца 1938 года. Август 1939 года. В боях на реке Халхин-Гол минометы оказались незаменимым оружием при штурме японских укреплений, но имелось их крайне мало — всего несколько десятков штук (АСКМ).
Когда командованию 1-й армейской группы стало ясно, что на западный берег переправились довольно крупные силы японцев, оно приняло решение — немедленно атаковать противника в районе горы Баин-Цаган. Планом предусматривалось — ударом 11-й танковой бригады с севера, 24-м мотострелковым полком с северо-запада и запада и 7-й мотоброневой бригадой с юга окружить и уничтожить противника. Атака началась в 11 часов 3 июля. В докладе Жукова о результатах этого боя сказано:
«Выполняя приказ, 1-й батальон 11-й танковой бригады атакует противника, охватывая Баин-Цаган с северо-запада во фланг и тыл, 3-й батальон 11-й танковой бригады и бронедивизионом 6-й монгольской кавдивизии — с запада. Противник был охвачен в стальное танковое кольцо. 24-й мотострелковый полк вышел по ошибке к развалинам и, повернув к югу, в 12.00. атаковал противника с северо-запада. В 15.00 в бой вступила 7-я мотоборневая бригада, нанося удар бронебатальоном на южные скаты Баин-Цаган. Зажатый в тиски противник перешел к обороне. Начался бой по его уничтожению. Он длился весь день и ночь на 4 июля, 4 июля и ночь на 5 июля. В ночь на 5 июля противник начал отход за реку, а с рассветом в беспорядке толпами начал бегство под преследованием наших частей.
Наш удар был нанесен для противника неожиданно и так ошеломил его, что он был вынужден перейти к обороне на восточном берегу Халхин-Гола.
За эти бои противник был потрясен настолько, что ему потребовался длительный период для восстановления своих сил».
В своей беседе с писателем К. Симоновым в 1950 году г. Жуков так описывал этот бой: «…Им (11-й танковой бригаде. — Прим. автора) оставалось пройти еще 60 или 70 километров, и они их прошли… И вступили в бой. Бригада была сильная, около двухсот машин. Она развернулась, и смело пошла. Понесла большие потери от огня японской артиллерии, но — повторяю — мы были готовы к этому.
Половину личного состава бригада потеряла убитыми и ранеными. И половину машин, даже больше. Еще большие потери понесли советские и монгольские бронечасти, которые поддерживали атаку. Танки горели на моих глазах. На одном из участков развернулось 36 танков, и вскоре 24 из них уже горели. Но зато мы раздавили японскую дивизию».