Страница 257 из 1067
Стоя на краю башни, Железный Шлем с высоты мог видеть весь город. Во всех направлениях пылали неконтролируемые пожары. Он видел другие башни, сотрясаемые взрывами. Небо исполосовали инверсионные следы его штурмовых кораблей. Гул канонады сотрясал землю, прерываемый безошибочным ревом приближающихся «Лендрейдеров».
Город уничтожался, квартал за кварталом, район за районом. Неважно сколько солдат было брошено в мясорубку, конец стремительно приближался.
Он взглянул на текущее состояние операции на дисплее шлема. Объекты захватывались в каждом секторе. Подобно гигантской паре клыков Волки приближались к главным целям. Генераторы пустотных щитов будут захвачены до рассвета, а следом электростанции.
Его братья превзошли самих себя. Никогда их безупречность на войне не проявлялась столь дерзко. Железный Шлем оскалился, чувствуя, как его изогнутые клыки скребут о внутреннюю поверхность шлема.
В этот момент на западе разошлась пелена тумана и дыма от горевшего топлива, открыв на горизонте огромные, сутулые очертания пирамид. Теперь они были намного больше, темные и массивные, окольцованные самыми мощными укреплениями, оставшимися в городе.
— Они тебе не помогут, — прорычал Железный Шлем, направив ледяной клинок в ту сторону, куда должен был последовать. — Сейчас тебе ничто не сможет помочь, изменник. Ты играл в опасные игры с Волками Фенриса.
Вернулась его волчья усмешка. Наслаждение убийством наполнило его тело.
— И теперь они вцепились в твои пятки.
"Катафракты" были ужасающими машинами, сплавом кибернетической технологии и исследований по вооружению из более выдающейся эпохи. Огромные, отчасти человеческие фигуры, но более широкие и тяжелые, работали безустанно, они рубили и сверлили каменную поверхность туннелей, пробивая дорогу своими чудовищными руками-бурами без пауз и жалоб. Их тяжелые, сегментные ноги были соединены для противодействия отдаче, они не обращали внимания на град обломков камней и продвигались через их груды. За ними следовали сотни просперинских инженеров, оттаскивая расколотые камни, укрепляя потолок подпирающими опорами и выравнивая зазубренные стены. Работа продвигалась, как и все остальное во флоте Тысячи Сынов — невозмутимо, эффективно, мастерски.
Но недостаточно быстро. Афаэль обнаружил, что все в большей степени не может контролировать свое разочарование темпом раскопок. Уже прошло много дней, дней, которые он не мог позволить себе потерять. Туннели были не просто заполнены свободным обвалом, но сцементированы мельта-взрывами. Порой отбросы было также трудно бурить, как и цельную скальную породу. Кора Фенриса, как и ожидалось, обладала твердостью железа. Что еще хуже, Псы установили мины и невзорвавшиеся осколочные заряды внутри расплавленного камня, и несколько бесценных "катафрактов" было потеряно, когда их руки-буры активировали остаточные ловушки.
Задержка приводила его в ярость. Афаэль знал, что Темех приближается к своей цели. Если Клык не будет взломан, а его обереги отвращения — уничтожены, тогда позиция Афаэля, как командующего армией окажется под угрозой. Все колдуны, командующие флотом вторжения, знали, что стоит на кону.
Со своей позиции внутри туннеля Афаэль наблюдал, как трио "катафрактов" пробивают себе дорогу в сердце горы. Вокруг них парили светосферы, омывая роботов тусклым оранжевым светом. Потолок туннеля едва возвышался над их массивными плечами. Расколотые камни доходили им уже до колен, и суетливые ряды смертных рабочих старались не отставать от задачи по их удалению.
Шея Афаэля снова начала чесаться. Ощущение сводило с ума, словно крошечные когтистые руки застряли под его кожей и царапались, чтобы выбраться наружу. Когда он повернул голову, о внутреннюю поверхность доспеха зашуршали перья. В течение некоторого времени что-то еще росло на его лице, надавливая на пластину шлема. Он знал, что скоро изъяны станут видны. Его правая рука уже не сжималась.
