Страница 93 из 98
За пару коротких мгновений, восемьдесят процентов личного состава лучшей пятерки Серого Цеха было выведено из строя! Сердце ее руководителя, на глазах которого это произошло, болезненно сжалось, а в груди Святоши возникла холодная пустота. Она родилась в районе солнечного сплетения, и за один удар сердца стремительно расширила свои владения, пока не завладела всем его телом. Откуда-то он знал и знал наверняка, что первый Лорд не промахнулся, и что второй гарантированно нейтрализовал Костыля и Гуся, что операция провалена, и что Змей его убьет. Однако сдаваться Святоша не собирался. Как-никак, а был он начальником лучшей пятерки Серого Цеха, а такие места по блату не достаются - нужно быть действительно лучшим в своей профессии. И он начал действовать.
Святоша одним слитным движением откинул тряпку, подхватил арбалет, прижал его к плечу и попытался прицелиться. Почему попытался, а не прицелился? А потому, что первое, что он увидел, когда поднял голову, были не проклятые Лорды, а подлетающий сюрикен. Звездочка медленно вращалась в горизонтальной плоскости, весело посверкивая на солнце. Святоша успел даже заметить царапинку на одном из ее лучей, но вот поделать ничего уже не успел. В следующее мгновение, на смену железной звезде, подлетавшей к его голове, пришла самая настоящая, которая вспыхнула уже внутри головы. Да что там звезда - это был самый настоящий взрыв Сверхновой!
Все эти события произошли так быстро, что толпа, околачивающаяся на пирсе, пришла в себя только после того, как с "Арлекина" хлынула толпа матросов. Моряки быстро оттеснили в стороны праздношатающихся бездельников и рабочий люд, прервавший свою трудовую деятельность, чтобы поглазеть на происшествие. Затем они подхватили сраженных бандитов и споро потащили их на борт. Все это сильно смахивало на то, как муравьи, облепив своих жертв, каких-нибудь гусениц, жуков и прочий мусор, тянут его в свой муравейник.
Несколько стражников Береговой охраны, барражирующих на причале в поисках пропитания, ничего не заметили. Один из них в этот момент завязывал шнурки, второй с интересом наблюдал за дракой ворон с чайками, а третий просто любовался панорамой бакарского порта, повернувшись к месту происшествия спиной. И тот, кто их осудит, пусть первым кинет в них камень!
Эти ребята хорошо помнили, чем закончилась встреча их коллег с северными Лордами и искать приключения на собственные задницы они не собирались. Их задачей было собрать пару-тройку серебряников, вернуться в расположение, поделиться с руководством и продолжить наслаждаться жизнью в благословенном городе Бакаре, а никак не связываться с этими северными отморозками, которые и так уже перебили целую кучу народа. И какого народа! - боевых магов и командира особой стражи с проклятым мечом.
Нафиг, нафиг этих Лордов! Вот, если начальство прикажет, и если не удасться отвертеться, или заболеть, то тут уж ничего не поделаешь, а добровольно!? - нема дурных! Да даже если начальство захочет, ничего из этой затеи не выйдет. Это же не пьяницу, или бомжа в каталажку закатать, тут свидетели нужны. А свидетелей-то и не будет, по вышеизложенным причинам.
*****
Первым пришел в себя Гусь. Ну, так это и не мудрено - ему меньше всех и досталось - всего лишь один удар кулаком в грудь. Правда кулак был железный, сила, с которой удар был нанесен - демонической, или близкой к демонической, но это же не удар в лицо ногой, который получил Костыль от этого же самого демона в человечьем обличии, и не сюрикены, которые перебили носы Писарю и Шилу, вызвав у тех болевой шок и обильную кровопотерю, не говоря уже о таком же сюрикене, угодившем Святоше в глаз. Так что, Гусь легко отделался, просто он этого не знал. Ведь тому же Святоше, например, теперь вообще впору было менять кличку на какого-нибудь Кривого, или Циклопа.
Придя в себя, Гусь никак этого внешне не проявил - даже ресницы не затрепетали, не говоря уже о более заметных действиях, вроде попыток пошевелить связанными руками или ногами, или еще чего-нибудь такого же демаскирующего. Профессионал - он и на Сете профессионал. Гусь не торопился - в иных обстоятельствах торопливость смерти подобна, а на свидание с Лунной Леди он не спешил - это всегда успеется.
