Страница 9 из 14
- Раз в год и слепой попасть может. Повезло тебе парень. Просто повезло. Да и удача твоя боком должна была тебе выйти. Разбойники ведь за подранка своего мстить должны были. А тут не начали. Нечисто тут, ой нечисто.
Хотелось мне сказать, что есть у меня подозрения на этот счёт. Трупа лавочника ведь мы так и не нашли. Вполне возможно, что за ним эти разбойнички охотились. Но сказать так, значит обосновать свои подозрения. Значит про алмазы рассказать. А тут сразу вопросы появятся, почему сразу не донесли? Почему спрятали? Нажиться на казённом добре что ли хотели? Нет уж! Раньше говорить надо было. Теперь, если молчать, то молчать до конца. Вот только лавочник мне покоя не даёт. Если он расскажет, что алмазы вёз, то могут нас за жабры взять. Да так возьмут, что только перья полетят. Ладно, всё равно деваться некуда с тонущей лодки. Я отбросил ненужные сейчас мысли и прислушался к десятнику, который всё это время продолжал говорить.
- Вот ещё странность. Зачем им тела было к дилижансу перетаскивать? Это же времени кучу потратить надо. А если проедет кто по дороге? И ладно там, дилижанс или купец какой. А если егеря? Мы ведь этот тракт тоже патрулируем. - десятник замолчал, затем спохватившись, продолжил, - разболтался я с тобой что-то. А надо делом заниматься. Значит, так сделаем. По моим прикидкам, скоро тут дилижанс на Ривенрот должен проезжать. К тебе, Хельсдорф, с другом твоим Моринотом претензий нет. Ясно, что случайно вы в заварушку эту попали. Поэтому, как дилижанс придёт, мы вас на него посадим. Спокойно до города доедете. Я с вами записку передам. Как приедете, зайдёте в воинскую управу рядом с магистратом к Кирину. Это сотник наш. Письмо ему передадите, да на вопросы ответите, какие у него будут. А потом можете своими делами заниматься.
Закончив речь, Геор махнул рукой, что больше меня не задерживает, и пошёл к своим подчинённым, раздавать ценные указания. Мне же ничего не оставалось, как вместе с Шаеном, стараясь не смотреть на лежащие под деревом тела, заняться своих вещей, которые во время бегства были оставлены в дилижансе. А сейчас, как и остальной багаж были живописно раскиданы по округе. Словно кто-то специально этим занимался.
Глава 3
Искатель Заказчику
Выполнение последнего Вашего заказа по поставке свечей для храма откладывается. На двуколку, везшую воск, напали бешеные собаки и задрали обеих лошадей. По имеющейся информации, собаки сбежали из вашей псарни. До тех пор, пока вы не разберётесь с больными животными, я не буду рисковать лошадьми.
Десятник оказался прав. Спустя чуть более часа, к стоянке перед лесом подъехал дилижанс. Егеря предупредили возницу с охраной, что надолго останавливаться тут не стоит и договорись о том, чтобы меня и Шаена бесплатно доставили до города. Но то ли возница был жадный, то ли мест в карете действительно не было, ехать нам пришлось на крыше, сидя на специально прибитых к кузову лавках для небогатых пассажиров. И, хотя такое увеличение грузоподъёмности официально не приветствовалось, и грозило в случае чего повышенным шансом на опрокидывание, проверяющие, за небольшую мзду, закрывали на это глаза.
Путь до Ривенрота у нас занял порядка пяти часов, и к семи часам вечера мы подъехали к городским воротам. Постояв в небольшой очереди из желающих попасть в город, мы прошли довольно таки поверхностную проверку на предмет наличия запрещённых товаров и въехали в Ривенрот. Дилижанс проехал ещё пару кварталов и остановился у почтовой станции, которая и являлась финальной точкой маршрута.
- Ну что, пойдём сдаваться? - спросил я Шаена.
- Пойдём. Всё равно, чтобы ко мне домой попасть, мимо магистрата проходить придётся.
Забрав свои вещи, мы двинулись в центр города. Шаен шёл уверенным быстрым шагом человека, явно знающего, куда он направляется, распихивая в стороны попадающихся на пути прохожих. Я же тащился в хвосте, поминутно оглядываясь и глазея по сторонам.
