Заложница. Сделка

Стук прозвучал еще раз, и теперь он был еще громче и настойчивее, а в следующий момент Таэльмина расслышала со стороны спальни отчетливое шлепанье босых ног. Девушка бросилась было туда, но припомнила, в каком виде спит ее муж и тотчас приостановилась, решив дать ему время на одевание.

— Ты не спала? — на появившемся в дверях герцоге уже были надеты штаны и рубаха с распущенной на груди шнуровкой, и тень облегчённо выдохнула.

Нет, она вовсе не наивная романтичная девица, проведшая юность за нюханьем цветочков и перебиранием украшений, хотя и самые беспечные девицы вовсе не так уж простодушны, как считают их маменьки и папеньки, напрочь забывшие свою молодость. И тем не менее совершенно не желает переходить некую грань в отношениях с временным мужем, отлично понимая, насколько это осложнит ее работу.

— Спала. Стук разбудил, — еле слышно шепнула Таэль, проверяя, на самом ли деле слух герцога так чуток, как ей показалось.

— Это стучат в твои покои, — поворачиваясь к ней спиной, небрежно бросил Хатгерн, — иди, открывай проход, я умоюсь и догоню.

Герцогиня убедилась в его правоте, едва оказалась в своей спальне, и понятливо ухмыльнулась, сообразив, зачем тому, кто жил тут раньше, понадобилось проводить слуховую трубку между двумя покоями. Стало быть, не очень-то он доверял своей избраннице, раз желал знать обо всех приходящих к ней гостях.

— Ложись в постель, — появившийся из гардеробной Хатгерн был по — прежнему полуодет, но его влажные волосы могли объяснить каждому, чем был занят молодожён, полчаса не отвечавший на стук.

— Нет, — отказалась тень, — я буду рядом.

— Тогда халат развяжи, — мягко усмехнулся герцог и, проходя мимо, дернул завязку, — да помалкивай, что бы ни говорили.

Таэль только ехидно фыркнула, кого он учит! Тени вообще бессловесны! И никогда не нападают первыми… ну, кроме тех случаев, когда их подопечным угрожает опасность.

— Что стряслось?! — тень едва не запнулась, расслышав ярость дикого зверя, оторванного от пожирания добычи, прорезавшуюся в голосе резко распахнувшего дверь мужа — дворец горит или наводнение?!

— Ваша милость… — рассмотрев совершенно целого и невредимого Хатгерна, виновато пробормотал стоявший во главе небольшого отряда стражников офицер, — его милость Лархой заявил, будто на вас совершено покушение!

— А откуда он это взял?! — подозрительно прищурился герцог, и рычанье в его голосе стало еще грознее, — и с каких пор вы ему подчиняетесь?! Немедленно отправляйтесь на свои места и проверьте все входы и запоры, а потом доложите о своем проступке генералу Регорсу.

— Это не я откуда взял, — обиженно процедил, выступая из-за портьеры, модно одетый молодой человек, — а маменька получила тайное сообщение… твоя лаэйра…

Договорить младший герцог не успел, крепкая затрещина отбросила щеголя к противоположной стене. А в следующий момент вихрем вырвавшийся в коридор герцог сгреб братца за шиворот, втащил в покои Таэль и ногой резко захлопнул дверь перед носом ошарашенных стражников. Молодой мужчина дернулся, пытаясь вырваться из рук брата, прожигающего его гневным вглядом, но это ему не удалось.

— Ты с ума сошел, — всхлипнул Лархой, прекращая всякое сопротивление, — за что?!

— Ты еще спрашиваешь? — снова зверея, встряхнул его как тряпку Хатгерн, — А на какую встречу ты надеялся, когда начал в чём-то обвинять мою жену? Или забыл, что честь у мужа и жены общая?!

— Да я не это хотел сказать, — чувствуя, как пальцы брата всё туже стягивают ворот его рубахи, заюлил младший, но бдительно следившая за выражением его лица тень заметила скользнувшую по губам нового родственника ядовитую ухмылку.

Как выяснилось в следующий же момент, Хатгерн тоже ее рассмотрел. Лицо герцога вмиг заледенело непробиваемой маской а в его глазах плеснулось гневное презрение.

