Страница 238 из 275
Единственного кого не постигла участь быть похороненным в канаве среди прочих, оказался Рах. Когда роняющий слюни и заливающийся смехом обожжённый одноглазый калека бросился к его останкам, стальная хватка повелителя костей сомкнулась на его горле и начала медленно сдавливать, убивая тут же захрипевшую мразь. Вокруг сразу раздалось веселое ржание и даже выкрики: "убей, убей!". Смертные, которые только что потеряли своих родных, да и сами чуть не отдали богам души, радостно приветствовали страдание собрата по несчастью. В этот момент Викара переполняло отвращение к этим животным, скотам, причем в отличии от рабов, коим дали схожее прозвище, эти твари заслуживали его куда больше. Как тут было не вспомнить их с Ялазаром разговоры о Семени Порчи и том, что она делает с душами, рожденных в Кеплере.
Повелитель костей не стал марать руки, с силой швырнув тощее тело в толпу, в ответ на него посыпались проклятия и оскорбления. Он полностью проигнорировал их, сложив из обрывков шкур, да найденной ветоши, погребальный саван, в которой они с Виком аккуратно завернули тело анархомага и отнесли к месту, где раньше стаял черный алтарь, а ныне осталось лишь его раскромсанное основание. К их безмерному удивлению, этот огрызок священного камня принял тело, как и дар, колдовской камень из тех, что Викариан добыл в пещере эфирного червя. Молодой человек сильно сомневался, будто Рах достигнет берегов Вечной Переправы, полагая что странный артефакт-паутинка вобрал его сущность в себя, но тем не менее и позволить телу старика быть брошенным в груду к остальным, на поживу диких тварей, не мог.
Остаток дня они провели латая доспехи и врачуя раны, благо те оказались не сильными, хотя хромали Вик с Ялом на пару. Нога повелителя костей опухла и начиналось заражение, однако сила алой звезды после смерти демона стала ослабевать, а Тонкий Мир быстро наполнялся реками свободных стихий, что оказались вполне пригодны для излечения. Торунг от помощи отказался, да и на не было видно, задели ли его вовремя боя или нет, хотя Викар готов был поклясться, что видел струйку крови, сочащуюся из-под маски. Но если к шрамам на мрачном лице и прибавились новые, распознать их не удавалось. Сам же молодой человек долго морщился, пока Ял правил ему кости лица и восстанавливал выбитые зубы, а после ещё и сам, как мог, подлатал порванную бровь. Вечером же они долго спорили, стоит ли осквернять и без того не отпетые тела мародерством или напротив, предать те огню, а может вообще трогать.
Ночь прошла тяжело. Когда потухли последние угли, холод наконец взял свое, но уставшая троица не обращала на тот никакого внимания, уснув в притирку друг к другу, положив меж собой небогатый скарб. Какой бы сволочью не оказался Измаил, его наука пошла впрок и теперь, вместо того чтобы потерять неделю, пластом отлеживаясь после тяжелого боя, уже через день парни чувствовали себя более ли менее сносно, чтобы продолжить путь, хотя их все ещё сильно покачивало. А путь предстоял неблизкий, к тому же снег снова славно припорошил земли и на нем уже появились первые следы зверей, страдающих голодом.
Прощаться с обитателями разорённого храма, как и с его настоятелем, парни не стали и наскоро перекусив купленной в Кхидрине снедью, уже вчетвером двинулись на север, к Ведьминому Мосту. Поспеть за Ульфом или Агонисом, шансов не было. Вполне возможно, что Отмеченный Бездной с самого начала все это планировал, да и не появившийся самолично Повелитель Порталов, явно ставил уничтожение Хроногресса выше мести мальчишки, оскорбившему его. К счастью, у этих двоих были виды на древнюю машину, причем совершено противоположные. А это значит, их пути рано или поздно пересекутся и очень может быть, они вцепятся друг другу в глотки. Викар совершенно не был против устранить одного своего врага руками другого.
Первый день пути прошел спокойно, зверье не показывалось, а Вечный Океан постепенно приходил в свое обычное, хаотическое, но относительно безопасное состояние. В небольшой долине попался звонкий родник, освобожденный из ледяного плена огненной поступью порождения зла, недавно прошедшего здесь и они тут же пополнили оскудевшие запасы воды. В тишине, нарушаемой лишь журчанием источника, Вик взирал на раскинувшиеся вокруг холмы с негустыми перелесками и надо сказать, вид спокойной, избавленной от кошмаров Кеплера природы, ему очень понравился, словно мир очистился от лишней жизни, став первозданно прекрасным.
