Страница 82 из 119
Вельх шагнул к стене зала и ткнул пальцем в группу слегка светящихся камней, больше напоминавшую огромный зеленый цветок. Фарр с интересом следил за Кэрисом, вытянувшим из ножен кинжал и ковырявшим острием камень размером с персик.
- Великолепно сделано, - сказал он, протягивая добычу Фарру. - Я точно могу определить, что перед нами одна из разновидностей изумруда. Ты когда-нибудь видел необработанный изумруд? Нет? Это серовато-зеленый грязный камушек, заметить который среди прочих камней может только очень опытный глаз. А тут - неси к ювелиру и продавай! Очищен, отшлифован, огранен... Между прочим, за изумруд таких размеров мы бы с легкостью обзавелись в Мельсине не самым плохим дворцом полусотней рабов, фруктовым садом и еще на пиво осталось бы.
- За такой изумруд, - со смешком заметил Ясур, - ты бы ничего не купил. Тебя зарезали бы первой же ночью, камень забрали, а потом распилили на полтора десятка более мелких.
- Поразительное знание жизни, - ядовито проворчал Кэрис и с размаху швырнул зеленый кристалл в стену. Брызнули сверкающие осколки. Вельх почесал в затылке, сказав: - Действительно, настоящий. Любой камень, родственный алмазу, удивительно хрупок. Фарр, ты быстро соображаешь, поэтому помоги мне правильно выразить мысль. Как объяснить такую странную обстановку?
- Если, - осторожно начал Фарр, - снаружи мы видели тьму-тьмущую чудовищ из сказок, значит, и пещера тоже сказочная...
- Верно! - вскричал вельх и похлопал атт-Кадира по плечу. - Вспоминаем легенды. Скажем, всем известные истории про эмайра Сааб-Бийяра. Стоит знаменитому путешественнику угодить в пещеру, его взору тут же предстает огромный зал с непременными сталактитами, алмазы гроздьями и рубины россыпью. Каков вывод? А, Фарр? Ну? Я на тебя надеюсь.
- Тот, кто все это создал, - Фарр обвел рукой помещение, - очень смутно представляет себе, как по-настоящему устроен наш мир. Он разбирается в сказках, однако смешивает их. Вельхского пса невозможно встретить в легендах саккаремдев или мономатанцев хотя бы потому, что мы и чернокожие ничего о нем не знаем! В сказках такие пещеры обычно являются местом жительства какого-нибудь чудовища, хранителя сокровищ и повелителя гор. Существа, не любящего людей, зловредного и очень опасного...
Фарр осекся. Если его размышления о природе пещеры верны, значит, здесь на самом деле должен обитать Некто или Нечто вроде вечного странника Сааб-Бийяра или дракона Фапнира. Кэрис, похоже, и сам подумал об этом. Голос вельха зазвучал куда тише:
- Сейчас как вылезет эдакое чудо... Помнишь, что пели призраки, а именно тот, что сидел на троне? "Тьма победит, и с тьмою - я!" Признаться, я не хотел бы повстречаться с существом, которому приписывают эти слова. Сам я его никогда не видел, однако мне рассказывали...
- Кого ты имеешь в виду? Повелителя горных дэвов? - шепотом поинтересовался Фарр, боязливо озираясь. Теперь, после непонятных намеков Кэриса, он снова начал бояться. На сей раз страх не навевался кем-то другим, а шел из глубины сознания, и Фарр атт-Кадир почувствовал себя на удивление паршиво. Как выяснилось, не зря.
Все трое внезапно ощутили чужое присутствие. Не призрачной летучей мыши, какого-нибудь ледяного дракона, кажущегося более смешным, нежели страшным, или злобного клыкастого создания вроде каменного турса. Оно находилось повсюду. Внезапно заинтересовавшийся непрошеными гостями Хозяин давал понять, что присматривает за угодившими к нему людьми.
Тишина сохранялась по-прежнему, не появилось никаких замутняющих разум видений, самоцветы не умеряли своего ровного, сливающегося в единый поток лучей сияния, но у Фарра во всем теле отозвалось мелкое подрагивание под ногами и едва различимый ухом свист. Откуда-то из недр Самоцветных гор на поверхность выбиралось Нечто, распространявшее камни, воздух, крошево мелкой пыли, алмазы и изумруды. Неведомая сущность поднималась из глубин, наполняя собой пещеру и сливаясь с любой частицей материи становилось жутко - каждый прекрасно понимал, что нет никакой надежды одолеть ее. Не выйдешь же с прутиком против тигра?
- Надо убираться отсюда, - заплетающимся языком проговорил Фарр и отступил за плечо Кэриса. Но тотчас показалось, что угроза находится позади, и вельх никак не сможет от нее защитить, даже если бы очень захотел. Кэрис, в отличие от Фарра и насторожившегося Ясура, оставался невозмутим, только слегка прищурился и наклонил голову, будто к чему-то прислушиваясь. На его лице отчетливо светилось недоумение. Кэрис знал, что происходит необычное, но никак не мог определить, какова его природа.
- Поздно, - бросил он. - Если побежим, станет только хуже. Фарр, очнись! Вспомни Книгу твоего Провозвестника. Что говорит Эль-Харф в тринадцатой сурье?
- "Не отступай и не придется возвращаться", - заученно процитировал атт-Кадир. Сразу на ум пришли остальные строки Книги, отгоняя панические мысли. Стало немного полегче.
- Ясур, куда прешь? Ясур?!
Возглас вельха относился к старику, который, неожиданно оставив их, вытянул из ножен свой кривой клинок и быстро пошел в сторону, где совсем недавно возвышался призрачный черный трон.
- Ясур, стой! - рявкнул Кэрис. - Оно именно этого и добивается! Не перебарывай страх враждебностью!
- Ему надо помешать, - сипло пробормотал Фарр и уже ринулся вдогонку за Ясуром, когда Кэрис ухватил мальчишку за ворот, с размаху ткнул кулаком под лопатку и потащил за собой, в противоположную сторону, шипя сквозь зубы:
- Не лезь, болван! Себя погубишь! Мне наплевать, Оно меня не видит... Просто не может видеть... Или мы все ошиблись...
Атт-Кадир, не слушая непонятные и в другое время показавшиеся бы очень тревожными слова вельха, продолжал рваться к своему опекуну, не замечая, как всего в двадцати-тридцати шагах из каменного пола пещеры начали появляться маленькие зеленые ростки, напоминавшие тонкие усики гороха.
- Ненавижу! - громкий хриплый вопль в клочья разорвал тишину. - Мразь! Выйдешь против меня? Нет? Боишься?!
Кричал Ясур. Вечно недовольного всем сущим, но сдержанного по складу характера старика словно обуяла ярость. Ясур брызгал слюной, в углах рта появилась пена, он неистово размахивал саблей, разрубая пустоту, и невнятно выкрикивал самые невероятные ругательства, сражаясь неизвестно с кем.