Страница 151 из 171
В этот день, мы сели за гипнограммы только после обеда. А до этого, пригнав еще трех таких же послушных черепашек, носились как угорелые по берегу, оглашая окрестности дикими воплями. В итоге, после множества заездов, в которых безусловным чемпионом оказалась моя Лиза, как самая Легкая и самая настойчивая наездница, мы еще долго плескались, смывая пыль, после чего, отлично пообедав, завалились на песочек.
Я наконец-таки, распаковал заказанные вчера еще, большое, метров шести в ширину, и столько же в длину покрывало, пляжный набор, больших надувных мячей, с пяток шезлонгов с зонтами, и прочую мелочь. Так что расположившись с комфортом, мы долго беседовали о разном, а потом, с целый час играли в пляжный волейбол.
Но вот пришло время занятиям, и собрав всех девчонок, я попросил:
- Сейчас у нас начинается самый ответственный этап. Нужно будет запомнить огромное количество информации, Так что, с этого момента, в первую половину дня, никакого баловства. Занимаемся до обеда. А после отдыхаем. Нас никто не торопит. Но помните, что наши ребята надеются вскоре увидеть небо, и так же как мы, порезвиться на свободе.
девчонки тут же посерьезнев, единодушно согласились. И одевшись мы отправились в центр управления, где и находились классы с гипноиндукторами.
Там мы долго перебирая программы, сообща подобрали оптимальный каталог, и приступили к загрузке.
Во время обучения, от нас, по сути, ничего не требовалось. Надев специальный шлем излучатель, нам нужно было просто расслабиться, для правильного прохождения сигналов, а после двух часов такого релакса, мы делали короткий перерыв, и вновь погружались в пучину цифр, графиков и моделей.
Мне досталась геология. Вообще любое преобразование планеты начиналось с ее положения в системе. Но данный этап был столь сложен и столь не подъемен для человека, что весь процесс, по переводу выбранного объекта на более приемлемую орбиту, брал на себя искусственный интеллект зонда. Это было настолько грандиозным делом, и притом задействовались такие мощности, что на время этапа перемещения, искин отключал все лишнее, и в течение целого месяца, а то и полу года, здесь было не совсем уютно.
Но вот когда мертвый камень, наконец, встав на стабильную орбиту, получал правильный вращательный импульс, и должный наклон оси, наступала пора геопреобразований. И тут нужна была гибкость человеческого ума. Так что начав с самого начала, я принялся за изучение этого, так когда-то не любимого предмета. А по окончании первого курса, меня усталого, но довольного, на выходе из класса ждал сюрприз.
44.
А произошло это следующим образом. Я выйдя из отлично оборудованного гипнокласса, ступая по мягкому ворсу коридорного покрытия, шел размышляя о предстоящих делах, как вдруг, из-за поворота, выскочил какой-то мохнатый комок, и бросился мне под ноги. От неожиданности я даже подпрыгнул. Настолько это существо было тут неуместно, и таким оно было странным и неожиданно знакомым, что я на автомате нагнувшись, ухватил его, попытавшегося прошмыгнуть мимо, за длинные уши, и подняв перед собой брыкающуюся тушку, застыл в изумлении. И тут из-за угла, послышались чьи-то легкие шаги, а в следующий миг, прямо на меня вылетели Сьюзи с Миленой, обе раскрасневшиеся и запыхавшиеся. Едва не сбив меня с ног, эти две красавицы резко осадив, дружно завопили:
- А-а! Попался!
Тем временем я не мог отвести взгляда от этого барахтающегося в моей руке существа. Если бы дело не происходило в этом терра модуле, я подумал бы, что сплю и это мне мерещиться, но понимая, что здесь все возможно, я только присвистнул. Это был тот самый, мой любимый заяц, что жил у меня в модуле, только не тряпочный, а самый что ни на есть живой. Такой же светло синий, глазастый и смешной. С такой же густой шерсткой, длинными ушами и куцым хвостиком. Он трепыхаясь в метре от пола, глядел на нас очумелыми глазами, пока я аккуратно перехватив его другой рукой, не прижал к себе. И тут же это чудо, успокоившись затихло, спрятав смешную мордочку у меня под мышкой.
- Ух ты! - удивилась Сьюзи, - А от нас он вырывался так, что мы не могли удержать!
