Страница 45 из 143
И вот, группа из нас, то есть семерых студентов атконнора, полными томления по ярким впечатлениям, уже летела на всех парусах на заказанном Магоном флайере в нужном направлении. На улице вовсю светило небесное светило, окрашивая небо в насыщенно синий цвет, по которому кое-где плыли перья белесых облаков. Обещал за всех заплатить Магон. Мне так неудобно было. На что "деликатный" Магон "вежливо" ответил:
- Неудобно штаны через голову натягивать. Ты - моя кашиасу. Так что, кто знает, когда-нибудь мне вернется, - он хитро прищурил глаза и ехидно подмигнул.
Я и замолчала. Надо уметь принимать подарки от друзей. Им это приятно.
Итак, развлекательная программа началась. Первым делом мы поели. Набрали всяких вкусняшек, запили коктейлями, соками, в общем, намешали всякой гадости в желудке, и пошли на первый этаж. Там располагался самый настоящий каток! Я потеряла дар речи, завидев его за бортиком. Рядом мы в крупной раздевалке арендовали коньки и шумной толпой завалили на лед. Удивительное дело, но я чувствовала на нем себя очень легко, словно до потери памяти только и делала, что каталась на коньках. Это впечатлило друзей, особенно тех, кто оказался на той самой точке, которая завершала часть тела, носящей гордое название "спина". Они делали глазки блюдцами и восторгались моим восхитительным умением держаться на лезвиях. Я же деловито проплывала мимо и махала им ручкой.
После часа катания на льду наша гопкомпания направила усилия на ролевые кужи. Оказывается, это такие двухместные круглые приспособления, которые ездят на шести колесах по специальной площадке. А ты сидишь и крутишь баранку. Мы с Лией залезли в один из них. Ох, и напищались мы! Я тогда почему-то удивилась поведению подруги. Столько эмоций у ириданской женщины? Она была из тех женщин, что умели чувствовать. Поэтому Лия такая отзывчивая. Других женщин я знала мало. Как-то не приходилось сильно близко с ними общаться, кроме Марты да ее детей. К слову скажу, Марта, хоть и была спокойной, но назвать стервой не поворачивается не то, что язык, даже думать противно. Просто она всегда была Снежной королевой и все. Но это я отвлеклась от темы... Итак, отдых!
Следующим стал срэдо. Это что-то. Понимаю, почему Магон настаивал посетить его. Он являл собой круглую площадку, огороженную прочной сеткой, укрепленной металлическими прутьями, и крепящейся на широкой оси. Вдоль сетки строились в рост человека пластины с ремнями на уровне талии, груди и бедер. Желающие становятся возле этих пластин, куда их крепко-накрепко притягивают ремнями. Я потом поняла, зачем. Когда это железное сооружение на мощной оси начинает крутиться во все немыслимые направления, вспоминаешь, что тебе забыли еще голову как следует закрепить и ноги. Я думала, что я на кужах накричалась. Нет. На срэдо я "вспомнила" всех своих родственников, маму, папу, дедушку, бабушку и еще пару названий, которых значений не знала. По завершении колбасения в этой громадной штуковине, я не только перестала чувствовать гравитацию, равновесие и ориентацию, я еще и поняла, что зря поела перед аттракционом. Еле добежала до какой-то урны. Все содержимое желудка оказалось там. Я потом дико извинялась за такой "бардак". Ну, а о том, что я охрипла, точнее, почти потеряла голос, можно вообще не говорить. Марту пришлось даже меня сводить в местный медпункт и попросить помочь с "плохим" самочувствием. Смеялись с моего хлипкого тела от всей души. Лия тоже не осталась "равнодушной". Она долго сидела на лавочке возле этой проклятущей машины и никого, и ничего не слышала и не видела. По возвращении после медпункта, я картинно заявила, что больше ни на что подобное не соглашусь. Ресурсы моего организма уже исчерпали себя.
- Ладно, Лана, - успокоившись, выдавил из глотки Магон. - Кегож - это культурный отдых в местном океанарии. Там напрягаться не надо. Просто ходи и на рыбок смотри.
Это предложение мы с Лией одобрили единогласно. Я всегда хотела собственными глазами увидеть водный мир Заруны. Пока что я видела его только по кому и в книгах.
