Страница 16 из 121
Подъехав к группе Рэя Нордиса и Сан Рэна, принц не спешился. Некоторое время он сидел, подбоченись, разглядывая их. А затем его взгляд задержался на штандарте с изображенным на нем деревом.
— Прошу прощения за грубый прием. Мои люди обознались, — этот человек, как заметил Рэй, имел странную привычку говорить сквозь зубы, поглаживая свою бородку. — Мое имя — Мортимер Риокийский. Как король этой страны, я приветствую вас. Посланники Астала, я милостиво принимаю вашу помощь.
Но прежде, чем Рэй успел ответить на такое заявление, Сан Рэн вступил в разговор. Он уже успел поменять своего раненного коня.
— Полагаю, говорить от лица всей Риокии, еще рано. Но с нашей помощью вы сможете надеть корону на голову, ваше высочество, — он особенно выделил последние слова.
Капитану хотелось схватиться за голову. Язык Сан Рэна был его врагом. Но вместо этого он лишь положил ладонь на локоть своего спутника, отведя его назад. Капитан произнес:
— Я и мои люди находятся здесь по соглашению, как части мирного договора между нашими странами. Я — Рэй Нордис, командующий этой части интернациональной армии. А этот человек — мой адъютант и офицер из Таары, Сан Рэн. 'А теперь самое главное', — подумал капитан. Это следовало сказать с самого начала, иначе потом могло возникнуть непонимание. — Я не стану отдавать своих людей как разменную монету ваших политических играх с Сеймом. Единственная цель нашего прибытия в Риокию — элемент сдерживания. Вместе с вашими силами мы войдет в столицу, и вы сядете на трон, если сможете. Но на этом все.
— Понятно, — лицо Мортимера все еще было бледным. И хотя наверняка он оскорблен словами Сан Рэна, но не подал вида. Именно потому, что все сказанное было правдой от первого до последнего слова. И принц был не в том положении, чтобы портить отношения с Асталом. Тем более, если так ведут себя его люди при виде любой опасности — все эти баррикады. Они могли означать лишь одно — силы принца и Сейма были неравными. Скорее всего, парламент крепко держал город, и Мортимер со всеми своими амбициями вынужден был стоять за его пределами, в ожидании чуда.
— Но прежде, чем мы отправимся в ваш лагерь, — капитан достал из седельной сумки лист бумаги. — Ваше высочество, ознакомьтесь с этим дополнением к соглашению, во избежание недоразумений в будущем.
Когда Мортимер пробежал текст глазами, его губы искривились.
— Это немыслимо! — воскликнул он, размахивая листом, — я никогда не приму таких условий! Просить о таком — немыслимая наглость.
— О, так вас это не устраивает? — на сей раз капитан не стал останавливать Сан Рэна, с презрением смотревшего на принца. В этой ситуации Сан Рэн с его сарказмом был именно то, что нужно. — Тогда мы немедленно покинем страну, — продолжил тот, — вы нуждаетесь в нашей помощи больше, чем мы в вас. — С этими словами он натянул поводья своего коня, словно готовясь развернуться. И понадобилось на удивление мало времени, чтобы прозвучало ожидаемое:
— Нет, постойте! Я… извиняюсь и принимаю ваши условия.
Рэй Нордис прямо слышал, как принц скрежещет зубами. Но исход этого сражения уже был предрешен. И на этот раз Сай все предвидел верно.
Часть 6
Сидеть одному — ужасная скука, и Кальвин с тоской подумал о том, что всего в нескольких километрах к югу расположена пограничная тюрьма Риокии, в которой есть одна уютная камера с кучей оставшихся там книг. Хотя, наверное, их уже вернули в библиотеку. Однако, кажется, сейчас в тюрьму проникнуть было легче, чем в королевскую библиотеку Риокии. Кальвин сидел на одном из чудом уцелевших стульев, и рассеянно катал уголек носком сапога. Уголек остановился, но звук, который издавали эти сгоревшие кусочки дерева, не исчез, а значит… Его производил кто–то другой. Кальвин насчитал по крайней мере троих… а потому… Вскочив на ноги, он подрубил ножку стула и пнул его, так, что тот превратился в мощное метательное оружие. Как раз, когда первый из незваных гостей появился на пороге, он получил хороший удар в лицо. Судя по звуку его нос, а может и рука, были если не сломаны, то вывихнуты. Однако, несмотря на жалкий вопль первого из гостей, двое других не растерялись. Плащи с капюшонами были темного, почти черного цвета — практичная и удобная одежда, и маски на лицах. Где же он видел их?
