Страница 14 из 25
Почему система Джобса обязательно развалится? Потому что нужно непрерывно придумывать новые гаджеты, которые бы повышали доминантность молодежи. Кому это все нужно? Кто там на этом айпаде что-то пишет? Я вас умоляю! Там с ошибками 20 слов набрать и отправить из метро, это вот то единственное, на что способен слабоумный подросток, чтобы показать свою страшную крутизну. Для крутизны это и было сделано. Апеллирование не к удобству и функциональности, а к крутизне. Как эти девицы на презентациях бегают с подносами в виде айпадов и снимают все подряд. Это субкультура исключительности. В фильме «Кин-дза-дза» все было сказано. Герой фильма говорит, что «Жить на планете, где нет цветной дифференциации штанов, да никогда!». Вот Джобс устроил на этой планете цветную дифференциацию айпадов и айфонов, для молодежи. А дальше надо что-то придумывать. Я думаю, что со смертью такого знатного втюхивателя это всё и закончится. Производить эту ерунду может кто угодно. А вот придумывать новые «цветные штаны» ― это другое дело. В этом он был талант. Это менеджерский талант, который оказался востребованным, он попал в нужное время и место. Нельзя отрицать, что в этом он оказался талантливым и даже напугал Билла Гейтса.
Амиран Сардаров: Вы говорили, что людям кажется, что они думают. Как всё-таки понять, что действительно думаешь? Какие критерии?
Сергей Савельев: Критерии творческого мышления понятны: создание нового. А вот критерии просто думания ― это когда человек внутри себя пытается решить какую-то задачу. Но он ее пытается решить не просто выбором и подбросом монетки. А обдумать все обстоятельства и принять решение. Пусть оно будет неправильным. В следующий раз обдумаешь еще лучше.
Амиран Сардаров: Я смотрел по себе: всегда сложно пытаться обращаться к чему-то новому. В первую очередь перебираешь то, что есть под рукой.
Сергей Савельев: Конечно, потому что мозгу лень. Я об этом уже тысячу раз говорил и буду говорить, что мозг потребляет очень много энергии. Организм не может позволить себе работу такой дорогой штуки. Представляете, если бы вы ездили на бензине, который в тысячу раз дороже. Много бы вы наездили? Вы бы каждый раз чесали голову, что нет, лучше пешочком. И вот мозг также делает. Он потребляет такую огромную часть энергии организма, что вынужден экономить. Четверть всей энергии в момент напряжения и 30 % кислорода. Это ужас. Мышцы, которые составляют огромную массу тела, зачастую потребляют меньше, нежели когда человек думает.
Амиран Сардаров: Люди, успешные с социальной точки зрения, говорят «я многого достиг только после полной жопы».
Сергей Савельев: Конечно. Мозг начинает работать только тогда, когда никаким другим способом уже действовать невозможно. Имитация, воровство чужих идей и решений ― это с самого начала. Затем ощущение всеобщей несправедливости к себе, потом обида, озлобленность и поиск оправданий. Только в последнюю очередь ― мышление. Мозг ленив и сопротивляется до последнего.
Амиран Сардаров: А искусственно это как-то можно сделать?
Сергей Савельев: Очень трудно. Обманывать мозг нужно. Он, подлец, работать не хочет. Он хочет тебя использовать и быстренько выключаться. Выключиться и отдыхать. Для мозга главное низкие умственные расходы. Поэтому все средства хороши. Бороться приходится с самим собой всё жизнь. Искусственно это сделать очень трудно.
Доминантность
Амиран Сардаров: Самая интересная из бабуинских мотиваций ― доминантность. Ее разновидностей имеется множество. У кого-то доминантность посредством девок и «Феррари». Совсем другое дело, это бабуинство условного Че Гевары или Матросова. Вот что заставляет их доминировать посредством некой жертвенности, геройства? Ведь машинками и девками проще и безопаснее.
Сергей Савельев: Тот, кто геройствует, он не всегда готов умереть за это дело. Он понимает, что есть вероятность умереть, но также есть вероятность стать величайшим революционером Южной Америки в случае смерти. Такая доминантность тоже греет. При этом есть шанс выжить, вон Фидель Кастро до сих пор жив, всё нормально. А ведь он на всё это шел вместе с Че Геварой. Одному повезло больше, другому меньше.
