В поисках ответов

Попытка прислушаться привела к неожиданному результату. Мир вокруг предстал в виде объектов. Ощущение окружающего пространства было настолько необычным, что я растерялся. Не открывая глаз, я видел трехмерную картинку того, что находилось поблизости, но в виде объектов. Набор различных кодов, непонятного содержания. Я понимаю, что это объекты, знание прочно вбито в меня, но понять каким предметам они принадлежат у меня не получается. Немного оправившись от потрясения, я понимаю, что это новые возможности второго я, которые мне предстоит изучить. Чтобы не затягивать процесс открываю глаза. Картинка окружающего мира меняется, я вижу обычные предметы. Закрываю глаза — темнота. Так нельзя, ведь только что было другое восприятие пространства! Пробую почувствовать предметы вокруг себя — восприятие возвращается. Понятно, новую опцию нужно активировать каждый раз. Остается попробовать совместить два типа зрения. Как ни странно, попытки ни к чему не привели. Единственное чего я добился — смог понимать какие коды, каким предметам принадлежат. Закрытыми глазами могу определить, что рядом металл, кожа, дерево, рог. Каждый предмет имел свой уникальный код, который я мог различить. Я не видел никаких цифр или символов — просто знал и все. Знание помещалось внутри меня, я просто мог его использовать. Подозреваю, что это лишь крохи настоящих возможностей моей новой сути. Жаль, что пока не увижу предмет обычным зрением, не могу определить его по коду. Подсказки в сознании, к сожалению, не предусмотрены. Недоработка, товарищи тени.

Новый объект я услышал и лишь потом, сумел почувствовать, закрыв глаза. Человек, идентификатор живого существа был получен. Кстати живой объект в сознании отличался лишь кодом, никаких ярких пятен, свечения жизни — ничего подобного.

— Манья, — позвал я слабым голосом. Вместо ответа, тихий вскрик, шелест полога, удаляющиеся шаги. Мне стало интересно, как далеко я могу отследить объект. Закрыв глаза, сосредотачиваюсь на поиске. Желания оказалось достаточно, чтобы объект был обнаружен, я чувствовал человека, но с расстоянием просто беда. Удалился человек от меня на двадцать метров или на двести, я не мог понять. Не хватало информации об окружающем пространстве. Сосредоточившись, пытаюсь охватить сознанием большую территорию вокруг себя. Вместе с вереницей новых идентификаторов получаю жуткий укол в голову, от которого теряю сознание.

Очередное пробуждение с потерей чувства времени. Осторожная попытка сканировать пространство. Рядом два живых объекта, код человека я знаю. Открываю глаза, рядом со мною Манья, ее лицо нависло надо мною.

— Очнулся, — облегченно выдыхает шаманка.

— Да, — голос слабый, говорить трудно.

— Сейчас принесем бульон тебе следует начинать нормально питаться.

Слова шаманки меня совсем не обрадовали. К тому же я удосужился проанализировать свое самочувствие, а не разглядывать новые предметы особым зрением. Откровенно говоря, самочувствие было хреновым. Только сейчас я почувствовал сильную слабость во всем теле. Тяжело было просто пошевелить руками, подняться я даже не пробовал. Слова шаманки про бульон становятся понятны.

Дальше начался процесс восстановления моего тела. Нужно отдать должное, о моем теле заботились весьма неплохо. Периодически поворачивали, обеспечивали питанием — я не спрашивал, как, но думаю, вводили пищу через трубку. Во всяком случае, других идей у меня не возникало, ведь в отключке я пролежал четыре месяца. За это время весь лагерь ушел на войну, оставив меня под присмотром шаманки с помощницей. Теоретически тело могли перевезти, но побоялись, что я не смогу вернуться. Вероятность небольшая, но рисковать не стали. Моя угроза уничтожить весь род произвела впечатление. Манья не задавала вопросов о моих приключениях в изнанке, все было видно невооруженным глазом шаманки.