- Так это, то самое, о чем ты вчера говорила? - спросил я запыхавшуюся девушку.
- Ага. Скажи лапочка? Шерри с Лизой как увидали его, так чуть не задушили на радостях. Может поэтому он убежал. Испугался просто.
- Ну конечно. Он же только родился! - добавила улыбающаяся Милена. Видно было, что все это ее забавляет.
- Эх вы! Мамочки! - решил я помочь, поглаживая вздрагивающего от громких девичьих восклицаний зайца, - Вы бы, чем тискать, лучше бы покормили его! А что, кстати, он ест у тебя?
- Да как обычно, фрукты, зелень!
И тут, у меня из-под мышки раздалось невнятное:
- "Флухты. Фелень".
Я застыл в изумлении, переводя взгляд с Сьюзи на зайца и обратно.
- Он что говорящий? - спросил я широко улыбавшуюся девчонку, - Разве это возможно?
- Да! Это получилось удивительное создание! Я заложила в него интеллект равный трехлетнему ребенку.
- Ну ты даешь! И что нам теперь с ним делать? - поднял я брови в недоумении.
- Как что? Он будет жить у нас. Мы станем за ним ухаживать. Он же такой хороший! - осторожно гладя спинку этого голубого чуда, вставила Милена.
- Ну-ну. Идея, в общем-то, не плохая. Только дико мне как-то. Мой-то был поспокойнее. Где оставишь там и найдешь. А этого непоседу замучаешься ловить по лесам.
- Нет, это он просто испугался! А так, он очень привязчивый. И людей будет держаться всегда. Я так в программе поведенческих протоколов прописала.
Мы спустившись вниз, по широкой лестнице, прошли холл, и вышли на ярко освещенные ступени центра управления. Заяц вел себя тихо, и только что-то бормотал себе под нос. Девчонки трещали без умолку, поэтому я так и не разобрал, чего это он там гундит. И тут мы увидели, что к нам со стороны ближайшей рощи, с большим подносом, на котором горой были навалены всевозможные фрукты, спешат довольные Лиза с Шерри.
- Ну вот, догадались-таки! - улыбнулся я, глядя на их сияющие лица.
девчонки подскочив ко мне, принялись сюсюкая гладить мягкую спинку, по-прежнему испуганно вздрагивающего зайца.
- А ну-ка. Пойдем! - протолкнувшись сквозь умильно воркующих мамаш, позвал я, направляясь к нашей кафешке.
Я уселся за стол и попросив положить поднос рядом, осторожно придерживая за уши посадил нашего новорожденного, мордочкой к внушительной кучке ярких плодов, и тихонько поглаживая предложил:
- Ну, попрыгун! Выбирай.
Голубой заяц, умильно хлопая большими черными глазами, оглядел сначала нас всех, а потом, уставившись на стол, замер.
- Ну что ты? - подбодрил я его, - Не стесняйся! Это все тебе!
И тут, он снова удивил всех.
- Нефтефняйфя... - произнес он, как бы пробуя на вкус слова, - это ффе фебе.
На моих девчонок невозможно было смотреть без смеха, после того как этот зайчишка, ухватив передними лапками большой, ярко алый томатин, и осторожно, так словно это могло сейчас его укусить, потянул к себе.
Все замерли, ожидая, что будет дальше, а заяц тем временем, так же осторожно принялся обнюхивать плод, а затем, глянув еще раз на всех нас, словно спрашивая разрешения, вгрызся передними зубками в сочную мякоть.
Брызги при этом летели во все стороны, и через минуту я был похож на героя из фильма ужасов, весь в кроваво красных пятнах, и потеках. Но не смотря на то, что наш попрыгун извазюкался сам как поросенок, и залил все вокруг липким соком, мы были очень довольны. Значит, с голоду он здесь не умрет. Чего-чего, а фруктов здесь море.
Поев, наш новый друг, осмотревшись и виновато глянув на меня, что-то пискнул.
- Это он извиняется! - предположила Лиза.
- Нет, это он так благодарит! - попыталась угадать Сьюзи.
А тем временем, заяц которого я перестал удерживать за уши, осторожно соскочив на залитые соком плиты, стал, словно щенок, обнюхивать мои ноги.