Страница 27 из 78
В комнату медленно вошёл Мэт и подошёл к каталкам. Положив руки на лбы Нины и Джона, он посмотрел на меня, стоявшего с противоположной стороны, и сказал: «Это твоё наследие. Это то, кто ты есть. Это ждёт каждого из нас. Каждого из тех, кого ты любишь». Вдруг мертвецы открыли глаза и не мигая, и не сводя с меня глаз, монотонно проговорили в один голос: «Когда предатель предаст в третий раз, начнётся конец всего сущего на земле людской». Они повторили эту фразу ещё раз, и ещё… На седьмой раз я не выдержал, зажмурился и крикнул: «Хватит! Прекратите!» Моя просьба была моментально услышана. Я снова открыл глаза и вместо Мэта передо мной стоял Джон, а вместо Джона рядом с Ниной лежал похожий на мертвеца Мэт. Джон, глядя куда-то позади меня, вытянул указательный палец и сказал: «Погибель всего нашего рода. Не верь Утренней Звезде. Не верь Утренней Звезде. Поверишь ли ты Утренней Звезде?» Я обернулся, пытаясь понять, на кого указывает бледный как полная луна Джон, но тут меня снова ослепила вспышка яркого света.
Голубой океан, лениво лижущие берег волны, тропическая жара, кристально ясный день. Это была самая настоящая утопия. Я помню этот день. Это был наш с Карой день. Это был один из самых чудесных дней, которые мы когда-либо проводили вместе. Это один из тех дней, которые запоминаешь навсегда… запоминаешь каждую секунду и минуту, каждый час и каждую деталь, каждое мгновение и каждое ощущение.
Моё сердце было полно любви и счастья. Это был день, когда из моего разума полностью исчезли все тёмные облака, а в сердце поселилась надежда. Это был день, в котором я был рад жить, и в котором я наслаждался каждой секундой. Я любил не только её, но и себя, а заодно и всё человечество. Это был день, когда я был рад быть человеком… Человеком с большой буквы. Это был день, когда вся вселенная подчинялась нам, и ничто и никто не смел мешать нам наслаждаться самими собой и мгновениями, проведёнными в объятиях друг друга.
Лучи тёплого, доброго солнца били мне в глаза, а ветер трепал золотые волосы Кары. Мы долго стояли, обнявшись. Мы знали, что этот день скоро кончится и, возможно, больше никогда не наступит. Мы пытались продлить его как можно дольше. Я помню, как Кара побежала к океану, а я остался позади, благодарным за этот день.
Она стоит спиной ко мне. Она оборачивается, чтобы взглянуть на меня, но я не могу разглядеть её лица. «Зачем, Ли? – спрашивает она. – Зачем ты это делаешь? Ты здесь, но тебя здесь нет… Как ты мог оставить меня?» «Кара, я тут! Я не оставлял тебя. Вот же я!» – крикнул я вслед ей, но ответа не было. Вместо этого из леса позади меня послышался и начал нарастать гул…
Кара нырнула в океан. Я бросился вслед за ней, но неожиданно начался шторм. Солнце моментально исчезло и ясный день сменился мрачными тучами. Спокойный, приветливый и манящий к себе океан за секунду превратился в грохочущую смертельную ловушку. Горизонт осветился молниями, а в небо упёрлись смерчи. Гром будто переливался голосами, произносившими моё имя.
В одну секунду Кара была у меня перед глазами, а в следующую её накрыла огромная чёрная волна. Я незамедлительно нырнул следом. Моё сердце начало биться всё быстрее и быстрее. Я нырял и нырял, не прекращая поиски, а океан тем временем пытался всеми силами меня утопить. С каждым погружением я отчаивался всё сильнее. Я не мог потерять её! Я просто не мог! Я отказывался в это верить.
Я нырнул особенно глубоко, туда где света больше не было видно. Поняв, что я её больше не найду, я повернулся спиной к морской пучине и начал любоваться безумием природы надо мной. Уже недолго. Ещё чуть-чуть. Мы скоро снова будем вместе, Кара… уже недолго.
«…Льюис! Льюис, очнись! – кричал мне прямо в лицо Мэт, тряся меня за плечи изо всех сил. – Вставай, ну что же ты!» Не успел я толком открыть глаза, как раздался взрыв и Мэт прикрыл меня от волны пыли. После этого он встал и, подняв меня за шиворот, отвесил мне весьма чувствительную пощёчину. Меня обычно так бьют только после слов «дело не в тебе, дело во мне». Понемногу я начал приходить в себя.
Здание склада горело со всех сторон; повсюду был густой дым, в котором было невозможно что-либо разглядеть.