Параллельно питанию я развивал способности своей новой сути. Создавать предметы у меня не получалось, зато формировать из дымки отростки я мог без проблем. Манья поначалу сильно испугалась, но потом поняла, что это часть полученных мною знаний и не шарахалась от призрачных рук. Я реально пробовал обращаться с предметами своей сутью. К примеру, формировал из дымки руку и брал кружку. Удобно, когда руку можно на десяток метров протянуть. Поначалу было непривычно, но за неимением других занятий я усиленно тренировал новые способности. Охватывать новым восприятием большую территорию пробовал, только тут результат не радовал — голова шла кругом. Удалось найти грань, чтобы не терять сознание, но охватить большое пространство не получалось. Через четыре дня я пробовал заново научиться ходить. С первого раза не получилось. Постепенно шаг за шагом, я восстанавливал свой организм. Пришлось задействовать дымку в качестве своеобразного каркаса. Если вкратце описать все произошедшее за последний месяц получится короткий список. Питание, физические упражнения, медитации с новыми способностями. Через две недели после пробуждения мне удалось подстегнуть процесс восстановления организма. Я рассмотрел новым зрением, что происходит после приема пищи внутри организма и сумел подстегнуть необходимые процессы. Восприятия кода или сути предметов давало головокружительные возможности, оставалось только научиться их применять. Через три недели я приступил к тренировкам с мечом. Партнера для спарринга поблизости не было, но на первых порах мне за глаза хватило палки в руке. Ускоряя процессы в организме, я уложился в месяц, чтобы восстановиться до приемлемого уровня. Конечно, потребуется еще время, чтобы вернуть прежнюю форму, но через месяц я был готов вернуться в крепость, о чем сообщил шаманке:

— Манья, я хочу вернуться в крепость.

— Как скажешь, только там сейчас воюют. Может тебе подождать немного? Пролив скоро должен оттаять.

— Через какое время?

— Три недели, может месяц, — после раздумья сказала хозяйка.

— Придется так и поступить. Меня вряд ли в крепость пропустят, когда враг стоит лагерем под стенами. Только мне наскучило сидеть здесь, я хочу поближе к крепости перебраться.

— Как скажешь.

— Завтра?

— Хорошо, отправимся завтра.

Помня, что путь до крепости не такой длинный, я не переживал относительно дневного перехода. Должен справиться, если что — каркас из дымки задействую. Зато потом я смогу смотреть, как воюют дикари со светляками. Не думаю, что мне будут рады с обеих сторон, зато моя жизнь станет разнообразнее. В предвкушении похода, я слегка увеличил нагрузку, что сказалось на сне — проспал до утра без сновидений.

Манья подняла меня рано утром, на улице было еще темно. Нужно заметить, что день вступал в свои права весьма неторопливо, откусывая от ночи небольшие кусочки. Короткий завтрак и мы отправляемся в путь. За спиною осталась одинокая юрта на заснеженном поле. Помощница шаманки осталась присматривать за имуществом, хотя, кто на него может здесь покуситься, мне было непонятно.

Провожатая двигалась не очень быстро, понимая мое состояние. Начало пути далось мне легко, усталость дала о себе знать через три часа, когда окончательно рассвело. День выдался солнечным, мороз был небольшой. Каждый час шаманка устраивала небольшие остановки на отдых. После третей остановки я почувствовал первые признаки усталости. Наверное, на ежедневных разминках я себя слишком щадил, раз монотонная, неторопливая ходьба сказывается на самочувствии. В лагерь местных мы бежали от берега часа четыре. При нынешнем темпе ходьбы время в лучшем случае нужно удвоить, это только до берега. Если двигаться до замка, то еще день пути — не меньше.

— Манья, мы успеем до темноты? — задал я вопрос на очередном коротком привале.

— Надеюсь, что да. Идти придется до ночи, ты еще недостаточно окреп.

— Стоянка на берегу?

— Небольшая, остальные ближе к скале.

— Как у ваших успехи?

— Как обычно, стену разрушили, потери средние, все продолжается.

— Как разрушили стену? — сказать, что я был удивлен, не сказать ничего. Я сам стоял на этой стене, как ее можно разрушить?