Страница 46 из 94
Потеряв от страха голову, Эбби побежала, но потом осознала, что ее несет прямо на приближающихся полисменов. В это время в небе появился еще один вертолет. Подняв голову, Эбби не заметила, что прямо на нее мчится парень. Не успев отступить в сторону, она столкнулась с ним так сильно, что едва удержалась на ногах. Эбби испугалась и не могла дышать от охватившего ее ужаса, который словно парализовал разум и тело.
Откуда-то вновь появилась канистра со слезоточивым газом и сбила Эбби с ног. Девушка упала, тяжело стукнувшись о землю затылком. Последнее, что она заметила, была вспышка белого света. Когда она очнулась, прошло неизвестно сколько времени, но единственное, что почему-то занимало Эбби, — это качающийся перед глазами воздух. Когда к Эбби вернулась способность соображать, она поняла, что над ней висит вертолет. Ей вдруг показалось, что он собирается приземлиться прямо на нее. Эбби поднялась на колени, а затем с трудом выпрямилась и хотела бежать, однако не могла сделать и шага, потому что у нее страшно болела нога, задетая канистрой. Ее легкие, казалось, были в огне, глаза слезились, поэтому она не могла сообразить, куда идти. Одна посреди хаоса… Эбби прижала ладони к глазам и начала кричать.
В следующее мгновение она почувствовала, как кто-то схватил ее руку и потянул в сторону. Она решила, что это коп, поэтому начала вопить и яростно сопротивляться.
— Ради бога, заткнись, я же стараюсь тебе помочь!
Сквозь пелену, которая застилала ей глаза, Эбби видела лишь пятно противогаза, поэтому, несмотря на успокаивающие слова мужчины, она продолжала принимать его за врага. Он поднял маску, и она рассмотрела пронзительно голубые глаза, худое лицо, покрытое щетиной, и черные длинные волосы, на пиратский манер спрятанные под красной банданой. Он был весь в черном, но выглядел уж точно не копом.
— Натягивай это, — приказал он ей.
В его голосе слышался какой-то легкий акцент — немецкий или скандинавский. У нее не было времени спорить, потому что парень уже сам натягивал на нее маску. Почти мгновенно Эбби ощутила, как в ее легкие пошел поток нормального воздуха. Сквозь очки она заметила, что он снял свою бандану, намочил ее водой из бутылки, которую вытащил из кармана куртки, и приложил к носу и губам.
— Уходим, — сказал он.
Он обнял ее и, подталкивая в спину, повел сквозь толпу. У нее болела нога, но вскоре Эбби забыла об этом. Она не думала ни о чем: ни о себе, ни о других, ни о том, куда этот незнакомец ведет ее. Наверное, это было последствие удара головой.
В противогазе Эбби чувствовала себя намного лучше, но шум вертолетов и крики толпы слышала как сквозь вату. У нее было ощущение, что она смотрит на происходящее со стороны, будто в телевизионном выпуске новостей. Все, что потом всплывало в ее памяти, сводилось к беспорядочному набору образов, которые она успела поймать сквозь стекла очков: женщина, истекающая кровью, рядом с грудой битого стекла; монах-буддист, стоящий на коленях в молитве; разбросанные по улице плакаты и африканский барабан с проломленной крышкой, медленно катящийся вниз по улице, к океану.
— Как у тебя дела?
Она открыла глаза и начала часто моргать, но перед ней была лишь черная пустота. Волна новой паники захлестнула Эбби: она испугалась, что из-за газа потеряла зрение. Встав и протерев глаза, она почувствовала, как разорвала какую-то пелену. Бросив взгляд в сторону, откуда раздался голос, она заметила фигуру, укрытую тенью.
— Я думаю, что жить буду, — угрюмо произнесла она в ответ. — Боже мой, глаза…
— На, промой их.
Он наклонился над ней и поставил глубокую тарелку с водой на пол возле голого матраца, на котором она лежала. Когда Эбби промыла глаза, он зажег спичку и поднес ее к свече, которая озарила неясным светом и его, и все вокруг. Эбби снова увидела узкое лицо и голубые глаза. Молодой человек не улыбался, он молча протянул ей полотенце, которое пахло керосином.
— Спасибо.
— Дай мне осмотреть твою рану на голове.
