Дом Мой или Шанс 2

Еще лифтовые створки открывались, когда я понял. Все! Прежняя спокойная жизнь кончилась! Либо я сейчас делаю этих уродов! И тогда прощай патруль и все остальное. Либо я умываю руки, сделав вид, что меня это не касается, и всю оставшуюся жизнь, каждую ночь буду просыпаться от кошмаров, кусая подушку в бессильной ярости. И никогда. Я знал. Никогда я не буду уже тем прежним Алексом. Своим парнем и любимцем психологического отдела нашей службы.

Поэтому, я решил на всякий пожарный позаботится о том будущем, которое ждало меня вскоре. Быстро обшманав тела, я собрал с них все полезное, и прилично нагруженный, поспешил к лифту.

На счастье, в лифтовом зале не оказалось никого, так что я, подскочив к закрытым створкам и бросив громыхнувшее оружие на пол перед собой, раскрыл панель управления дверями. Для экстренного открытия в случае пожаров, или каких других напастей, здесь было предусмотрено аварийное разблокирование шахты. И когда в настенном блоке пискнуло, а пластиковые створки с тревожным перезвоном разъехались, я не мешкая, собрал с пола все железки, и полез вниз. Здесь было тесно. Скобы ведущей куда-то вниз в бесконечность лестницы, были утоплены в специальной нише, потому лазить тут с таким грузом, да еще и ожидая, в любую минуту, когда тебе на голову свалится кабина лифта, было удовольствием весьма сомнительным. Но до ближайшей решетки оказалось не больше десяти метров, так что я успел.

Когда я взмыленный, и осознавший уже, что назад дороги нет, прискакал в тупичок, в котором оставил свою подопечную, оказалось, что эта темноволосая довольно симпатичная девчонка, до сих пор так и не пришла в сознание.

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ.

ИЗГОЙ.

19.

Меня схватили, когда я попробовал пройти на свой уровень. Прятаться я не собирался. С десяток черных вояк Леона в полном боевом снаряжении, сначала оглушили меня, выходящего из лифта чем-то тяжелым, после, сорвав мой жетон, в упор саданули слабым парализующим лучом. Затем попинав для порядка, сковали наручниками, и набросив на голову какой-то грязный мешок, вновь затолкали в лифт. Мы долго ехали по ощущениям куда-то вниз. Потом меня вели какими-то коридорами, переходами и лестницами, и наконец, грубо втолкнули в какое-то помещение. Наручники с меня так и не сняли, так что, мне пришлось здорово повозиться, чтобы стащить с головы мешок, и когда это наконец-таки удалось, я в сердцах отпихнул его ногой в дальний угол совершенно пустой, явно предназначенной для каких-то технических нужд комнаты.

Здесь не было ровным счетом ничего. Ни лежака, ни стула, ни даже самого захудалого одеяла. Голые пластиковые стены, плафон освещения в бронированном колпаке, и все. Лишь в дальнем углу виднелась сливное отверстие, над которым был встроен обычный водопроводный кран. Одно утешало, здесь было тепло, значительно теплее чем в остальных помещениях. Видно, где-то рядом находился один из отопительных агрегатов напоминавших огромный кондиционер, я видел такие не раз почти на каждом этаже. Кажется, я даже ощущал равномерный гул и легкую вибрацию пола.

Руки мои действовали плохо. Сказывалось воздействие парализатора. Благо настроен он был на минимум, иначе пришлось бы этим бравым воякам тащить меня на своем горбу. И хотя наручники были защелкнуты на заведенные за спину руки, я знал, что как только чувствительность к ним вернется, я сам смогу снять эти железки.

Это было одним из основных контрольных заданий еще там на земле, во время наших тренировок с дядей Ваней. Здесь было несколько секретов, а так же пару собственных наработок, благодаря которым можно было выпутаться из любых, даже самых профессиональных пут. А уж наручники, тем более такую простую модификацию, которой пользовались здесь в доме как патрульные, так и эти черные хлопцы, снять было делом пяти минут.

Но понемногу успокаиваясь, и приходя в себя после удара по голове и довольно ощутимых пинков по ребрам, я решил все же, не показывать этим гадам своих способностей. Пусть когда нужно будет, это станет для них приятным сюрпризом. И походив с полчаса туда-сюда, по обшарпанному пластиковому полу, разминая затекшие суставы, я уселся под дальней от двери стеной, и крепко задумался.

