Страница 2 из 18
Привратник Вэкфорд как раз натирал металлическую входную дверь, когда Фурия пронеслась вниз по лестнице и ворвалась в библиотеку, чуть не сбив его с ног. Металл мерцал серебристым светом, отражение в нём искажалось. А всё потому, что на двери была вмятина, будто её пытался протаранить бульдозер. Только вот бульдозер не прошёл бы между полками.
— Он заходил сегодня? — выпалила Фурия, остановившись перед Вэкфордом. — Мой отец сегодня заходил?
Самюэлю Вэкфорду было никак не меньше шестидесяти лет, хотя синий комбинезон ладно сидел на его по-прежнему крепком, мускулистом теле. Вэкфорд жил в этом доме задолго до рождения Фурии, он знал катакомбы как свои пять пальцев — каждая трещина, каждый кривой гвоздь были ему знакомы. Прежде всего он был посвящён во все тайны библиотеки. Ещё его отец работал у Ферфаксов, а до него — отец его отца. У Вэкфорда были короткие седые волосы, лицо в морщинах, похожих на скомканную бумагу, на левой щеке — шрам, оставшийся у него с того самого дня, тридцать шесть лет назад, когда пострадала дверь в библиотеку. За поясом у Вэкфорда торчал фонарь.
— Твой отец был здесь, — медленно сказал он, видя, как Фурия нервно покусывает нижнюю губу. — Приблизительно час назад.
Вэкфорд был не скор на руку, а уж на слова тем более. Он был прилежным, ловким и сильным, как молодой юнга, но слово «скорость» для него было таким же незнакомым, как для кого-нибудь «фронтиспис»[1] или «факсимиле».[2]
— И?
— И — что? — спросил он.
— Он её нашёл? Книгу?
— Твой отец взял несколько книг. Четыре, если я правильно запомнил.
— Книги Зибенштерна?
— Возможно.
— Проклятье! — Фурия схватилась за свои растрёпанные светлые волосы. — Пип сказал, что папа поднялся по лестнице. Что он пришёл отсюда.
— Откуда же ещё ему подниматься, юная леди?
— Так что за книги он взял?
— Я не поинтересовался их названиями.
Фурия мгновенно что-то заподозрила.
— Ты же ему не рассказал, где я спрятала книгу, правда?
— Если бы я поведал ему, что поймал тебя, когда ты отклонилась в боковой коридор, он спросил бы меня, как могло случиться, что пятнадцатилетняя девочка бродит по библиотеке совсем одна. Тогда я должен был бы признаться ему, как часто ты тут бываешь. — Взгляд Вэкфорда стал укоризненным. — Я пойду с тобой. Кто-то же должен там за тобой проследить.
— Я сама за собой прослежу.
— Если что-нибудь с тобой случится, то…
Фурия встала на цыпочки и коснулась щеки Вэкфорда лёгким, как пёрышко, поцелуем.
— Ничего со мной не случится. Я тебе обещаю. — Она отошла на шаг назад. — А что ты вообще делаешь здесь, внизу? Мне казалось, ты должен помогать Сандерленду с мебелью.
Вэкфорд пренебрежительно скривился:
— Если мебель из резиденции выставили на продажу, то обойдутся без меня. Я люблю здесь всё таким, как оно есть, с каждым стулом и каждой вазой.
— Папа говорит, что нам нужны деньги. Срочно. Дословно он выразился так: «Если не будет немедленного финансового вливания, нам придётся уволить Вэкфорда, Паулину и Сандерленда».
Привратник поскрёб за ухом.
— Но вот так просто выставить вещи на дороге, нацепить на них ценники и глядеть, как их увозят незнакомые люди… Это так… неэстетично… — Вэкфорд потеребил длинный седой волос, торчавший у него из уха. — Неэстетично это.
— Угу!
У Фурии не было времени на подобные разговоры. Особенно когда на кону стояла книга.
— Ну что, пропустишь меня?
Он указал на свой шрам:
— Погляди-ка. Неосторожное бритьё тут ни при чём.
— Я буду осмотрительной, честное слово.
Немного помедлив, он кивнул, потом подошёл к двери, на несколько секунд прикоснулся к холодному металлу и молча прикрыл глаза. А затем снова кивнул, на этот раз более уверенно.
— Ладно, — сказал он. — Кажется, там спокойно. Ступай!