Амиран Сардаров: Если появилось состояние, что уже в целом наплевать на деньги и на женщин, но при этом есть желание «сделать что-то хорошее», то это что, проснулся инстинкт доминантности?
Сергей Савельев: Если бытовое и обывательское уже достигнуто, то вопрос насколько у человека индивидуальная организация мозга не позволяет ему спокойно сидеть. Доминантность бесконечна.
Амиран Сардаров: Доминантность всегда мучительна?
Сергей Савельев: Конечно, потому что надо на что-то решаться, тратиться. Как в науке можно проверить, хочет ли человек заниматься наукой? Если он вкладывает свои деньги для решения хотя бы маленькой научной проблемы ― значит, он хочет заниматься наукой. А если он будет стонать, ныть и канючить деньги, вместо того, чтобы оторвать от себя последнее и сделать, то надо идти в банк деньгами торговать, а не наукой заниматься.
Если у человека при деньгах появляется интерес, например к науке ― это значит, что в нем просыпается то, что до этого было скрыто. То самое ценное, что есть в человечестве. Он готов рисковать жизненно важными ресурсами, чтобы получить то новое, что не было до него в природе. Он сам уже не может, но вкладывает в дурацкие и идиотские проекты. Неважно в какие, пусть даже в такие как «эликсир жизни». Чем больше таких людей, тем больше шансов для науки что-то сделать. Потому что сегодняшняя система организации как нашей, так и западной науки, не дает почти никаких шансов заниматься разумными, а не пиарным делами.
Амиран Сардаров: Доминантность как будто притупляет инстинкт еды и размножения. Можешь быть весь в долгах, но к деньгам особо не стремиться. Тот же Гитлер жил в ночлежках и под мостами, но думал о мировом величии.
Сергей Савельев: Гитлер это супердоминант. Образец доминантности. Да и с дамочками там всё было в порядке. Как только он получил возможность всех контролировать и «мочить», то с размножением стало всё нормально. Доминантность она и нужна в том числе для того, чтобы получить большую хорошую самку, и ее оплодотворить.
Все эти ребята вроде Гитлера, Сталина, Наполеона ― это самодвижущийся комплекс чистых инстинктов. Они расширяли свою жизненную территорию и становились супердоминантами. Они боролись за еду и доминантность, самки прилагаются. Больше ничего за ними не было. Какие великие идеи были у Наполеона? Он к тому же страшный трус. Когда в «просвещенную Францию» приехал Франс Иосиф Галь и появились намеки на то, что Наполеону хорошо бы тоже шишки на голове проверить, то тот быстро упрятал Галя в тюрьму. Вот вам пример «просвещенного Наполеона», который до смерти перепугался, затравил ученого и всю жизнь жил как бабуин.
Амиран Сардаров: Что же им помогло достичь таких нетривиальных результатов?
Сергей Савельев: Они одни из многих. Это статистический процесс. Человек должен быть достаточно одержимым, «настоящим буйным». Таких типов появляется немало. Это как с бизнесменами, когда говорят, что «вот он успешный бизнесмен, пробился!». Ребята, а сколько не пробилось? Надо считать негатив. Вы же все видите вокруг себя результаты работы кухонного дуршлага. Социальная эволюция берет этот инструмент и лупит по людям-макаронам, какая-нибудь да вылезет, через редкую дырочку. И вот эту бизнес-макаронину вытягивают и говорят, что «вот, настоящий бизнесмен!». А сколько там осталось в кастрюле под дуршлагом, никто не вспоминает. Забыли уже как в 90-е годы, таких же крупных бизнесменов, которые потом стали миллиардерами и растаскивали всю страну, привозили в морги кучами. Пиджаки лежали с одной стороны зелененькие, с другой стороны красненькие. Тогда к моргам подгоняли морозильные трейлеры и складывали туда трупы, потому что девать было некуда. Естественно, что часть из них была поталантливее. Но это всё статистический процесс. Как говорил О.Бендер, что раз идет дележ денег, то у кого-то они скапливаются. Биологический процесс. И получилось, что деньги скопились отнюдь не у самых лучших и умных. Это хорошо заметно даже при дымовой пиар-завесе. Теперь-то конечно им всем хочется доказать, что они самые, самые и всегда ими были. Но на всякий случай, денег на науку не дают, особенно на церебральный сортинг. Побаиваются, как и Наполеон.