— Ты не хочешь меня ни слышать, ни понимать, ни уважать?! Мои слова не вызывают у тебя ничего, кроме беспечности, высокомерия и пренебрежения?! Ну чтож, Лархой, в этом есть и моя вина. Я должен был не отпускать тебя под крылышко матери, а позаботиться о том, чтобы из моего брата вырос достойный нашего рода и имени мужчина. Но теперь я намерен исправить свою ошибку. — Герцог вернулся к двери, рывком распахнул ее и грозно рыкнул, — Регорса ко мне! И немедленно! — Затем обернулся к жене и суховато приказал, — Иди в спальню, милая.

— Но, дорогой! — тотчас скорчила капризную рожицу Таэль, — Мне надоело в спальне! Я хочу тут! Мы шли завтракать!

— Таэльмина! — Хатгерн уставился на стоящую чуть в стороне позади брата тень с укоризной, пытаясь убедить её в необходимости повиноваться, и неожиданно для себя столкнулся с уверенным, спокойным взглядом убежденного в собственной правоте человека.

— Ну, милый! — еще более сладеньким голоском заныла лаэйра, — ты же обещал разрешать мне делать всё, чего ни пожелаю! И еще фокусника! И торт!

— Ладно, — безнадежно отмахнулся от неё герцог, сообразив по едко изогнувшимся губам брата, как выглядит со стороны их перепалка, — оставайся. Но сиди в сторонке и помалкивай.

Глава шестая

Генерал торопливо вошел в комнату через четверть часа, когда летавшие белками слуги уже накрыли для новобрачных стол к завтраку. И всё это время младший герцог сопел с видом оскорбленной невинности, однако, когда считал будто старший брат занят содержимым своей тарелки, бросал в него полные ненависти взгляды. Даже не догадываясь, отчего тот все мрачнеет.

Зато Таэль отлично рассмотрела, как герцог поглядывает в одно из украшающих гостиную зеркал, не переставая неусыпно следить за Лархоем. И, словно пропустив мимо ушей приказ молчать, щебетала, почти не переставая. Умудряясь вещать совершеннейший вздор, заставлявший презрительно ухмыляться Лархоя и досадливо морщиться ее подопечного.

— Доброе утро! — Регорс, командовавший гарнизоном охраны дворца и Тангра, вытянулся перед своим правителем, — Чем могу служить?

— Немедленно выезжайте в крепость Же — Дрейз и прихватите с собой этого… господина. Передадите его с рук в руки капитану Фербилу и прикажите сделать из него хорошего солдата. Да учтите, за его обучением я намерен следить лично! И запомните главное, пока этот новобранец не выучит наизусть воинские правила и не привыкнет к строгой дисциплине, ему строжайше запрещены всякие поблажки в виде свиданий с дамами всех возрастов и выходных. Можете идти.

Таэль проводила взглядом едко ухмыляющегося Лархоя и мрачно топавшего генерала, дождалась, пока дверь за ними плотно закроется, невозмутимо допила свой чай и отсалютовала мужу пустым бокалом.

— Браво, дорогой! Оказывается, ты умеешь ускорять события ничуть не хуже теней.

— Что ты имеешь в виду? — мрачно процедил Хатгерн.

— Нежные чувства, которые Регорс уже двадцать лет испытывает к ее милости герцогине Юнгильде. Неужели ты не знал?! — Брови девушки изумленно изогнулись, и герцог немедленно проглотил готовое сорваться с губ возражение.

Не верить ей у него не было никаких оснований, а кроме того в памяти мгновенно всплыли осторожные намеки адъютантов и собственные, хотя и смутные, подозрения.

Рука герцога сама потянулась к шнурку звонка, но крепкая и неожиданно теплая ладошка лаэйры перехватила её на полпути.

— Не стоит показывать свой интерес слугам или воинам. Регорс достаточно хитер и осторожен, и умеет заставлять людей сказать даже то, чего они никому не собирались говорить. Если тебе интересно, я могу объяснить всё, чего ты не знаешь.

— Не нужно.

Хатгерн уже и сам сообразил, насколько поспешным и необдуманным был его порыв. И отлично понимал, именно подлость неожиданного поступка брата заставила его сорваться, проявить те качества, которые Харн искренне считал недостойными правителя. Но уже начиная раскаиваться в необдуманном порыве, понимал, как своевременно сорвался. Ведь если бы Лархой успел объявить во всеуслышание о особых талантах его лаэйры, ее заданье мигом стало бы невыполнимым, и слуги и гости принялись бы следить за Таэль с неусыпным вниманием.

Конец ознакомительного фрагмента.

Полная версия книги есть на сайте ЛитРес.