К несчастью такое благолепие не продлилось долго и уже через сутки на них напал куст-притворщик, плотоядный клубок лиан, прикидывающийся обычным растением. От стрел, как и от заклятий, вреда созданию оказалось не много, ибо его внутренние органы постоянно перемещались под корой-чешуей и Ялазару пришлось изрядно помахать мечом, прежде чем гибкие плети, усеянные ядовитыми шипами, упали в запачканный бурым ихором снег. Только после этого парни смогли добраться до "корней" животного и оно, злобно шипя, отступило в глубины промерзлой земли. Однако эта встреча явственно показала - пустоши очень быстро оправились от демонической поступи, вновь наполняясь жизнью ... и смертью. А раз так, то ночь было решено скоротать не в чистом поле, а поискать убежище понадежней.
Большую часть вечера парни провели в поисках подходящей пещеры. На их удачу таковая вскоре обнаружилась и они, перекрыв мокрым снегом неширокий проход на манер двери, оставив в той небольшое отверстие, дабы не задохнуться во сне, стали устраиваться на ночлег. Костер, правда, все равно решено было накрыть костяным плащом Яла.
- Надо будет раздобыть шкур. - устраиваясь у стены, так чтобы не выпускать из виду запечатанный снегом проход, заметил бывший подавитель. - А то Ио умыкнула с собой весь наш запас.
Вик согласно кивнул, доставая из сумки кусок сушёного промерзшего мяса. Он так устал и так хотел есть, что впервые за долгое время его не терзали размышления о том, не человечину ли ему подсунул торговец. Даже отвратительный привкус и запах не остановили его от того, чтобы жадно наброситься на еду, запивая её водой, набранной прошлым днем. Немного погодя, утолив мучивший его голод, Викариан задумчиво произнёс:
- Как-то слишком легко удалось сразить такую могучую тварь, как этот демон. Всего-то несколько ударов и вот он уже рассыпался, словно не скала и лава были его плотью с броней, а песок, да глина.
- Посланник Бога Вечной Переправы намного сильнее большинства демонов и даже древнейшие из них стараются не связываться с теми, кто удостоился стать провозвестником воли и силы нашего владыки. - Даниэль говорил с неподдельной гордостью и благоговением. Для него явившееся в храм создание стало живым олицетворением веры. Однако Викар, далекий от религиозного жара, с неким беспокойством уловил странное сходство между посланниками богов и герольдами Антемоса, ибо и те, и другие питались от силы своих господ. Однако вслух ничего не сказал. Жрец же продолжил. - Кажется, это был Кеа"Алон, хотя могу и ошибаться. Моя работа при храме сводилась к добыче, да разведке и я не был допущен до летописей, а потому не могу сказать точно. Но если это действительно он, то для него подобное порождение ада, что для Ялазара, к примеру, десятилетний босяк впервые в жизни взявший в руки меч. Нет, даже не меч, а портняжный нож или шило и решивший напасть на нашего здоровяка.
Широко зевнув, только что упомянутый, которому выпало сегодня стоять на посту последним, закутавшись в теплую накидку, сонно ответил:
- Ну, сравнивать этих двух я не возьмусь, однако замечу, что касается сражений людей с гигантами, то крупные создания опасны лишь для одиночек, против большого же числа противников они весьма уязвимы. Ну если конечно стадо муравьев не попытается просто затоптать эдакого слона, а чуть-чуть хотя бы мозгами пораскинет. Потому великаны, колоссы или какие-нибудь титаны, если конечно таковые ещё остались, в одиночку встречаются крайне редко.
К разговору присоединился Торунг:
- Мой бывший мастер, помнится как-то сооружал особенно крупного голема, размером с крепостную башню где-то. На это у него ушел почти год, а ведь он в то время не знал нужды в материалах и силе Вечного Океана. В итоге, махина вышла действительно впечатляющей, но в первом же бою четверо магов врага просто обрушили всю свою мощь на него и от стального остова осталась лишь расплавленная лужа пузырящийся ртути. В общем, подобных левиафанов нужно беречь, как зеницу ока, ибо первым делом пытаются уничтожить именно их. Агонис кстати, не дурак, знал это.