Наследие

За моей спиной, расчерчивая воздух черными крыльями, слеталось воронье, желающее избавиться от холода долгой зимы вкусив еще горячей человеческой плоти.

Люфир проспал остаток дня и большую часть ночи. Умостив его голову у себя на коленях, я вслушивалась в его дыхание в дрожащем свете пламени. Образ Кристара сидел рядом, прислонившись спиной к каменной стене чума, и бросая на меня предосудительные взгляды.

— Они, — я встрепенулась, услышав тихий голос Люфира. — Все хорошо.

Сначала он пошевелил рукой, а затем, поддерживаемый мной, медленно сел. Я смотрела на него с облегчением и тоской одновременно. Мне было сложно сказать, ухудшилось ли его состояние по сравнению с тем, что было раньше.

— Сколько я спал?

— Часов десять, может, меньше или больше. Утро еще не наступило, — пожала плечами я и смутилась под его пристальным взглядом.

— Все те отступники, — начал он, подбирая каждое слово, — я видел, что с ними случилось. И с тем, последним.

— К сожалению, он был не последним, — понимая, к чему клонит Люфир, я поспешила увести разговор в другое русло. Увы, я сделала это слишком поспешно, чтобы он не заметил. — Маг воздуха и большинство отступников из Колодцев направились к Этварку, продолжить вершить свое «правосудие». Как только ты окрепнешь, нам необходимо…

— Оника, — одернул он меня. Вздохнув, я отвела взгляд.

— Что ты хочешь, чтобы я сказала? Да, ты был прав, и ты, и отец, и Дэрк — все вы. Как ты и говорил, пришлось заплатить слишком большую цену, чтобы я, наконец, вылезла из своей раковины и смирилась с тем, что не всякий сорняк можно добрым словом превратить в цветущую розу. Я поняла это и сделала то, что было нужно. Они причинили слишком много вреда, чтобы жить дальше. К сожалению, у нас нет ни времени, ни ресурсов, чтобы возиться со всякой паршивой овцой, пытаясь привести ее к свету. Прости, из-за моего упрямства и страха тебя ранили, Драйго погиб, и Фьорда ждала бы та же участь, если бы не ты.

Слова внезапно кончились, и я, обессилев, посмотрела на Люфира.

— Ты в порядке? — только и спросил он, пододвигаясь, и кладя ладони мне на колени.

— Думаю, что да, — немного поразмыслив, ответила я. — Знаешь, больше всего меня пугала новая встреча с чужой смертью, и что я ее не почувствую. Когда метеориты разрушили дворец и в мгновение убили десятки людей, мысли об этом были ужасны, но само понимание, что столько людей погибло от моей руки, было далеким и туманным. Наверное, я боялась, что снова ступив на эту тропу, мое сердце останется таким же глухим и безразличным.

Кристар слушал меня так же внимательно, как и Люфир, не сводя взгляда голубых глаз.

— Но в этот раз я сполна ощутила, как их жизни, их прошлое и мечты о будущем утекали сквозь мои пальцы жаркой кровью. Я почувствовала этот липкий ужас. И я больше не боюсь.

Оставшийся путь до Этварка занял почти неделю. Из-за слабости Люфир не мог передвигаться с прежней скоростью, хоть и старался изо всех сил не задерживать нас. Несмотря на недавнее ранение, он стойко держался, отказываясь от частых остановок на отдых. Но его тело не отличалось стойкость подобной силе его духа, а потому всю дорогу он опирался на самодельную трость, иногда глубоко проваливавшуюся в снег.

Тесные деревушки пару раз появлялись у едва различимой черты, разделившей небо и землю, наполняя воздух сизыми лентами, вьющимися из дымоходов. На нашем пути больше не встречались ни церковники, ни маги, ни обычные разбойники, будто бы ударившие с новой силой морозы разогнали всех по норам.

Округа Этварка была меньше занесена снегом, чем северные районы, но дикие и необузданные ветра гуляли здесь, расправив крылья над просторными полями. Лес, где среди раскидистых деревьев нашла себе приют хижина Дэрка Крайснера, с непокрытой головой стоял одетый в белую рясу.

С приближением к Этварку стало понятно, что отступники уже добрались до города: его ворота были закрыты, а ветер доносил крики мужчин и вопли женщин.