Подводный мир Заруны оставил неизгладимый след в моем неокрепшем сознании, заставив навсегда проникнуться глубоким уважением к силе и грандиозности этой великолепной планеты. Поразило не только разнообразие его, но и размеры некоторых представителей водной фауны. Кое-какие виды достигали, по словам гида, двадцати метров! Те, кто поместился в бассейнах океанариума, были малышами, в сравнении с ними. Мне было страшно даже представлять этих существ. Особенно мне запомнилась одна рыбка, которая все время плавала недалеко от меня вдоль стеклянной стены ее аквариума. Размер ее достигал полутора метра. Четыре плавника, хвост, голова и брюшко имели желто-белый окрас, а все остальное тело переходило серо-черным градиентом. Я обратила внимание на глаза. Они были как у человека, только зрачок имел треугольную форму. Гид назвал ее трудновыговариваемым словом. Я нарекла его просто - филгичик. Гид рассказал, что эти филгичики всегда сопровождают корабли людей, куда бы они ни плыли. Легко шли на контакт с людьми. У них даже присутствует слабый интеллект. Я прилипла к толстенному стеклопласту и строила ему миленькие рожицы. Филгичик пытался их повторять, от чего я хваталась за живот от смеха.
Жизургу оказался небольшим спектаклем мимов. Он обычно показывается на большой сцене с танцами и легкой акробатикой длительностью около часа. Мы успели почти вовремя на начало.
В конце-концов, уставшие, но счастливые, мы вышли из Тифнора затемно. Из-за освещенной площади перед развлекательным центром звезд на небе почти не было видно. Я задрала голову и уставилась в небо. Как давно я не смотрела на небо. Свежий вечерний воздух наполнил мои легкие, от чего закружилась голова. Я счастлива. Я определенно счастлива. Как после такого времяпрепровождения можно подумать, что что-то может пойти не так или настроение можно опустить? Глубоко убежденная, что сегодня точно ничего не случится, я широко шагала к заказанному флайеру.
- Ну, что? - спросил нас Магон возле флайера. - Вам понравилась сегодняшняя программа?
- Надо будет повторить для закрепления, - потягиваясь и кряхтя от удовольствия, протянул Марат.
Все время, что мы провели в Тифноре, Марат не упускал возможности приблизиться к Лие. Поддевал ее, возникал рядом из ниоткуда. Она же весьма благосклонно это все терпела. Интересно, о чем она думает? Нравится ли ей его компания или она привыкла к нему с детства? В самом флайере, пролетая мимо освещенных домов и зданий, я вспоминала, как первый раз ступила на землю этого огромного города. Неужели я тогда могла представить себе, что моя жизнь повернётся таким кардинальным образом? Вспоминала, как прошла единение с Забавой. Передо мной предстал решительный образ Нарана. Он знал. Он знал, что я пройду единение. Он был на все сто уверен в моем таланте. Откуда? Интуиция? Почему я снова мыслями возвратилась к этому человеку? Не хотела. Он отталкивал меня всячески, как только я решусь приблизиться к нему. Почему? Неужели он не видит моей симпатии? Иногда он казался мне холодным и равнодушным. Чего он хочет от жизни? Ради чего живет? А я? Ради чего мне жить? Чего искать? Пути домой? А надо ли? В этих раздумьях я не заметила, как флайер остановился у подъезда в атконнор.
Когда я очнулась, все уже вышли. Меня позвал у выхода Март. Вышла и тут же замерла на месте в замешательстве. У входа в атконнор стояли два человека. В первом я сразу признала куратора, от чего сердце ухнуло в пятки, а второго видела впервые. Зато его явно хорошо знали Марат и его друзья. Я прикусила губу и несмело зашагала к ним. Мои друзья уже стояли там. Наран походил на тучу. Нахмуренный, с плотно поджатыми губами и бегающими желваками. Руки скрестил на груди.
- Оппа! - услышала я голос идущего рядом Марта.
- Нет, - шепнула я ему в ответ. - Влипли.
- Так я о том же.
Когда мы подошли, Наран шевельнулся в мою сторону и грозно прорычал: