Родственный обман

Даниэль был похож на Мартина, как морозное зимнее утро похоже на знойный летний полдень. То есть ничего общего. Ангел с рождественской открытки – белокурые кудри, голубые глаза, мягкие черты лица, добродушная улыбка на губах, стройный и грациозный, и одет с иголочки. Мечта любой девушки – мальчик-картинка. Его истинную суть выдавал взгляд – холодный, словно голубое небо, подернутое коркой льда.

Эмилия поежилась и порадовалась, что главный косплейщик тут Мартин. Такие слащавые мальчики, как Даниэль, никогда ей не нравились. А этот к тому же вызывал противоречивые чувства – вроде бы мил, но в то же время опасен.

– Даниэль Брендон Рассель, герцог Аберкорн.

Герцог? Младший брат – и герцог? Эмилия изумленно посмотрела на Мартина и присела в глубоком реверансе:

– Очень приятно, ваша светлость.

– Для вас – Даниэль, Эмилия. Оставим титулы для приемов. – Он мило улыбнулся и подхватил девушку под руку. – Рассказывайте, как вам мой брат?

– Э-э-э… он любезен и мил, – выдавила Эмилия, мягко отстраняясь.

– Кто? Марти? – Он расхохотался. – Ни за что не поверю!

Эмилия снова поежилась. Даниэль смеялся, но его взгляд оставался серьезным. Она чувствовала себя неуютно – ее рассматривали и оценивали.

– Дан, прекрати, – досадливо попросил Мартин.

Но тот и ухом не повел.

– И чем вы занимались? – продолжил допрос Даниэль, как только они уселись в малой гостиной.

Эмилия – на стуле, чинно сложив руки на коленях, а братья – на диване, напротив нее. Как невинная овечка перед двумя волками. Мартин, конечно, поспокойнее и подобрее, несмотря на неприступный вид и отвратительную манеру уходить в себя. Так хорошо разговаривали за завтраком, а потом он словно воздвиг между ними стену. А вот его брат вроде бы открытый, обаятельный, но опасный. С ним надо быть настороже.

– Разговаривали. – Эмилии пришлось отвечать, потому что он смотрел только на нее. – Мартин показывал мне дом. Потом я выяснила, что мой статус тут выше горничной, но ниже экономки и дворецкого, потому что и их я должна беспрекословно слушаться.

Она не удержалась от шпильки.

– Вам еще повезло, – на этот раз Даниэль говорил вполне серьезно, – леди Айрин дочерям и горничными помыкать не позволяет.

Леди Айрин? Не матушка? Как интересно. А недурно сюжет закручен. Жалко, телефон отобрали, можно было бы фотографировать. Такой материал! Тайная жизнь миллионеров. Эмилия только в присутствии Даниэля вспомнила, что участвует в игре. Рядом с Мартином ей казалось – все по-настоящему.

– А что моя сестра? Она ничего не передавала?

Эмилия обратилась к Даниэлю через силу, слишком уж велик соблазн узнать, все ли в порядке с сестрой. От Мартина не дождешься, а прислуга навряд ли ответит на этот вопрос или даст сотовый, чтобы позвонить.

– Велела кланяться и просила не беспокоиться, – произнес Даниэль, как будто Милена жила в соседнем поместье и он только что вернулся после визита к ней.

Попробуй тут не беспокоиться! Свадьбу Милена и Марк решили отложить до возвращения Эмилии, в Испанию улетали через неделю. А вот подготовить квартиру к длительному отсутствию хозяев она не успела. Оставалось надеяться на помощь Марка.

– После обеда надо еще раз провести вас по дому, милочка, – продолжал тем временем Даниэль. Эмилия недовольно сморщилась. Это фамильярное обращение было похоже на уменьшительное от ее имени, что ей совершенно не нравилось. – И показать вазочки и тарелочки, которые давно мозолят мне глаза. Марти, помнишь ту пару, что тетушка Ми прислала на день рождения Каролины? Да, с пучеглазыми ангелочками. Вот с них лучше и начать. Потом еще статуэтка, похожая на нашего учителя Реми. Как посмотрю на нее, так вспоминаю розги за невыученные уроки. О, у нас много ненужных вещей.

