Страница 11 из 24
Паренек вздрогнул от неожиданности. Он только сейчас увидел, что кто-то подошел.
– Возьми, – протягивая неожиданно подстилку, доброжелательно сказал парень, – ты вроде без ничего пришел.
Кадор вгляделся в паренька. Что-то было в этом мальчонке такое, что хотелось говорить с ним, посидеть. Открытый и живой взгляд, несвойственный людям его времени. Он молча взял подстилку и сел рядом. Рой очень бы удивился, увидев его таким. Но Кадор осознанно вел себя, несвойственно Его характеру. Только здесь он чувствовал, что он может сделать так. Легко и непринужденно. Не быть самим собой. Это не его мир. И этот мальчишка не обязан ему ничем. Он чувствовал себя здесь благодарным гостем.
– Отлыниваешь от дел? – спросил Кадор у паренька. Тот повернулся и широко раскрыв глаза, посмотрел на Кадора.
– Как ты чудно выражаешься – отлыниваешь! Что это значит?
– Неважно, – даже тут Кадор не оставил привычку объяснить что-то.
Парень внимательней посмотрел на своего интересного собеседника.
– Ты не отсюда. Это видно. В первый раз вижу такое…как бы сказать… другое состояние человека… По тебе не скажешь, что ты сердит, но ты как бы холоден. У нас никто так себя не ведет, – заключил малец.
– Предположим, Я не отсюда. А с другого… края. Там жизнь сложней, ты этого не поймешь в любом раскладе, – глядя вдаль на горизонт, сказал Кадор.
Парень улыбнулся. Что-то наивное было в его улыбке.
– Мир полон красок. Неважно из какого ты края. Он великолепен! Мне нравится ЖИТЬ! Я не представляю более совершенного мира. Ты видишь вон ту гору? Бывает, я взбираюсь на нее и там могу просидеть весь день. Оттуда видна такая красота, что иногда пугает – до чего же это все восхитительно! – странный паренек буквально взахлеб выплескивал весь свой поток мыслей на Кадора.
Кадор посмотрел на все, на что указывал парнишка, и что-то вроде легкой зависти промелькнуло в его душе. Как бы он хотел смотреть на все его глазами! Ведь они смотрели на одни и те же вещи, но эмоции у них были совершенно разными.
– Ты слишком молод и, возможно, все еще не привык, – стараясь казаться незадетым, сказал Кадор.
– А ты, дружище? Ты хочешь сказать, что гораздо старше и мудрее меня? – ликующим голосом спросил паренек, посмотрев весело на Кадора. – Неужели ты встретил намного больше зим, полнолуний и восходов солнца, чем я?
– Дело далеко не в годах, – отрезал Кадор, решив не сдаваться до последнего этому ничего не знающему пареньку. Да кто он такой, чтобы называть Его так просто «дружище»?
– Не знаю, дружище. Ты слишком мрачно настроен для своего возраста. Просто убегай от этой дурной привычки скучно проводить дни! Она тебя погубит… Мой отец всегда говорит, что страшное преступление позволять дню проходить невесело. У нас с ним уговор каждый вечер делиться впечатлениями от дня. Сейчас я их собираю, – радостно ответил паренек. Его курчавые черные волосы развевались на ветру. Признак предков современных людей Восточного региона. Ах, если бы и у Кадора были те же обязанности перед отцом – всего лишь делиться впечатлениями!
– Проводить время с отцом, наверное, весело. Но твоя жизнь отличается от Моей. Мой груз больше твоего, – с ноткой высокомерия ответил Кадор.
– У тебя, наверное, непростая судьба, – простодушно сказал паренек, – но это не повод не находить в ней что-то прекрасное. У всех есть человек, который поднимает настроение, сердце радуется от ее вида, – лицо парня озарила светлая улыбка. Видимо, он вспомнил кого-то. Кадору это чувство было незнакомо.
Кадор забыл это чувство. Единственный человек, который заставлял его сердце радоваться, была его мать. Добрая и мягкая, она вложила в Кадора свою душу. Отдала столько сил, сколько могла. Пока ее не остановил отец. Мать воспитывала его слабым, по его мнению. Видя как страдает мать, не видясь с ним часами, Кадор обижался на отца. Но позже его сердце ожесточилось. Эти чувства привязанности и любви больше не находили в его сердце места. Зачем, если оно так болит. Лучше быть как отец, и тогда ничего не страшно. Именно из-за слабости проигрывали войны, именно из-за привязанностей люди не развивались, отдавая себя человеческим эмоциям. Все это было ни к чему.
– Ты вспомнил тоже кого-то? У тебя есть такой человек? – спросил парень, видя безмолвную борьбу на лице Кадора.