Эбби повернулась, чтобы ему было удобнее. На ней был просторный коричневый свитер, не принадлежавший ей. Он был грубый и грязный, с каким-то неприятным запахом, но парень надел его на нее, потому что вещи Эбби насквозь промокли. Эбби стало не по себе от мысли, что она не может вспомнить, как ее переодевали. Но она все равно была рада этому, так как в комнате было чертовски холодно. Ладно, на ней хотя бы остались ее брюки.
— Да, шишка огромная. Еще я вижу небольшой порез, но швы, думаю, не понадобятся. Не двигайся, пока я буду обрабатывать рану, — спокойно произнес молодой человек.
Он смочил полотенце в тарелке и приложил к ее макушке. Эбби огляделась. Комнатка была маленькая, в ней пахло сыростью, а стены были сплошь покрыты трещинами. В деревянном полу не хватало нескольких досок. Мебель в комнате отсутствовала. В углах валялся какой-то хлам, старые газеты и журналы. Под окном, которое завесили старым одеялом, был брошен еще один матрац. Эбби услышала, как в соседней комнате разговаривают люди, и сквозь полуоткрытую дверь заметила на стене мелькавшие от их движений резкие тени.
— Вот так. Жить действительно будешь. Ты получила сильный ушиб и потеряла сознание, а потом проспала четыре часа. Я уже начал волноваться. — Он выставил вперед руки. — Сколько пальцев?
— Восемнадцать?
На его лице мелькнуло подобие улыбки. Он протянул ей кружку.
— Это чай. Здесь еще есть вода. Ты должна много пить. На ноге синяки, но они сойдут.
Она почувствовала, как ее голень сразу дала знать о себе ноющей болью.
— Спасибо тебе. Где мы?
Он пожал плечами.
— В доме. Это нора.
— А кто ты?
— Живущий в норе.
Она посмотрела на него поверх кружки, увидев, что на этот раз он улыбнулся. Было сложно догадаться, сколько же ему лет. Может, больше двадцати пяти. Несмотря на щетину, молодой человек выглядел утонченно, даже как-то женственно. Он был очень привлекательный. По ее взгляду он понял, что она его видит именно таким.
— Меня зовут Рольф. А ты Абигайль Купер из университета Монтаны.
— Немного порылся в моем кошельке, да?
— Ага, потратил все деньги и использовал все кредитки. Хорошо повеселился.
— Добро пожаловать. Все называют меня Эбби, между прочим.
Он церемонно кивнул, затем поднялся на ноги и направился к двери, бросив ей через плечо, что еда в соседней комнате, если у нее появился аппетит.
— Спасибо.
— В любое время к твоим услугам.
— Я еще не поблагодарила тебя за то, что ты меня вытащил из этого пекла.
Он повернулся, кивнул ей снова и вышел из комнаты. Эбби просидела так еще какое-то время, обхватив чашку руками и маленькими глотками допивая свой чай. Он был слишком сладкий и не очень горячий, но все равно согревал. Эбби подумала об остальных, особенно переживая за судьбу Эрика и Мэл. «Впрочем, — подумала она, — найти их не составит труда». Они все записали номер мобильника Хакера, как раз на случай непредвиденных обстоятельств.
Когда силы вернулись к ней окончательно, она поднялась и прошла в соседнюю комнату. Рольф, два других парня и две девушки сидели, скрестив ноги по-турецки, вокруг большого блюда с коричневым рисом и овощами. Они ели руками. Третья девушка примостилась в углу и работала с ноутбуком. Они все дружно обернулись, когда она появилась в дверях. Эбби улыбнулась и поздоровалась с ними, но лишь двое ответили ей, а остальные просто кивнули.
— Здесь, — коротко сказал Рольф, освобождая ей место рядом с собой. — Угощайся.
Она присела и взяла рис, как и другие, зачерпнув его рукой. Только теперь она почувствовала, как сильно хотела есть. Комната была больше соседней, но такая же пустая. В ней валялись три голых матраца и еще больше всякого хлама. Ее освещали свечи в банках и керосиновая лампа с треснувшим абажуром. Одна стена была покрыта газетными вырезками, фотографиями и кое-как нацарапанными надписями.
— У вас случайно здесь телефона нет? — спросила она.