Страница 13 из 22
Однако и после принятия положительного решения по кандидатуре советского туриста, выезжавшего за рубеж, его мытарства не заканчивались:
Однако подробнее о том, что представлял собой этот инструктаж, будет рассказано в главе 8 («“Оправдать оказанное доверие”: роль табу в советском выездном туризме»).
В то же время есть все основания предполагать, что созданная в Советском Союзе многоуровневая система отбора достойных кандидатов на поездки за рубеж часто давала сбои, демонстрируя свою неэффективность. Это было связано не только с ее чрезмерной бюрократизацией и формализацией, иногда доходившей до абсурда, но и с проникновением в систему определенных коррупционных практик. Известно, например, что уже на рубеже 1960—1970-х годов в ходе проверок контролирующих органов практически во всех областях Украинской ССР были выявлены факты различных злоупотреблений в сфере оформления документов на выезд за рубеж. Наибольшее распространение получила практика, когда за счет предприятия полностью и частично оплачивалась стоимость путевки для лиц, которым не было положено ее льготное приобретение. Чаще всего таким способом незаконно сокращали свои расходы на зарубежные поездки руководители предприятий и члены их семей[124]. В то же время согласно постановлению Президиума ВЦСПС от 13 ноября 1970 г. предприятие могло оплатить не более 30 % стоимости путевки в капиталистические и развивающиеся страны (до 50 % – в социалистические страны), причем исключительно рабочим – передовикам производства, победителям социалистического соревнования и ударникам коммунистического труда[125].
Еще одним распространенным нарушением был выезд за рубеж без оформления отпуска с начислением такому туристу заработной платы за период путешествия, а иногда еще и с выдачей дополнительных премий, командировочных расходов, или выезд с отсутствием на работе по фиктивному больничному листу[126]. В результате проверки, проведенной органами народного контроля Украинской ССР, только за 1973 г. было выявлено свыше 1,4 тыс. подобных фактов, общая сумма ущерба от которых составила более 158 тыс. руб.[127]
Престижные путевки, предусматривавшие участие в зарубежных круизах или туристские путешествия в капиталистические страны, часто стали распределяться ответственными лицами облсовпрофов среди «своих» в обмен на предоставление тех или иных услуг. Например, решением руководителя Отдела по советскому туризму за границу облсовпрофа предназначенная для сельских тружеников путевка в Финляндию неожиданно передавалась профсоюзу работников торговли и приобреталась директором крупного универмага, в котором лицо, отвечавшее за распределение путевок, вскоре получало возможность купить дефицитный мебельный гарнитур импортного производства[128]. Таким образом происходил взаимный обмен дефицитными благами «по блату» и «по знакомству» между лицами, которые имели доступ к таким благам[129]. И помощь в получении туристской путевки за рубеж, особенно в капиталистическую страну, достаточно высоко ценилась на неформальном рынке «полезных услуг». Участники обсуждений советского прошлого на современных интернет-форумах также часто вспоминают, что существовало негласное правило привезти из-за рубежа «достойный сувенир» тем коллегам, которые принимали участие в положительном решении вопроса о получении туристской путевки (руководитель предприятия, ответственные члены парткома и профкома)[130].
Интересные факты, характеризующие «теневую коррозию» системы отбора кандидатов для совершения туристских поездок за рубеж во второй половине 1980-х годов, были выявлены в результате разбора инцидента с невозвращением в Советский Союз туриста Н., беспартийного, инженера одного из автосервисных предприятий Украинской ССР. Совершая круиз по Балтийскому и Северному морям осенью 1987 г., он самовольно сошел на берег в порту Гамбурга (ФРГ) и так и не вернулся на борт теплохода. В ходе последующей проверки было установлено, что практически все выездные документы Н. были оформлены с грубыми нарушениями. В медицинской справке, выданной не по месту жительства, не был отражен факт недавно полученной им черепно-мозговой травмы. В автобиографии и характеристике-рекомендации с места работы ничего не говорилось о разводе Н., неправильно была указана занимаемая им должность на производстве. Примечательно, что за относительно небольшой период это был его третий по счету круиз: в 1982 г. он путешествовал по Средиземноморью, а в 1985 г. – по странам Юго-Восточной Азии[131].
Однако даже там, где не было коррупционных проявлений, явно прослеживался формализм, характерный для советской бюрократической системы в целом. Например, проведенная в 1973 г. проверка организации зарубежного туризма в одной из среднеазиатских союзных республик показала, что большинство характеристик-рекомендаций на лиц, выезжавших за рубеж, носило поверхностный характер, объем некоторых из них составлял всего 2–3 предложения[132]. Проблема формализма осталась актуальной вплоть до ликвидации советской системы выездного туризма. Неслучайно в 1987 г., когда уже можно было открыто обсуждать такие темы, один из авторов журнала «Огонек» писал: «При существующей у нас системе оформления за рубеж человека заслоняет его анкета. Она, как здоровье у космонавта, почти всегда отменна, все в ней на высшем уровне»[133].