– Что происходит? – спросил я Мэта, выкашливая всё, чего успел наглотаться, пока был без сознания.
– Мы выловили рыбку больше нашей лодки, вот что происходит! – сплюнул Мэт, поглядывая на сидящую рядом и потирающую голову Нину. – Мы бы тут все концы отдали в этих чёртовых иллюзиях, если бы не Метатрон, – и он указал пальцем в ту часть помещения, откуда доносился грохот и звуки борьбы.
Оглядевшись, я заметил лежащих рядом Джона, Николаса, Джекса и Рико.
– Как они? С ними всё в порядке?
– Будет. Метатрон успел рассеять иллюзии только у меня, Нины и частично у тебя.
Метатрон считался одним из самых выдающихся воинов Рая. И, как и свойственно воину такого калибра, он был воплощением решимости, непоколебимости, стойкости и грубой физической силы. На этот раз он не скрывал свою эссенцию, позволяя любому Связующему на расстоянии нескольких миль почувствовать его ауру.
Я успел лишь мельком заметить ангела, потому что в тот же момент мимо нас стрелой пролетела Патриша. Врезавшись в стальную колонну, суккуб изрыгнула изо рта фонтан чёрной крови, а затем, подняв глаза, изо всех сил отпрыгнула в сторону. Вовремя: долей секунды позже её бы просто размазали «Железные Кулаки» Метатрона.
Я много слышал о «Железных Кулаках», которыми владела лишь горстка известных миру существ, но видеть их в действии не доводилось никогда.
Аура, которой владеет существо, будь то ангел, демон или человек, напрямую зависит от типа эссенции. У Метатрона было огромное количество сырой и необузданной эссенции, которая и формировала излучаемую им ауру. «Железные Кулаки» требуют огромного количества эссенции, и чтобы ими владеть нужно иметь колоссальную силу и выносливость. «Железные Кулаки» не являлись оружием в физическом смысле слова. За каждым замахом серафима следовал удар огромного сгустка энергии, который потом тут же испарялся. Метатрон фактически вёл битву своей эссенцией; его удары пробивали каменные стены, словно они были из бумаги.
Из огня и пыли вышел огромный человек в костюме. Пламя его не брало, словно боясь приближаться. Аура ангела увеличивала его и без того гигантский силуэт. Метатрон всё ещё был в своём чёрном деловом костюме: ангелы редко принимают свой истинный вид, если не прорван барьер.
Метатрон снова замахнулся, пытаясь поразить суккуба издали. Та успела увернуться; бетонный пол в том месте, где она стояла, взорвался, оставив кратер. Злобно глядя на ангела, она что-то угрожающе прорычала, но серафим ответил ей очередным взмахом руки. Удар «Железных Кулаков» пришелся сверху вниз, наподобие гигантского копра, но демоница снова успела отпрыгнуть в сторону. Вытекающая из ран суккуба эссенция почти полностью разъела её человеческую оболочку. Её кожа слезала во многих местах, обнажая коричнево-зеленоватую чешую. Суккуб разъярённо кинулась на ангела, но «Железный Кулак» отбросил её назад. Её вторая атака закончилась тем же. Я наблюдал за поединком, разинув рот. Ангел всё ещё стоял на месте, управляя невидимыми молотами, сея разрушения одними лишь взмахами рук. Если громадный ангел так легко владел своими руками-молотами, при этом оставаясь совершенно спокойным, то я даже представить боялся, что он мог сделать, если войдёт в раж.
Силы суккуба стали подводить её. С каждым разом ей было всё сложнее вставать, но неожиданно она вскочила, выпрямилась и свела вместе ладони. Между ними вспыхнула красная эссенция, и через несколько мгновений суккуб сжала правую руку и отвела её в сторону, вытягивая из клубка эссенции, словно нитку, длинный хлыст, по которому сбегали языки пламени.
Хлопнув хлыстом один раз, будто показывая своему противнику что его ждет, Патриша кинула в него остаток эссенции из её левой руки в виде небольшой огненной сферы, после чего незамедлительно кинулась в его сторону. Метатрон моментально скрестил руки на груди, и появившиеся из ниоткуда призрачные «Железные Кулаки» без труда отразили огонь. Но остановить суккуба у ангела не хватило времени: прыгнув сквозь огонь прямо на плечи серафима, она ловким движением обвила хлыст вокруг его шеи. Спрыгнув на землю за спиной Метатрона, она изо всех сил дёрнула. Сбитый с ног серафим поднялся в воздух и влетел в стену, частично проломив её. На губах Патриши заиграла злая, но довольная улыбка. Она стала предвкушать победу. В своих мечтах она уже повергла могучего и легендарного противника.