Переглянувшись, мы ускорили шаг. Предполагая возможные затруднения, лучник повязал на голове платок, скрывший его метку Проклятого от посторонних взглядов.

— Эй, ты, сними свою косынку! — рявкнул церковник, встретивший нас у закрытого входа в Этварк. В руках он держал молот, угрожающе перебрасывая его из одной руки в другую, словно погремушку.

Люфиру ничего не оставалось, как подчиниться приказу. Настороженность стражи только подтвердила наши опасения касательно беспорядков внутри стен Этварка.

— Еще один поганый маг! Убирайтесь отсюда, или я проломлю вам черепа! В город больше не войдет ни один укротитель стихии! — стражник был настроен серьезно, весь его вид говорил о готовности ринуться в бой ради безопасности жителей города. По всей видимости, церковникам удается удерживать порядок в Этварке, но дела их плохи. Если бы не количество воинов Церкви, находящихся в городе, их бы быстро разбили.

— Мы из Ордена Смиренных и пришли, чтобы помочь утихомирить высвободившихся из Колодцев магов, — ответил ему Люфир.

— Хороша сказка, только маги Ордена уже здесь. Пользы от них, как от хромой кобылы. Я же сказал, пошли прочь отсюда!

— Пойдем, — я коснулась руки Люфира, — есть сотня способов попасть в город. Право, он действительно думает, что Этварк неприступен для магов?

Когда мы собирались оставить стражника одного, на стене послышалась возня, топот бегущих ног, и над парапетом появилось заросшее щетиной лицо, с клеймом на лбу и в форме Ордена.

— Пропусти их, это правая рука Командора и…, — Смиренный запнулся, окинув меня оценивающим взглядом. — И какая-то девчонка с ним. Свои это. Ты же не забыл лук, а, Люфир?

Смиренный скрылся, а нас тот час пропустили в город, проводив подозрительным взглядом. С той стороны нас уже ждал маг, благодаря которому мы смогли без усилий попасть в Этварк. Вблизи я узнала в нем укротителя огня, что был в отряде, натолкнувшемся на нас у Восходящего Леса. У мага по локоть отсутствовала правая рука.

— Погоди, я тебя помню, — протянул он, постепенно узнавая черты моего лица. — Проклятье, да это же…

— Угомонись, — рука Люфира легла на плечо парня. Они перекинулись взглядами, и лед лучника подавил пламя Смиренного. — У нас нет времени разбирать твои личные трагедии. Каково положение в Этварке?

Маг вырвал плечо из хватки лучника и зло глянул на меня.

— Отступники из Колодцев заявились сюда несколько дней назад и пробили восточную стену. Дыру-то мы заделали (не без помощи живущих в городе укротителей), а вот с бунтарями дело обстоит сложнее, — Смиренный поманил нас за собой, сворачивая с широкой, но безлюдной улицы в переулок. — Сейчас ситуация здесь не лучше, чем в Берилоне. Даже, я сказал бы, в разы хуже. Сначала они заняли окраину, где живут в основном бедняки, откуда принялись устраивать набеги на отряды церковников. Их быстро разогнали. Одно могу сказать точно, организация действий у них хромает. Нападают как саранча скопом, а затем разбегаются кто куда.

В какой-то момент город вокруг подозрительно притих, а крики и ругань со стороны главной площади стали слышны отчетливее. Смиренный открыл створки, ведущие в погреб под одним из домов, и спустился в проем, освещая его пламенем на кончиках пальцев.

— По улицам сейчас ходить небезопасно, можно угодить или под удар засевшего в засаду отступника, или под выстрел церковника, спутавшего тебя с бунтарем, — пояснил он.

— Разве магам не известно о туннелях под городом? — запах плесени и прелых тряпок заткнул мне нос и старательно пытался залезть в горло.

— А кто их знает, может, и известно. Даже если так, им не обвалить их — туннели выложены из молчун-камня, а спустись они сюда без знания расположения ходов, и их ожидает тоскливая смерть в паре метров от поверхности, — Смиренный нервно рассмеялся и, прокашлявшись, продолжил. — Сегодня утром они собрали всех своих, подняли часть магов самого Этварка (хорошо, что их здесь не так много), и нарисовались у собора, требуя казнить всех церковников, а заодно и Настоятельницу.