Кадор очнулся от своих мыслей вспомнив о том, где и с кем он находится.
– Нет. У Меня нет такого человека, – твердо отрезал он.
Лицо парня искренне выражало сочувствие.
– Он появится. Такой человек. Это точно. Ты выглядишь так, как-будто ты не доверяешь не только другим, но и самому себе. Я искренне желаю тебе встретить такого человека.
Выражение лица Кадора оставалось неизменно жестким.
– Не всем нужен такой человек. Иногда он уходит. И после него остается пустота. Его место никто больше не займет.
– Мне жалко такое положение дел. И твое противление удивительно. Обычно люди хотят не быть одинокими.
Кадор не посчитал нужным ответить. Тема становилась неприятной ему.
– Ты пасешь овец? Но где же они?
Паренек рассмеялся.
– Я не говорил, что пасу овец. У нас есть человек, который пасет хозяйство, – безмятежно ответил он, – я просто провожу на этом бугре свободные часы. Виды вдохновляют меня. А почему ты здесь?
Кадор прищурился, глядя вдаль. Этот мальчишка никогда бы не поверил, если бы узнал.
– Я с Севера. Тут ненадолго.
– Северные Земли? Так ты скитаешься оттуда? – в глазах, и в голосе паренька чувствовалось сочувствие, – бедняги, ваши земли разгромили, и дым все еще не рассеялся. Вас много выжило?
Кадор понял свою оплошность. Особенности столь давних дней до сих пор не интересовали его. Надо бы просмотреть Историю.
– Я привык считать себя северянином, так как родился на Севере. Но мои родители перебрались жить на …юг. Но я так и не прижился там, – на ходу придумал Кадор. Хотя, доля истины была в этом предложении: был период, когда семья переехала с севера на юг. По желанию отца, который любил менять место жительства. Тем более, ему это не стоило больших трудов.
Паренек понимающе закивал.
– Так вот как. Теперь ясно. Ты, наверное, много пережил. Анкель, моя сестрица, очень жалостливая. Она искренне жалеет переселенцев, лишенных родины. Человек может построить жилище, но оно может не стать его родным домом.
Кадору стало неловко от столь непривычно душевного для него разговора. Хоть эта выдуманная ситуация никак его и не касалась, он почувствовал себя немного лжецом. Глаза и искреннее сочувствие этого простого парня говорили о том, что он всей душой поверил в эту, столь быстро, придуманную историю.
Кадор резко поднялся, оставив подстилку лежать на земле.
– Ты уходишь?
– Мне пора. Мне некогда бездельничать, время стоит дорого, – Кадор повернулся и начал спускаться с зеленого бугра.
– Что ж, спасибо за беседу, – добродушно сказал ему, уже в спину, паренек, – возможно, свидимся еще!
Кадор уже спустился с бугра и направлялся обратно в сторону своей лаборатории. Ему были непривычны такие разговоры, да еще и с простыми людьми. Но внутри невольно ощущалась легкая теплота, в наличии которой он даже себе не признается. Он не такой.
Старый Заповедник или Пропавшая Гостья
Рано говорить, но Эре новая работа понравилась. Команда собралась небольшая: руководитель Баскей, Рик – тот самый парень в очках, и сама Эра. Каждый день начинался не с раннего утра, а в зависимости от продвижения за предыдущий день. Это был первый и немаловажный плюс. Что-что, а спать она любила. Второе преимущество – само расположение офиса – он находился в центре Мегаполиса и до разных важных для Эры мест было рукой подать. Важными местами она называла – школу Кая, работу отца и, конечно, свой дом. И третье – руководитель Баскей, как начальник, он ее не раздражал. В первый раз в жизни ей попался действительно дельный человек. И хоть в лидеры он не годился, но идеи у него зажигали, а работать с ним было интересно. Этот руководитель Баскей оказался еще забавнее, чем при первой встрече. Хотя… при первой встрече он всего лишь сидел. При ходьбе, или лучше сказать, при его передвижении, он раскрылся с новой стороны. Каждое его движение сопровождалось активной жестикуляцией, он постоянно размахивал руками, шагал так быстро, что поспеть за ним было достижением. Эра познакомилась поистине с интереснейшей личностью. Его энергия передавалась порой всей группе, а идеи рождались у него чаще, чем дети в Южном регионе (чтоб вы были в курсе, там рождаются по статистике десять детей в час!). Настоящий информационный гений. Видя его каждый день, Эра удивлялась все больше его неординарной природе. Первые дни Эра еще придерживала свои лидерские способности и мнения, готовые в любую секунду вырваться наружу, но ее хватило лишь на неделю.