Неподвижность давалась нелегко - затекли связанные конечности и было невыносимо жарко. Его бросили на самом солнцепеке, хотя еще и утреннем, но солнцепеке, причем - бакарском солнцепеке! Вдобавок, по лицу, пользуясь своей безнаказанностью, ползала здоровенная муха.
"Как, по покойнику!" - еще подумал Гусь, но отогнал эту мрачную мысль. Короче говоря, положение было, мягко говоря - хреновое, а если называть вещи своими именами, то - плохое, но он был жив, а это главное.
Кто владеет информацией - тот владеет миром! Этой сентенции Гусь конечно же не знал. Точнее говоря - знал... - конечно же знал, просто не в такой чеканной формулировке. Гусь знал, что для того чтобы выжить в этом дерьмовом мире надо знать, как можно больше. А еще надо, чтобы враг не знал, насколько много ты знаешь. Поэтому, для начала, в качестве источника информации, он решил воспользоваться акустическим каналом, использование которого никак не могло выдать того обстоятельства, что он уже не бессознательный кусок мяса, а полноценный боец лучшей пятерки Серого Цеха... правда связанный. Но, когда это останавливало настоящего профессионала? Путы могли притормозить профессионала, но не остановить! И все же, при беспристрастном взгляде со стороны, его положение представлялось безнадежным. Однако, на самом деле, оно было просто очень плохим. Между этими двумя понятиями: "Очень плохое" и "Безнадежное", кроется существенная разница - в одном случае надежда есть, в другом ее нет.
Гусь прислушался, но в общем гомоне, в котором выделялись человеческие голоса и крики чаек, поначалу ничего полезного не уловил, однако же своей затеи не бросил и через некоторое время сумел выделить из белого шума хриплое дыхание и негромкие стоны, раздающиеся совсем рядом. Он продолжил внимательно вслушиваться и через некоторое время смог однозначно определить, что поблизости от него находятся четыре источника таких звуков. Гусь еще некоторое время лежал не шевелясь и не пытаясь открыть глаза - он анализировал полученную информацию. Ее было немного, но не так уж и мало, как могло бы показаться профану.
Итак, что же стало ему понятно? Во-первых - рядом с ним, скорее всего, лежали его коллеги по пятерке. Гусь не знал, что конкретно с ними произошло, но судя по жалобным всхлипам, досталось соратникам прилично. Во-вторых - то обстоятельство, что их всех сразу же не убили, хотя имели полную на то возможность, означало, что их собираются как-то использовать. Вернее, даже не "как-то", а очень даже однозначно, а именно - допросить. Потому что, по всем раскладам, единственное, что могло потребоваться от них северным Лордам - этим демонам во плоти, захватившим живьем профессионалов из Серого Цеха, чего до них не удавалось никому и никогда, была информация. Больше никакой пользы от их пятерки не было и быть не могло... к сожалению. Этот логический вывод автоматически порождал два следствия. Как обычно, одно - не очень плохое, другое - очень.
Очень плохое следствие заключалось в том, что синонимом слова "допрос", является слово "пытки". Причем неизбежные - никто не поверит, что добровольно ты расскажешь все, что знаешь. Гусь в этом не сомневался - сам такой.
Не очень же плохое следствие было в том, что хотя пытки и неизбежны, но пытки, это еще не казнь! Можно будет как-то поторговаться, или прогнуться, или еще как раскорячиться, и попробовать выслужить хоть какую, но жизнь. Записной оптимист назвал бы это следствие хорошим, но Гусь был реалистом.
И как реалист, уже через пару ударов сердца, полностью отдал себе отчет, что все его предыдущие рассуждения о том, что пытки - это еще не конец, что имеется шанс на спасение, все это - самообман. Просто мозг никак не мог согласиться с тем прискорбным фактом, что Лунная Леди рядом - на расстоянии вытянутой руки и одного мгновения, и что ее прощальный поцелуй, дарующий забвение, неотвратим. Поэтому и измышляет мозг всяческие фантазии, не имеющие ничего общего с реальной жизнью, чтобы только не признаться самому себе в неизбежности конца.