Наверное, так же быстро мог бы выкрикнуть эти слова австралийский ленивец, что-то вроде: «Давай пошевеливайся!»
Вэкфорд вытащил из кармана связку ключей и вставил в скважину самый старый и длинный ключ. Механизм загудел, как осиный рой, потом заскрипел, затем раздался щелчок — и замок открылся.
В лицо им хлынул невероятный, захватывающий запах книг. Фурия тотчас же ощутила голод — голод новых приключений. Но не для этого она сюда пришла. Сегодня её интересовала одна-единственная история, которой было уже почти две сотни лет. И она знала её практически наизусть.
Вэкфорд перешагнул порог раскрывшейся двери и поглядел в узкий проход, простиравшийся перед ним. Там царила космическая тишина. Возможно, эта библиотека и была настоящим космосом — целым скоплением миров, которые пока не хотели, чтобы кто-нибудь их обнаружил.
Коридор был очень узким, зато в высоту уходил почти на четыре метра. И каждый сантиметр этого пространства был заставлен тысячами книг. Проходы с бесчисленными ответвлениями уходили далеко в глубь скалы. В девятнадцатом веке один из предков Фурии решил составить карту подземных переходов, но это оказалось ничуть не легче, чем сосчитать шерстинки рассвирепевшей гориллы.
Лабиринт разветвлялся, словно корневище дерева, и, казалось, всё больше углублялся в скалу, находя всё новые и новые трещины. Вэкфорд утверждал, будто его отец прошёл по многим из этих коридоров до самого конца и своими глазами видел там книги, а за теми книгами — другие книги, а за ними — снова книги. Библиомантика развилась именно здесь, сомнений быть не могло. Именно в этом заключалась одна из причин, по которым Фурия бывала здесь так часто. Ей не терпелось стать полноправным библиомантом и заполучить сердечную книгу.
Вэкфорд указал на лампочки, свисавшие с потолка на коротком проводе. В сороковые годы прошлого века здесь провели электричество, но освещены были лишь основной коридор и несколько первых поворотов.
— Сейчас напряжение, кажется, стало стабильным. Может, мигнёт несколько раз, но никаких чрезвычайных случаев. И всё же, — он протянул Фурии фонарь, — возьми-ка лучше его с собой.
У неё был и свой в заднем кармане джинсов, но в сравнении с огромным фонарём Вэкфорда он выглядел просто крошечным. Немного помедлив, Фурия взяла его.
— Не беспокойся, — сказал Вэкфорд, — у меня есть другой.
Словно тяжеленный топор лесника, она взвалила фонарь на плечо и вступила в хранилище библиотеки. Сделав несколько шагов, она услышала, как Вэкфорд безнадёжно крикнул ей:
— И никогда не сходи с дороги!
Миллионы книг поглотили этот крик, приглушив его до невнятного шёпота. Дверь за Фурией захлопнулась.
Теперь она была единственным человеком среди книг, и ей нравилось здесь всё: и тени, и тишина, и осознание того, как мало в мире таких мест. Возможно, только одно.
Она глубоко и свободно вздохнула, упиваясь запахом книг, впуская его в своё сердце, а затем нырнула в незримые глубины библиотеки, готовая к приключениям.
Глава ВТОРАЯ
Фурия шагала по главному коридору, едва различая шорох собственных шагов. Книги поглощали почти все звуки. Сердце Фурии забилось сильнее. Девочка страшно волновалась — так она чувствовала себя всякий раз, когда ей доводилось блуждать по библиотеке. Но она старалась не бояться. И почти всегда ей это удавалось.
Что-то промелькнуло над ближайшей полкой, но, когда девочка присмотрелась, там уже никого не было.
Фурия пошла дальше, свернула из главного коридора налево и увидела перед собой новую бескрайнюю расщелину, заполненную книгами. Несмотря на обилие развилок и поворотов, Фурия ни капельки не боялась сбиться с излюбленного маршрута Вэкфорда — ей всего лишь нужно было следовать за цепочкой лампочек, освещавших в темноте коридоры на много метров вперёд.
За полками таились старые гробницы. Захоронения вскрыли, а останки перевезли отсюда много лет назад. Что, интересно, думали мёртвые о разорении своих гробниц, когда первые Ферфаксы решили организовать здесь библиотеку? И кто мог знать, что именно творится в тёмных переходах, за всеми этими книгами, книгами, книгами?