Он вроде бы шутил, но в то же самое время смотрел на девушку так холодно, что у нее внутри все сжалось от страха. Ей казалось, он видит ее насквозь, и даже про обман с подменой ему все известно.

– Хватит, Дан, – оборвал брата Мартин, – Эмилия уже извинилась, инцидент исчерпан. И лучше бы тебе не упоминать о нем, особенно в присутствии матушки.

– У твоей матушки, братец, и без меня осведомители найдутся, – хмыкнул Даниэль. – И спорим, она уже мчится сюда на всех парах, чтобы взглянуть на твою невесту?

– Только этого не хватало, – содрогнулся Мартин. – Я надеялся на три дня отсрочки.

– Надежды юношей питают. А тебе уже поздно.

– Я все равно уезжаю по делам. Поговорим после обеда. – Мартин встал. – Надеюсь, ты не дашь ей растерзать Эмилию в мое отсутствие.

– Сохраню в целости и сохранности, братец.

Эмилия поперхнулась воздухом и закашлялась. Обещание позаботиться о ней прозвучало, как угроза. Но Мартин, похоже, полностью доверял брату, потому что, слегка похлопав невесту по спине и приказав слуге принести стакан воды, ушел, пообещав вернуться к обеду.

Она пила долго, маленькими глотками, и боялась оторваться от стакана. Даниэль терпеливо ждал, закинув ногу на ногу и откинувшись на спинку дивана. Поза расслабленная, а взгляд все равно внимательный и сосредоточенный. Вода закончилась, а встать и уйти не было сил, как будто брат Мартина загипнотизировал ее, заставляя оставаться на месте.

– Итак, милочка, – медленно произнес Даниэль, когда Эмилия отдала стакан слуге и тот вышел, оставив их наедине, – я, знаешь ли, выбрал тебя для брата не для того, чтобы ты била посуду.

Эмилию словно окатили ледяной водой. Так вот кто тут маньяк! Это Даниэль присмотрел Милену и притащил в глушь, под видом жены для брата. У него определенно какие-то планы! Бред… Да, бред. Но отчего так страшно? Герцог и пальцем не пошевелил, а Эмилия уже дрожит как осиновый лист, в ожидании чего-то ужасного.

– Ты заслужила наказание. – Даниэль говорил тихо, но таким тоном, что мурашки побежали по коже.

«Он ненормальный?! Я на это не подписывалась. У меня вообще договор с Мартином, а не с ним! Да пошел он!»

– Нет, – Эмилия собрала волю в кулак, – с чего бы? Вы не имеете права мне приказывать.

– Если я захочу, ты будешь подчиняться мне. – В глазах Даниэля будто запрыгали веселые искорки.

Эмилия нервно облизала губы. Он ее и пальцем не тронет, это бред. Если только он не маньяк-садист, которому правила не указ. В глуши, где ее некому защитить. То есть как некому? А Мартин?

– Я Мартину пожалуюсь, – твердо сказала она.

– Хорошо, – неожиданно согласился Даниэль. – Попробуй.

Он выглядел скорее довольным, чем рассерженным. Это сбивало с толку, но Эмилия решила радоваться перемене в его настроении.

– Пойдем, я провожу тебя, пора переодеваться к обеду.

Она послушно встала и даже оперлась на предложенную руку – ноги предательски дрожали. Даниэль молчал, пока они шли длинным коридором, но перед тем как уйти, наклонился к самому ее уху и прошептал чуть слышно:

– И все же я могу заставить тебя исполнить любое мое желание… Помни об этом.

После чего вежливо поклонился и удалился. А Эмилия застыла на месте, судорожно хватая ртом воздух. Отчего-то она была уверена – это не простая угроза.