Обобщая сказанное выше, можно отметить, что советская система контроля выезда туристов за более чем 30 лет существования пропустила через свои фильтры миллионы граждан СССР. Поэтому естественно, что при таких масштабах деятельности существовало достаточно много сценариев успешного прохождения через эту систему, которые нельзя сводить только к высокой идеологии или, напротив, лишь к низменному коррупционному расчету. В этом отношении интересны ответы бывших советских туристов на вопрос 4.3 исследовательской анкеты: «Как Вы думаете, почему туристская путевка за рубеж досталась именно Вам?». Здесь мы встречаем разнообразные ответы: «как ударнику социалистического труда», «за активную работу по профсоюзу», «рекомендовали как хорошего работника и ответственного комсомольца», «я была женой инструктора [Отдела по советскому туризму за границу облсовпрофа]», «смогла заплатить полную стоимость – 1009 руб.» (т. е. без льгот приобрести довольно дорогостоящую путевку), «товар – деньги – товар» (по всей видимости, намек, что за путевку пришлось заплатить взятку) и т. д.[134]
Первые шаги и первые трудности
Дело выездного туризма с самого начала складывалось непросто. В частности, уже 27 августа 1956 г. ВЦСПС был вынужден принять постановление, отметившее серьезные недостатки в организации туристских поездок за границу[135]. Из секретного приказа № 10 по Правлению «Интуриста» от 19 октября 1956 г. за подписью и.о. председателя Правления Общества К. Львова также узнаём о «серьезных ошибках» в деле «организации выезда советских туристов за границу». К числу «серьезных недостатков» был отнесен, в первую очередь, «низкий организационный уровень обеспечения поездок» со стороны «Интуриста». В частности, Отдел советского туризма, которым руководил В.Т. Чернов, в ряде случаев «с большим опозданием» сообщал ВЦСПС условия, а местным советам профсоюзов – сроки поездок советских туристов за границу. В итоге работа по отбору кандидатов проводилась «в спешке и с большими ошибками». Отмечались случаи, когда персональный состав отдельных групп утверждался всего за день до отъезда. Неоднократно вопреки принятому решению группы туристов выезжали за границу без сопровождения представителей «Интуриста». Нередко эти представители «подбирались наспех» и не отвечали требованиям по деловым качествам и уровню политической подготовки. Не только в «Интурист» и ВЦСПС, но и в редакцию «Правды» и «руководящие органы» поступали жалобы туристов на отдельных сопровождающих[136].
123
Высоцкий В.С. Перед выездом в загранку… [Электронный ресурс]. 1965. URL: http://www.kulichki.eom/w/pesni/pered-vyezdom-Y-zagranku.html.
124
См., например: ГА РК. Ф. Р-3619. Оп. 4. Д. 477. Л. 2.
125
О порядке предоставления рабочим, направляемым в составе туристских групп за границу, путевок на льготных условиях: Постановление Президиума ВЦСПС от 13 ноября 1970 г. // Сб. действ, постановлений ВЦСПС. М., 1981. Т. 3. С. 463–464.
126
ГА РК. Ф. Р-3619. Оп. 4. Д. 477. Л. 1–2.
127
ГА РК. Ф. Р-3619. Оп. 4. Д. 1059. Л. 2
128
Интервью с бывшим работником Крымского областного совета профсоюзов. Запись сделана 14 апреля 2008 г. Личный архив А.Д. Попова.
129
Подробнее о распространении такого рода «доверительных» практик см.: Хоскинг Дж. Структуры доверия в последние десятилетия Советского Союза [Электронный ресурс] // Неприкоснов. запас: [сайт]. 2007. № 4. URL: http:// magazines.russ.ru/nz/2007/54/ho5.html.
130
См., например: Назаров И.В. Указ. соч.
131
ЦГАОО Украины. Ф. 1. Оп. 25. Д. 3211. Л. 20–21, 32.
132
ГА РФ. Ф. P-9520. Оп. 1. Д. 1815. Л. 22–23.
133
Лльтер И. Наши – за границей // Огонек. 1987. № 28. С. 30.
134
Анкета с воспоминаниями участника туристской поездки в ГДР (1982 г.); анкета с воспоминаниями участницы туристской поездки во Вьетнам (1988 г.); анкета с воспоминаниями участника туристской поездки в ГДР по линии БММТ «Спутник» (1986 г.); анкета с воспоминаниями участницы туристской поездки в Чехословакию (1988 г.); анкета с воспоминаниями участницы круиза по Балтийскому и Северному морям (1978 г.); анкета с воспоминаниями участницы туристской поездки в Болгарию (1984 г.). Личный архив А.Д. Попова.
135
ГА РФ. Ф. P-9520. Оп. 1. Д. 317. Л. 16.
136
Там же. Ф. Р-9612. Оп. 2. Д. 228. Л. 10.