Страница 157 из 159
Папата: Почему это он вдруг добрый? Вы знаете, с какой скоростью вез меня ваш сумасшедший кучер? Я думал, мы десять раз свернем себе шеи во время этой неистовой скачки.
К.П.(примирительно): Зная ваше пристрастие к спокойной езде, мы послали за вами самого смирного нашего возницу.
Папата: Пф-фф. Воображаю, сколько народу вы загубили.
К.П.: Вообще-то, немало. Хотя и другими способами. Но вернемся к теме нашей беседы.
Папата: Увольте их, пока не случилось самое ужасное.
К.П. (с искренним интересом): Кого?
Папата: Своих безумных возниц.
К.П.: Я бы хотел поговорить с вами, как с одним из выдающихся специалистов по минотаврам.
Папата: Так бы сразу и сказали. Но вы же вместо этого сказали, что мы вернемся к теме нашей беседы, а темой нашей беседы была неуместно быстрая езда, которая может повлечь за собой катастрофические последствия.
К.П.: А теперь возьмем и перейдем от безумных возниц к умным минотаврам.
Папата (с сомнением): Ну, если вы так хотите. Хотя, как по мне, предыдущая тема нисколько не исчерпана. Менее исчерпанной я полагаю только тему царствования Лже-Жиньгосуфа…
К.П. (очень быстро): О да! Нас предупреждали, что вы блестящий знаток всего, что касается, в том числе, Лже-Жиньгосуфа. Но нас сейчас интересуют минотавры.
Папата (скорбно и язвительно): Всех интересуют минотавры сейчас, а лже-Жиньгосуф потом. Но потом может быть поздно.
К.П. (проницательно): А что вы имели в виду, когда сказали, что минотавры сейчас интересуют всех. Кого именно — всех?
Папата: Не могу ответить на этот вопрос. Я связан честным словом, задокументированным в подписке о неразглашении.
К.П.: Как интересно. А не связана ли эта подписка о неразглашении с вашим переселением во дворец да Унара?
Папата: Без комментариев.
Все виды работ:
Художественное плетение интриг
Ковка характера
Профессиональное вязание: развязываю и завязываю языки
К.П.: Ясно. Ясно. Скажите, а правда, что…
Папата: Нет.
К.П.: Вы же еще не слышали вопроса.
Папата: Это мне все равно. Я стану отрицать все.
К.П. (проницательно): Из-за подписки?
Папата: Какой такой подписки?
К.П.: О которой вы нам говорили.
Папата: Ничего я не говорил. Я говорил только о вашем вознице — просто сумасшедший, скачет и скачет.
К.П.: Да-да, скачет и скачет… (внезапно) а вот, по-вашему, рядовые минотавры знают, как выглядит истинная корона Тапинагорна?
Папата (возбуждаясь): Хороший вопрос, милейший. Правильный, своевременный вопрос. Я предполагал, что да, знают, а последние события не оставили никаких сомнений по этому поводу. Достаточно открыть вчерашний выпуск двух самых популярных минотаврских газет «Траво-Ядные новости» и «Красный зрачок». Возможно, вы возразите мне, что последний — брутальное издание с разнообразной репутацией, однако в контексте нашей беседы это не имеет никакого значения. Вы можете иметь свое мнение относительно популярности указанных газет, но я приведу вам неопровержимые доказательства — по количеству подписчиков они далеко обогнали ближайших своих конкурентов, их тиражи вчетверо-впятеро больше.
К.П.: Вообще-то, я всегда полагал, что самые популярные издания минотавров — это «Вестник лабиринта» и «Рога и копыта»…
Папата (снисходительно): Где вы набрались этой чуши, молодой человек? Я перелопатил горы, слышите, горы, журналов и газет для минотавров, я дочитался до зеленых чоприков в глазах, и могу с уверенностью утверждать…
К.П.: То есть вы признаетесь, что занимались изысканиями неких сведений, касающихся минотавров, по заданию графа да Унара?
Папата: Конечно, нет. И если вы будете и дальше инсинуировать, я вообще уйду.
К.П.: Нет-нет-нет, что вы, продолжайте, пожалуйста.
Папата: И обе эти газеты (внушительно) , самые популярные, подчеркиваю, по какой-то причине делают внеочередные, праздничные выпуски. Никаких официальных праздников, ни общенациональных, ни местных, в календаре нет. И тем не менее, они празднуют. Как всегда, делая это сдержанно и даже скрытно. Никаких имен, никаких репортажей. Однако торжественный тон передовиц не допускает двояких толкований: в закрытой среде, какой является миру сообщество минотавров, произошло нечто весьма значительное, и это нечто понятно всем им, хотя и не всем нам. Несомненно. Несомненно, знают. (После паузы). Хотя лично мне об этом ничего не известно. И поэтому прошу указать в вашей почтенной газете, что я все отрицал.
К.П.: Укажем, непременно укажем.
Папата: И не забудьте особо подчеркнуть, что лично я вообще все это время отнекивался, умело уходил от расставленных в разговоре ловушек и ловко водил вас за нос.
К.П.: Подчеркнем.
Папата: А еще лучше — горько посетуйте, что вы не добились от меня никаких интересующих вас сведений.
К.П.: Уже сетуем.
Папата: Но, если хотите, в качестве компенсации я могу подробно рассказать вам о Лже-Жиньгосуфе Восьмом.
К.П.: Когда-нибудь потом.
Туристическое агентство «Война и мир» с радостью отправит вас к любому театру военных действий по вашему выбору. В стоимость путевки входит оплата трехдневного перемирия между воюющими сторонами
Что тут скажешь? Любой репортер знает, что категорическое отрицание — это особая форма утверждения.
Итак, наш проницательный читатель и сам видит, что с огромной долей вероятности рийская корона наконец покинула свое тайное убежище, вышла на свет и отыскала законного владельца и наследника. И хотя легенды утверждают, что это только полдела, потому что наследник должен подтвердить и доказать свое право на один из величайших престолов Ниакроха в череде опасных испытаний (если, конечно, Рийское царство все же существует не только в воображении самых романтичных летописцев), нас только радует такой поворот событий. Мы намерены внимательнейшим образом следить за главным героем этой захватывающей приключенческой истории, героем Кассарии и Тиронги, Такангором Топотаном и подробно рассказывать нашим верным читателям обо всем, что с ним отныне будет происходить.
Оставайтесь с нами в ожидании новой сенсации!
Минотавр задумчиво сложил газету и отдал ее Хрюмсику. Свин всхрюкнул от нежданной радости и зажевал, сперва медленно, наслаждаясь буквально каждой строчкой, затем все быстрее и быстрее.
— Сейчас я ясно вижу, что наше счастливое и безмятежное будущее ждет где-то там, за Бусионическим океаном, — вздохнул он, глядя, как страшный документ исчезает в ненасытной утробе кассарийского хряка. — Сплаваем ненадолго, оглядимся, что да как. Наберемся новых впечатлений. Надо как-то отдохнуть от приключений, местной прессы, расслабиться, подышать свежим морским воздухом, что ли…