Афаэль отвернулся от скалы и пошел прочь мимо ожидающих рядов буксировочных машин, их загрузочные люки были открыты, а краны переведены в рабочее положение. Когда он шел по туннелям, люди поспешно убирались с его дороги. Они стали опасаться его непредсказуемого настроения с тех пор, как штурм остановился.
Он игнорировал их. Ближе к выходу из туннеля следы горных работ уступили место грубой дороге и постоянному освещению. Потолок и стены туннеля были вырублены достаточно широко, чтобы позволить въехать «Носорогам» и «Лендрейдерам», что было одной из причин затягивания работ по раскопкам. Легкое вооружение уже было отправлено в замкнутое пространство. Когда "катафракты" приблизятся к своей цели, их усилят тяжелым вооружением. К тому времени, как последние стены пробьют, целые роты рубрикаторов будут ждать приказа атаковать.
Афаэль достиг входа в туннель и шагнул в яркий, резкий свет фенрисийского утра. Казалось, его глаза утратили свою обычную фотореактивную скорость, и на мгновение он полуослеп от сияния. Новый снегопад покрыл большую часть разрушений, но дороги по-прежнему были забиты людьми и машинами. Повсюду стояли столбы дыма, как от работающих двигателей машин, так и от костров, разожженных солдатами, чтобы согреться.
К нему спешил просперинский капитан. Лицо человека было скрыто за защитной маской, но Афаэль уже почувствовал его страх. Новости будут плохими.
— Лорд, — произнес человек, неуклюже поклонившись.
— Давай быстрее, — выпалил Афаэль, испытывая желание хотя бы одно мгновенье почесать кожу. — Сообщение от капитана Эйррека с флагмана.
— Если Лорд Темех желает поговорить со мной, тогда он может сделать это сам.
— Нет. — Человек сглотнул. — Лорд Фуэрца. Его жизненная сигнатура покинула эфир.
Афаэль почувствовал, как заколотилось сердце.
— Он за пределами досягаемости?
— Не думаю, лорд. Мне приказано сообщить вам, что он, насколько предсказатели могут быть уверены, мертв.
И тогда Афаэль почувствовал, как дамбу его сдерживаемой ярости прорвало. Разочарование, раздражение, страх перед тем, чем он становился, все пришло на ум. Не задумавшись, он схватил воина за нагрудник, держа его в воздухе одной рукой.
— Мертв! — заревел он, не задумываясь, что его услышат. Краем глаза он заметил, как солдаты выронили оружие и уставились на него. — Мертв!
Пусть смотрят.
— Лорд! — закричал капитан, безрезультатно борясь с хваткой. — Я…
У него не было ни единого шанса договорить. Афаэль повернулся, швырнув хрупкое тело о ближайшую стену входа в туннель. Человек ударился с тошнотворным звуком и сполз в грязь. Больше он не двигался.
Афаэль повернулся к остальным людям. Поблизости их были сотни, и все смотрели на него. На мгновенье, одно ужасное мгновенье Афаэль почувствовал, как бросается и на них. Его перчатки затрещали первыми искрами колдовского огня, смертельного ремесла Пирридов.
Медленно, с трудом он взял себя в руки.
Что со мной происходит?
Он знал ответ. Каждый маг в Легионе был обучен знать ответ на это. Со временем Изменяющий Пути обязательно берет плату за дарованные способности, и даже Рубрика не была гарантией избежать этого.
Я превращаюсь в то, что ненавижу.
— Возвращайтесь к работе! — крикнул он людям.
Они бросились выполнять приказ. Ни один из них не подошел к распростертому телу капитана. Возможно, они сделают это позже, когда Афаэль уйдет, украдкой и в страхе от того, как Хозяева поступят с ними.
Афаэль посмотрел наверх. Далеко, в ледяном воздухе парила вершина Клыка. Даже почернев от многих дней бомбардировки, она по-прежнему выглядела величественной. Гора возвышалась вызывающе, такая же неподвижная и гигантская, как Обсидиановая Башня на Планете Колдунов. Впервые Афаэль заметил у них схожесть. Это была еще одна насмешка.
— Я сокрушу его, — пробормотал он, не обращая внимания, что говорит вслух. Его левая рука сжалась в кулак, и он ударил им по шлему. Боль от удара помогла уменьшить непрерывный зуд.