— Скорее, читай заклинание, нам не нужны неприятности, — когда в руках одного их оставшихся разбойников появилось уже знакомое Кальвину прозрачное блюдце, он понял, что это были явно не простые мародеры и любители легкой наживы. Этот голос державшего блюдце человека… ну конечно, как же он мог забыть.
— А, это ты, — протянул Кальвин.
— Вот мы и встретились, парень. Знаешь, что нам пришлось пережить потом? Этому проклятому принцу Мортимеру ничего, а вот все удары достались нам. — Открыв лицо, мужчина с презрением сплюнул, упомянув имя Мортимера.
— Точно, вы тогда работали на этого глупого принца. Но, похоже, сейчас вы на другой стороне? — Кальвин усмехнулся, удивляясь собственному спокойствию. Несмотря на то, что этот парень был явно глуп, простой наемник, но блюдце он не опустил ни на сантиметр. А помня его действие, Кальвину оставалось мало шансов использовать хотя бы какое–то заклинание, чтобы о нем не стало известно заранее. Он понятия не имел, знакомы ли эти ребята с сильной магией, но проверять это не хотелось.
— Интересно, тот парень… откуда–то из Приоры… как же его? Как же… — Кальвин постучал по губам, пытаясь потянуть время.
— Господин Райден скоро будет здесь. Из той малявки, которая могла видеть ауры, он вытянул много полезных сведений, прежде, чем убить. Ему пришлось задержаться, так как он разбирается с одной наглой девчонкой. Она просто обезумела из–за убийства этого Дитя Хаоса. Верно это так, раз она продолжает сражаться даже с такими ранами. — Тип мерзко усмехнулся, когда заметил выражение лица Кальвина. — А, кажется, ты понимаешь, о ком идет речь?
'Неужели он говорит о Гвен и Руи? Но как же это произошло?!' — мысль о том, что все сказанное — правда, жаркой волной ударило в голову Кальвина.
— Верно, малявка своими россказнями заставила вас разделиться, что очень нам на руку. А потому, ты и пальцем не двинешь, если не хочешь, чтобы твоя девка осталась без пальцев или головы. Она такой же еретик, как и ты, но в отношении нее не было указания свыше о том, чтобы оставить ее в живых. А вот ты нужен господину Райдену спокойным и кротким, как овечка.
Кулаки Кальвина сжались, когда он пережил миг беспомощности. Что если это правда? Ему не стоит сопротивляться и просто позволить этим парням завершить начатое в прошлый раз? Но на этот раз тот человек, Мизар Фон Грассе, не придет спасти его. Теперь они по разные стороны. Черт, и почему всегда все поворачивается вот так? Кальвин опустил голову, стоя в расслабленной, спокойной позе.
— А, наконец, решил сдаться, пацан? Верное решение, но только без глупостей, ты ведь понимаешь, что мы можем видеть в этом Предмете залога каждое твое движение и каждую мысль, — главарь захихикал, приложив блюдце к щеке. — Свяжите его той веревкой, что дал нам господин Райден… — был отдан приказ.
С отстраненностью Кальвин взглянул на моток розоватой веревки, которую снял с пояса убийца. От нее веяло чем–то странным. Должно быть, на нее наложено какое–то заклинание линейной магии. Если Руи умерла… Если Гвен тяжело ранена…
— Хахаха! — неожиданно Кальвин рассмеялся.
— Э, что с тобой? — главарь насторожился, вцепившись в блюдце.
— Девочка умерла, а Гвен попала в плен? Что за чушь! — воскликнул Кальвин, ощущая, как глубоко внутри него начинает шевелиться нечто… нечто очень и очень голодное, но что сейчас он не желал сдерживать. — Она не такая слабая, чтобы проиграть какому–то инквизитору. Уверен, сейчас она уже спасла Руи и возвращается сюда. Так, что вам, ребята лучше оставить свои штучки, и убраться подобру–поздорову, пока вы еще можете ходить. Гвен очень зла, когда ей мешают.
— Он… он блефует, — в это время первый из нападавших сумел подняться, держась за висевшую, как плеть, руку. Наверно, Кальвин все же перестарался со стулом и сломал ее.