Страница 88 из 119
"И через труп своей любимой жены, - добавил про себя Драйбен, но вслух высказаться побоялcя. - Всего через один труп. Переступишь через него - не обратишь внимания ни на кого другого. Все просто".
- Я верну Золотой Век сам! Своей силой! Силой своих нукеров! - зло ответил Гурцат, не отрывая взгляда от молчавшей и слабо дергавшейся Илдиджинь. - Ты не нужен мне.
- Зачем тогда ты пришел в горы, Гурцат? - Речь Хозяина звучала ласково, но в обманчиво мягких нотках сквозила неприкрытая угроза. - Повторюсь: нужен тебе я, а не наоборот. Решайся быстрее.
Илдиджинь застонала. Кончики ее пальцев и ступни ног внезапно загорелись жуткой болью, распространявшейся по конечностям выше, к коленям и локтям. Гурцат ошеломленно приоткрыл рот, увидев, как его жена начинает постепенно обращаться в камень.
- Надеешься на свои силы? - безжалостно продолжал голос. - Да, до определенного предела ты можешь рассчитывать на свои тумены. Месяц, два... Потом они устанут от войны. Осядут на завоеванных землях, обленятся. Спустя год вспыхнут бунты рабов, великие государства Полуночи объединятся и придут к тебе с войной, а что самое страшное - они начнут покупать верность твоих ханов и стравливать их между собой. Твое войско сожрет само себя. Потом Нарлак, арранты, уцелевшие саккаремцы уничтожат твою державу, и тебе повезет, если ты погибнешь в бою, а не сгоришь на костре, или твоя голова не покатится по доскам плахи на потеху людей, которых ты считал побежденными... Выбирай же, хаган, - народ или она.
- Откажись, - морщась от боли, воскликнула Илдиджинь. - Откажись! Я чувствую, он не врет. Но все равно откажись!
Гурцат опустил голову. На раздумья ему хватило несколько мгновений. Он снова глянул на жену и громко сказал:
- ...Прости.
Темно-синий чапан Илдиджинь посерел, с ее застывшего в муке лица исчезли последние краски, две длинные косы обратились каменными жгутами. Охватывающие мергейтку ладони Хозяина сжались. По полу зала частым градом застучала каменная крошка.
- Так было нужно. - Гурцат не видел, как подался к нему Менгу, которого наконец-то отпустил Хозяин, однако почувствовал его движение. - Ты хочешь возразить хагану, сотник?
- Н-нет... - еле слышно ответил Менгу и попятился.
- Демон! Прокляни демона и не слушай его речей, хаган! Вернись обратно! В мир людей!
Гурцат резко обернулся. Прямо на него шел Саийгин, как видно, преодолевший ужас перед этим местом и его властителем. В выкатившихся глазах шамана плескалось безумие. Длинная коричневая одежда Саийгина колыхалась складками, брякали и гремели десятки амулетов, висевших на шее и нашитых на подол, шаман скалился, нащупывая на поясе короткий костяной нож.
- Замолчи, - бросил Гурцат. - Замолчи - или последуешь за Илдиджинь. Поздно отговаривать.
- Заоблачные все видят! - раненым тигром заревел шаман. - Ты призываешь чужого бога, в тебя входит чужая сила! Народ не пойдет за хаганом, предавшим исконных небесных владык! Шаманы перестанут подчиняться тебе! Удача больше не поскачет рядом на белом коне, и Золотой Сокол улетит от тебя! Проклятие на тебе, хаган, и проклятие, а не славу и победы ты принесешь своим воинам!..
- Ты сам не раз повторял: мергейтам нужна помощь других богов, - ответил Гурцат, не отступая перед разъяренным Саийгином. - Ты советовал мне не разрушать чужие храмы, чтобы боги Саккарема или других земель не разгневались на нас. Почему же бог, с которым мы сейчас говорим, хуже остальных?
- Мудрый союзник - великое счастье, - усмехнулась темнота, на миг вспыхнув россыпью самоцветов. - Прости, Гурцат, но твой шаман сошел с ума. Отныне он бесполезен. Думаю, ты без труда отыщешь себе нового, куда более разумного.
Полыхнула бесшумная синеватая вспышка,
Гурцат прикрыл лицо рукавом, а когда на миг ослепшие от яркого света глаза снова пообвыклись с полутьмой, хаган не увидел Саийгина. Только хоровод истаивающих белесых огоньков.
"Сейчас Оно примется за меня... - обреченно подумал Драйбен. - Однако перед смертью могу подтвердить: Гурцат претерпел три ритуальных испытания. Испытание силой, любовью и верой. И, с точки зрения Хозяина, выдержал их. Если так - хагану положена награда. Боюсь, я начинаю догадываться, чем его одарят..."
Драйбен оказался не прав, предсказывая собственную гибель. Чудовище, засевшее в Самоцветных горах, более не интересовалось жалким исполнителем своей воли. Оно разговаривало только с Гурцатом, и первые слова были такими:
- Выслушай, что я скажу...
Нардарец едва не взвыл от ужаса, когда сзади ему на плечо легла чья-то ладонь. Сдержался чудом. Медленно обернувшись, Драйбен встретился взглядом с неизвестно откуда взявшимся человеком с длинными, заплетенными в косички волосами. Странное, по обычаям варваров-вельхов, одеяние: белая рубаха с длинным, слегка подвернутым рукавом, поверх которой намотана черно-красная материя в крупную клетку. Напуганный Драйбен не успел рассмотреть лица.
- Тихо, - шикнул неизвестный и быстро заговорил по-нардарски, правда, с легким акцентом: - Не пялься так, заметят. Отвернись и слушай. Сдается мне, что ты не в восторге от происходящего.
- Д-да, - запнувшись, подтвердил Драйбен. Внезапно его осенило: наверное, этот тип из числа тех людей, которые первыми явились в долину, оставив лошадок у входа в Логово. - А что?
- Тогда надо сматываться, - просто сказал вельх. - И очень быстро. Сейчас, если не ошибаюсь, тут начнется такое... Если ты не с мергейтами, то идем со мной.
- Куда? - У нардарца отвисла челюсть. Человек в пледе выразительно прижал палец к губам - мол, не шуми!
- Поможешь. У меня тут друг... болен. Потихоньку вынесем его наружу. Хозяин занят Гурцатом и пока не станет обращать на нас внимания. Как, по рукам?
Драйбен, не раздумывая, кивнул:
- Согласен!.
Часть третья. Гибель Саккарема
Глава тринадцатая. "Мы вернемся сюда!.."
О солнцеликий! Они заняли Синюю башню, сломили наше сопротивление у Восходных ворот и полностью захватили купеческий квартал! Я приказал стянуть все оставшиеся силы к дворцу, но...
Хадибу осекся, будучи не в силах высказать шаду всю правду.
- Но что? - Даманхур грозно взглянул на брата. Правая щека повелителя Саккарема судорожно подергивалась. - Отвечай, или я убью тебя своими руками!