Ривенрот произвёл на меня двойственное впечатление. С одной стороны, он явно не был таким захолустьем, как Лидия, но с другой - столичного лоска Бругхейма у города тоже не было. Так, например, мощёная мостовая была не только на центральной площади и паре соседних улиц, но высотные четырёх и пятиэтажные здания встречались только ближе к самому центру города. Да и ритм жизни в Ривенроте явно был не такой быстрый, как в Бругхейме. Лавочники и мастеровые не носились как угорелые, а местные знатные дамы не были разодеты в пух и прах, стремясь следовать последнему писку моды. Если коротко, то город мне, скорее, понравился.
В таком темпе мы довольно быстро добрались до центральной площади. На ней, помимо домов местных богачей, находилось элегантное здание городской ратуши с часами, массивное серое строение имперского банка без всяческих украшений, воинская управа с двумя стражниками у входа, а также прямо в центре площади, в окружении цветочных клумб, стоял конный памятник предыдущему императору.
- Нам сюда, - потащил меня к стражникам Шаен.
Стоило нам подойти ко входу в управу, как стражники преградили нам дорогу.
- Стоять! Куда идёшь в такое время? - спросил меня один из них.
- К Кирину. Сотнику егерей, - сказал я и добавил на всякий случай, - у меня для него письмо от десятника Геора.
- А почему Геор сам не зайдёт? - начал было возмущаться стражник, но всё отошёл от двери, - как в здание войдёшь, поднимись по лестнице на второй этаж. Затем, поверни направо. Во втором кабинете по левую руку сотник как раз и сидит.
Поблагодарив стражу за помощь, мы с Шаеном вошли в управу. Несмотря на сравнительно поздний час в здании сновали люди. Судя по одежде, тут были и егеря и легионеры и, даже, местная стража. Видимо в магистрате решили, не мудрствуя лукаво, всех вояк поселить в одном месте, а там пусть они сами разбираются, кто главнее и кто кому подчиняется.
Стараясь не мешать занятым людям, мы поднялись по лестнице и без труда нашли необходимую комнату. Я постучался и, дождавшись приглашающего возгласа, открыл дверь.
Открывшийся моему взору кабинет был размерами примерно четыре на три метра. Вдоль одной из боковых стен стоял огромный шкаф, доверху набитый книгами. На противоположной стене висела подробная карта Ривенрота и окрестностей размерами полтора на два метра. Причём, судя по большому количеству рукописных отметок, этой картой активно пользовались. Напротив входа, у окна, заваленный кучей бумаг, стоял добротный письменный стол, покрытый зелёным сукном.
Можно было бы сказать, что это обиталище обычного чиновника средней руки, если бы не одно но - хозяин кабинета. За столом сидел, устало вглядываясь в какой-то отчёт, мужчина лет пятидесяти. Вот только несколько вещей выдавали боевое прошлое этого человека: от переносицы до левой скулы у него шёл длинный, в своё время плохо зашитый, шрам. А на правой руке у мужчины отсутствовали пару пальцев.
- Сотник Кирин? - на всякий случай спросил я.
- Нет, святая Стефания, - получил я ответ, - конечно, я Кирин. Кем мне ещё быть? Говорите, чего вы хотели. Только быстро.
- Мы от десятника Геора. Он просил передать вам послание, - объяснил я наше присутствие и отдал сотнику письмо.
Кирин указал нам жестом на стоящие рядом с его столом стулья и погрузился в чтение. Судя по тому, как он нахмурился, прочитанное ему не совсем понравилось.
- Значит, говорите, напали на вас? - сказал он, положив письмо на стол.
Нам ничего не оставалось, кроме как согласно кивнуть.
- Десятник мне кратко описал ситуацию, но я хочу услышать её в вашем изложении, - затребовал у нас сотник.
И опять, в который раз за сегодня, мы начали описывать приключившиеся с нами за последние сутки события. Кирин слушал нас очень внимательно, время от времени что-то себе записывая, и задавая уточняющие вопросы. Особенно его заинтересовало, почему я решил, что разбойник был арландцем, а также сотник потребовал у Шаена детально описать поведение лавочника во время попытки спасти его.