"Итак, сработало. И хотя я сейчас самый настоящий преступник, а по меркам дома меня должны приговорить минимум к пожизненному седьмому уровню. То, что случилось со мной там на пятом, было куда серьезнее. Даже нет, это событие было, пожалуй, одним из самых важных в моей жизни здесь в доме. И я осознавал, что отныне для всех жителей подзаконных уровней, я самый настоящий изгой. Но поступи я сегодня иначе, и изгоем был бы я сам для себя. Что гораздо, гораздо страшнее, и лекарства от этого не существует.

А что касается моей новой способности, значит это не сон и не бред, а реально работающая вещь, которую, как говориться, я сегодня пощупал руками.

В миг, когда я распахнув дверь злосчастного модуля, и увидел ту страшную картину, я четко понял что опоздал. Безнадежно, и бесповоротно опоздал. И в тот, именно в тот момент, когда все казалось уже непоправимо упущено, в моей голове что-то щелкнуло. Да так основательно, будто некий древний рубильник виденный мною однажды в нашей кательной. Вот тогда то и случился скачек во времени, или еще какая похожая ерунда, которая отбросила меня на несколько минут назад. А на сколько, интересно минут? Это, между прочим, важнейший вопрос. Что ж, можно примерно прикинуть. После этого самого перехода, или временной петли, я очнулся в лифте. Буквально сразу же он остановился на том самом этаже, на котором я до этого, или после... (короче с этим сейчас не стоит морочиться), вышел. Значит, остается посчитать, за сколько минут бегом можно преодолеть расстояние от лифта до холла, а за тем от холла до лестничной клетки, и то время что я поднимался до четвертого этажа. И так, вместе с остановкой у той резиновой гориллы, что едва не зашибла меня, получалось около четырех-пяти минут. Немного. Но и немало. Иногда, а особенно в критических ситуациях, даже несколько секунд спасут жизнь, а тут целая прорва времени. Я же успел. Кстати, а кто просчитывает длину этого хроно-реверса? Не уж то данный отрезок вбит в настройки как единственно возможный? Это конечно хорошо, знать точно, что произойдет в следующие пять минут, но может случиться так, что этого времени будет недостаточно.

- Ну ты Ал и наглец! Нет, чтоб радоваться! - Прервал я эти размышления, - Ведь, по сути, данное свойство сознания, или тела, или дом его знает чего еще, есть ни что иное как самое настоящее чудо. И все остальные подарки сектора инициации, не идут ни в какое сравнение с этим. Да узнай о таких моих способностях кто из верховных, они же просто перегрызутся все из-за меня. Либо по-тихому шлепнут, дабы не рисковать.

Да! Подумать есть о чем! Ну и подарочек. Спасибо конечно! Но теперь я самая настоящая ходячая бомба. И где я теперь окажусь благодаря этому подарочку? На седьмом неподзаконном, или совет таки приговорит бедного Алекса Некоего к распылению? В общем, думаю, что в случае прямой угрозы, эта моя новая способность может и мне самому спасти жизнь. Между прочим, эта способность совершенно необъяснима с точки зрения известной мне науки. Каким образом такое вообще возможно? Возвращаться, на любой отрезок во времени? И еще, этот феномен, явно завязан на мой эмоциональный блок. Иначе как объяснить первый, тот самый скачек с Миленой, и второй, сегодняшний, спасший эту девушку. Я ведь знал наверняка, что эти уроды, наигравшись вдоволь, убьют ее, и по тихому запрячут останки в какой-нибудь технический колодец.

Как она там сейчас? Надеюсь, девчонки позаботились о ней".

Когда я вернулся к лежавшей без сознания девушки, подходя к заветному тупику, краем глаза заметил какое-то движение в соседнем коридоре. Обернувшись, я увидел, как за одной из дверей скрылась чья-то любопытная мордашка. Долго не раздумывая, я направился в ту сторону. Мне нужно было оставить несчастную, потерявшую сознание от страха девушку, в надежном месте. И подойдя к пластиковой двери с номером 95, вежливо постучал. За дверью кто-то тихо ойкнул, а затем, послышались приглушенные голоса, будто спорили двое, видно решая открывать или нет. И вот, любопытство все-таки взяло верх, в замке щелкнуло, и сквозь небольшую щель на меня глянули черные любопытные глазенки. В них не было ни капли страха, а лукавое, какое-то чисто детское любопытство. Затем выражение сменилось, и тут же дверь закрылась, чтобы открыться уже полностью. Стоявшая за ней девчонка, сняла цепочку, которая устанавливалась здесь как естественная необходимость.