Страница 9 из 88
– А можно как-нибудь выставить их отсюда и запретить им появляться здесь?
– Без проблем, хозяин.
Неведомая эпическая сила подхватила Дамблдора и Сириуса на пути к кухне, потащила куда-то, раскатала в лепешку, вытянула в шнурок, завязала морским узлом, растолкла в порошок, скомкала снова и вышвырнула на площадь перед домом, в огромную лужу, разлившуюся после весеннего ливня. Если Дамблдор ограничился старческим кряхтением и потиранием пострадавшей казённой части, то Сириус разразился потоком нецензурных слов, самым мягким из которых было «мазафакер». Оба изгнанника сели в луже и посмотрели друг на друга.
– Поттер, – выплюнул Сириус.
– Поттер, – покладисто согласился Дамблдор. Он попытался встать, но поскользнулся на размокшей грязи и с громким плеском вернулся в исходную позицию.
– Он теперь Трэверс, – вспомнил Сириус.
– Всё равно Поттер, – вздохнул Дамблдор.
Домовые эльфы рода Блэк
От автора: это называется «Остапа понесло», но раз уж написалось, пусть будет. Зря я, что ли, весь день над этим пыхтела…
--------------
– Сделано, хозяин, – дисциплинированно отчитался Кикимер. – Прикажете запретить доступ в особняк всем, кроме вас?
– Да, конечно, – встрепенулся Арктур, сообразив, что эльф подумал о том, о чём должен был подумать он сам.
– Сделано, хозяин.
Напряжение, всё это время не отпускавшее Арктура, схлынуло. Теперь он был один и в безопасности. Арктур сел в ближайшее кресло и ссутулился в нём.
Совсем недавно, одно забытьё назад, он еще был Гарри Поттером. У него было двое лучших друзей, Рон и Гермиона. Сейчас он не понимал, почему он в школе окончательно не рассорился с Роном, ведь рыжий доставлял ему немало неприятностей. Будучи Гарри, Арктур бездельничал за компанию с Роном, хотя мог бы учиться лучше и добросовестнее. Вражда с Малфоем у него началась и продолжалась исключительно с подачи Рона – хотя Малфой и сам неправ, и парень он очень даже неприятный, но Гарри не стал бы враждовать с ним в открытую, это было не в его характере. Он вообще предпочитал избегать конфликтов. И конечно же, Рон не однажды предавал его, и по мелочи, и по-крупному. Почему же их дружба не развалилась, почему она держалась до последнего?
Покопавшись в себе, Арктур признал, что в глубине души всегда боялся остаться один. Боялся, что у него не будет даже Рона.
А Гермиона? Если задуматься, это не он дружил с ней, а она с ним. Благодарная за спасение от тролля и за то, что они с Роном согласились на её общество, тогда как больше никто не хотел дружить с ней, она притёрлась к ним и стала им верным другом. Но он только что видел, с какой лёгкостью она отвернулась от человека, с которого сняли маску Гарри Поттера. И она не притворялась, иначе не ластилась бы к Рону, который предал его снова, уже в который раз.
Что же, она дружила с маской? С ролью спасителя маглорожденных, к которым она принадлежала? Он видел, как она машинально кивнула на словах Дамблдора «это всего лишь сын Пожирателя смерти». Мавр сделал своё дело, мавр обеспечил ей безопасность и равные права с чистокровными – мавр может уйти.
О Джинни Арктур даже не задумался, а только мельком подивился – что он прежде находил в этой наглой и вульгарной девице? Видно, он совсем не ценил себя и ухватился за сверстницу из своей компании, которую одобряло его окружение. Любая другая девушка была бы среди них чужой, и он, будучи слишком зависимым от них, не сумел бы ввести её к ним.
Об остальных ему и думать не хотелось. Они были мертвы для него, и он лично убедился в этом. Сегодня ожили совсем другие люди.
Теперь он остался без поддержки, без единого близкого человека. Свершилось то, чего он неосознанно боялся во время учёбы в Хогвартсе, и оказалось не страшным. Было даже хорошо, хоть и больно, что он увидел истинные лица тех, кого считал своими друзьями и наставниками. Выходит, зря боялся – что ни делается, всё к лучшему.
Пора начинать с чистого листа.
Арктур расправил плечи и вскинул голову. Он изменился не только внешне – оставшись прежним, сейчас он был бы разбит и уничтожен. Его спасало подсознательное ощущение, что всё это случилось с маской, тесно связанной с ним – но всё-таки не с ним.
Да! Хватит распускать сопли, пора заняться имуществом, доставшимся от использовавших его интриганов. Арктур наткнулся взглядом на Кикимера, послушно остававшегося рядом, пока хозяин изволит скорбеть.
– Кикимер, что это за место?
– Вы в потайной библиотеке Блэков, а это кабинет при ней.
Кабинет Арктуру понравился, в его неброской обстановке было удобно и работать, и отдыхать. Для полного отдохновения не хватало только чашечки кофе.
– Кикимер, ты можешь приготовить мне кофе?
Домовик посмотрел на него с явным нежеланием во взгляде, но всё-таки ответил:
– Кикимер сделает, – и исчез.
Пока он отсутствовал, Арктур расслабленно раскинулся в кресле и стал разглядывать окружающую обстановку, попутно проникаясь чувством собственности. Двухтумбовый письменный стол из дорогих пород дерева, удобный стул с мягким сиденьем, высокий шкаф, в застеклённой части которого виднелись тетради в кожаных обложках, письменные принадлежности и стопки пергамента. Рядом со шкафом стоял такой же высокий сейф, в уголке отдыха располагались чайный столик и два кресла, в одном из которых сидел он сам. В отличие от других помещений особняка, здесь не было ни пылинки – значит, за библиотекой тщательно присматривали. Вместо двери имелась арка такой же ширины, но с места, где сидел Арктур, через неё был виден только кусок стены. Туда Арктур не пошёл, без сопровождения домовика это было бессмысленным и, возможно, опасным.
Рядом с ним на столике появилась чашка кофе, вслед за ней выскочил Кикимер. Арктур взял чашку и немного отхлебнул, стараясь не обжечься – кофе был горячим, но жидковатым и переваренным. Арктуру вспомнилось, что у Кикимера никогда не получалось ничего вкусного, поэтому для ордена Феникса готовила миссис Уизли.