Страница 7 из 9
– Слабо верится, - констатировал Кристоф и снова посмотрел на меня. – Откуда так хорошо знаешь язык?
– Училась долго, - я поежилась от холода и постаралась сжаться в комочек.
Куда мы едем? Кто этот человек на черном Хаммере и с пистолетом на поясе? Что теперь со мной будет? Череда мыслей не давали отвлечься даже на секунду, а внимательный взгляд только подливал масло в огонь.
– Хорошо научилась, - и вроде бы похвала, но сказано с такой интонацией, словно я совершила самое ужасное в мире преступление. – Ты старовата для проститутки, не находишь?
– Мне двадцать пять, - не раздумывая, сказала я.
Он усмехнулся и сильнее вдавил педаль газа.
– Можно считать, что у тебя уже пик карьеры.
– Я не проститутка.
– Ага, сказала девчонка, которую я десять минут назад выкупил в борделе.
Я отвернулась к окну и закрыла глаза. За что мне все это? Этот Кристоф определенно не везет меня в полицию или в посольство…
– Что успела подцепить?
Я открыла глаза и непонимающе уставилась на него. Он поморщился от моей несообразительности, но все же снизошел до объяснений:
– Сколько человек тебя успело оприходовать?
– Что? – я возмущенно вздохнула, подавив в себе желание, закрыть глаза руками и больше ничего не видеть. Я так устала…
– Я тихо говорю? – он взглянул на меня в зеркало и специально громко спросил, - Под сколькими мужиками ты успела полежать до моего приезда?
– Я не под кем не лежала!
– Но проверить тебя все же стоит, - не поверил мне Кристоф.
А я вдруг вспомнила очень важную вещь, которая просто вылетела у меня из головы.
–Мой паспорт! – я прикрыла рот ладонью, понимая, что нахожусь в чужой стране без денег, без одежды и без документов.
– Что паспорт?
– Он остался у него, как я буду без паспорта… я же даже билет не смогу купить.
Я ожидала любой реакции, даже надеялась, что мы сейчас развернемся и вернем мои документы, но Кристоф превзошел самого себя. Он сильнее сжал руль и рассмеялся во весь голос. Только вот весело совсем не было, а после его слов стало только хуже:
– Тебе придется забыть о возвращении домой. От этого смазливого Мартина был шанс откупиться или отработать. У меня такого шанса не будет. Теперь ты будешь делать так, как захочу я.
– Куда мы едем? – после его слов, я все же осмелилась задать мучавший меня вопрос.
– Тебя это не должно интересовать. Просто сиди и старайся как можно меньше заляпать мой салон.
Больше я ничего не говорила, а он не спрашивал. Отвернувшись к окну, я погрузилась в дремоту, а через пару минут и вовсе заснула. Непрекращающийся стресс, боль и обида камнем упали на мое сознание, надавливая все сильнее и сильнее.
– Приехали, - холодный голос, словно ушат с ледяной водой, разбудил меня. – Давай вылезай из машины.
Стряхнув сонное оцепенение, я открыла дверь и выбралась наружу. Мы въехали на закрытую территорию, огражденную двухметровым железным забором. По центру стоял одноэтажный домик, не сказать, что большой, но достаточно внушительных размеров. Вот это точно, «мой дом - моя крепость».
Поставив машину на сигнализацию, Кристоф прошел вперед, открывая ворота:
– Заходи.
Я послушно пошла в указанном направлении. У меня все равно нет выбора, а так хоть переночую в тепле.
Внутри дом оказался, на удивление, светлым и просторным. Высокие навесные потолки, мягкие ковры и красивые картины. Чем бы Кристоф не занимался, он хорошо обеспечен.
– Держи, - мне в руки всунули большое полотенце.
– Зачем?
– Иди мойся, после борделя от тебя воняет страхом и похотью.
С этими словами он впихнул меня в одну из комнат, которая оказалась ванной. Немного постояла на месте, переминаясь с ноги на ногу, все никак не решаясь раздеться. Но шаги Кристофа стихли, вероятней всего он просто ушел в другую комнату.
Через пару минут я стояла под горячими струями воды, пытаясь смыть с себя все: пот, страх, смрад этого Мартина. Единственное что не получалось с себя смыть – это чувство обреченности. Где-то внутри моего подсознания было четкое понимание неизбежного. У меня нет пути назад и неизвестно, сколько мне осталось жить. Да, этот Кристоф забрал меня из того ужасного места, но это совсем не означает, что он хороший человек. Пока все его поведение говорит об обратном.
Пока я мылась, дверь в ванную открылась и только благодаря плотной синей шторке, Кристоф не смог разглядеть меня голую.
– Переоденешься в чистые вещи, твои я выкинул.
– Х… хорошо, - голос невольно вздрогнул, когда я заметила, что его тень не двигается, а продолжает все так же стоять по ту сторону шторки. – Что-то еще?
– Нет.
Я вдруг почувствовала себя такой беспомощной и совершенно неспособной к сопротивлению. Его голос, внешний вид и манера держаться пугали меня. Никогда в жизни я не встречала такого человека, который не сказав ни слова может напугать до чертиков.
– Знаешь, что я подумал? - Кристоф неожиданно заговорил, все так же продолжая стоять напротив меня, скрываемый одной маленькой перегородкой.
– Что? – я невольно отступила назад к самой стене и вжалась в нее со всей силы. Горячая вода все так же стекала по моему телу, но даже если бы в одно мгновение она стала ледяной – я бы не почувствовала перемен, настолько сильно я была сконцентрирована на человеке напротив.
– Раз уж ты будешь жить в моем доме, то мне больше нет надобности нанимать горничную.
– Ты хочешь, чтобы я убиралась? – такому предложению я даже обрадовалась, убираться лучше, чем работать в борделе. Тем более есть вероятность, что смогу накопить достаточно денег на билет домой.
– Убиралась, готовила, ухаживала за садом и никого не пускала, когда меня нет, - он выдержал короткую паузу, но потом добавил, - и естественно, будешь ублажать меня, в том случае, если не будет времени найти кого-то достойнее тебя.
Вот и все! Нервы у меня не выдержали, а последние слова и вовсе добили разрушавшееся самомнение. Я сползла по стене, чувствуя узорчатую плитку спиной, и сев на корточки, закрыла лицо руками. Горячая вода капала на мое лицо, переплетаясь со слезами, и стекала вниз. Я не выдержу… только не это. Не смогу так жить, находясь фактически в рабстве жестокого человека. Ненавижу!