Кастинг

– Не считаю разумное опасение – трусостью. Я в первый раз здесь. Это, как ни крути – опасно, я точно знаю, что некоторые получают на картинге серьезные травмы, – достаточно спокойно, не смотря на внутренне напряжение парировала я. – Так что однозначно не считаю, что надо веселится над моим… тревожным состоянием.

– Ладно. Но тем не менее повторюсь: я тут не в первый раз. И как видишь – жив, и даже травм не получал. И на моей памяти никто не пострадал. Так что избавляйся от своей тревожности, мы выезжаем через минуту.

– Шикарная новость.

– И да, не думай, что все управление сейчас будет на мне. Ты мне однозначно будешь в этом помогать.

– Я прямо вне себя от счастья.

– Ну-ну… Главное не надо выпрыгивать от радости из карта.

– Не волнуйся, если что я от радости тебя выпихну. Чтобы полностью насладится поездкой, так сказать.

Он ухмыльнулся.

– Ну вот. Совсем другое дело, узнаю Женечку. А то вздумала тут мне… тревожиться.

Я фыркнула, но промолчала. Только заметила, как вышел работник картинга с флажком, что означало, что заезд сейчас начнется.

– Я же обещал тебя взбодрить, верно?

Я скосила на парня глаза. Он, как ни в чем не бывало, рассматривал то трассу, то меня и был при этом весел и расслаблен.

– И?

– Заряд бодрости ты приобретешь… прямо сейчас.

– О Господи… - вцепилась я в руль, видя, как флажок резко опускается вниз, а мы начинаем движение...

Это было… В общем-то тут с описанием у меня имелись некоторые проблемы. Потому что я, наверное, никогда такой коктейль эмоций не получала. Страх и волнение, бьющее через край в начале. А потом к этому всему, к моему удивлению, добавилось удовольствие, восторг и возбуждение от поездки. Так что адреналин просто зашкаливал.

Семен почти все время командовал, а в начале, когда я совсем терялась из-за ужаса, он еще и подначивал, заставляя меня сжимать зубы и собраться, а не отпустить руль и зажмуриться.

Сейчас, когда мы завершили поездку и Сема выходил из карта, я по-прежнему сидела в нем, даже не снимая шлем. Во-первых, мне нужно было прийти в себя, собраться с мыслями и эмоциями, так сказать. А во-вторых, я боялась, что мои дрожащие руки просто не смогут расстегнуть этот шлем.

– Эй, Жень, у нас только одна поездка. Нет, если ты конечно хочешь, я могу…

– Не надо! – вскинулась я, понимая, что я после одной поездки буду месяц в себя приходить. – Мне хватило. Спасибо.

Вздохнув, я все-таки сняла с головы шлем. И тут обнаружилась вторая проблема. Кажется, помимо рук, у меня дрожали еще и ноги.

Хорошо хоть Семен не стал издеваться, хотя я была уверена, о моем состоянии он знал. Да и вообще, помимо усмешки в глазах, мне даже придраться в этом плане не к чему было. Парень мне даже руку подал, помогая выбраться, что было весьма кстати.

– Спасибо.

– Обращайся. Могу кстати к выходу на руках донести.

Н-да, поторопилась я с выводами о его нормальности.

– Уж как-нибудь на своих двоих дойду.

– Ну смотри...

Послала ему убийственный взгляд и первой направилась к выходу, радуясь, что ощущения «ватных» ног уже проходит.

– Ну, ладно тебе, Жень. Тебе ж понравилось, не отрицай!

– Не буду. Но повторять такой опыт я не согласна.

Потому что это слишком для меня. Чересчур остро. Сверх меры эмоционально. Но об этом я Семену уже не стала говорить.

– Поверь, через какое-то время ты вновь захочешь сюда прийти. Картинг… затягивает.

– Не думаю, – отрезала я.

– И не надо. Думать сегодня буду я.

– Уверен, что умеешь это делать? А то я как-то не заметила проявления твоего интеллекта, когда ты вздумал меня сюда вести.

– Но ты ведь взбодрилась, верно? И наверняка сейчас полна эмоций, впечатлений, энергии. И тебе понравилось, это мы уже выяснили. Так что … чем плох был этот вид развлечений?

Нехотя, но я признавала его правоту. Я вроде бы и пришла в себя уже. Но внутри до сих пор все кипело, переворачивалось, бурлило. Хотелось чего-то такого… Сама не знаю, чего. Но в обычном состоянии у меня еще никогда такого непонятного настроения и таких странных эмоций не было.

– Ладно. Допустим, это было здорово. Но я все равно не одобряю. А если бы я за рулем на уровне фобии боялась сидеть? А если бы…

– Стоп. Вот не надо меня за идиота принимать. Я на счет машин узнал от Оли.

Вот подруга! А мне и не сказала, что он ее расспрашивал… Так может она и телефон дала?..

С подозрением глянула на Сему.

– Не смотри так, я у нее только об этом спросил. Остальное о тебе хотел бы узнать из первых уст. И да, телефон она мне не давала.

– Неужели?

– Честное пионерское. Хотя нет, стой. Я октябренком только был. Подойдет честное октябренское?.. октябрьское?.. Тьфу ты! В общем ты поняла меня!

– Поняла, - губы невольно чуть дрогнули. – И поверю тебе, так и быть… октябренок.

– Ну а ты?

– Что я?

– Была пионером?

– Это так важно? – я вдруг окончательно развеселилась.

Не знаю, отчего. Просто… он такие вещи странные обо мне узнавал. А может это все картинг виноват, кто его знает.

– Конечно. Не узнаю об этом – спать не буду.

– Это серьезно… Нет, не была. Ни в октябрятах, ни в пионерах, ни в других организациях. Только в универе пришлось в профсоюз вступать.

– Эх, не активистка ты ни разу.

– Угу. И раз уж я так разочаровала тебя, может это, домой я?

Сема в ответ только посмотрел, но я поняла, что с этой остановки, до которой мы успели дойти во время разговора я уеду только с ним. И не домой, а туда, куда он задумал.

– Условия пари, Женечка, надо соблюдать.

– Я в курсе. Или ты думаешь, я в карт села из-за великого желания?

– Кто знает, кто знает… - протянул Сема, глядя на номер подъезжавшего автобуса. – Так, ладно, что выбираешь сейчас: серьезную еду или перекус?

Прислушалась к себе. Утром я успела позавтракать, поэтому сейчас сильного голода не испытывала.