Страница 1 из 16
Исаев Глеб Егорович
Черный август
Задувает в открытое окно ветерок с Москва-реки, в динамиках звучит новая песня Леонтьева.
Максим прибавил звук и откинулся на мягком сидении летящей вперед "Волги". Он любил управлять машиной сам, и старался не упускать такой возможности. Перестроился из третьего ряда, включил поворотник.- Мысли вернулись к недописанной речи. - Настроение вновь испортилось. Водитель поморщился. - "Последнее время Шеф стал вовсе непредсказуем. Здесь, в Москве один и вполне вменяемый, а стоит выехать, куда ни будь на встречу глав, и понеслось. Словно тетерев. Ничего, кроме своего голоса не слышит. - МЫшление, мЫшление, нАчать -углУбить, ну сколько можно. Крючков докладывает, в регионах бардак, пресса, телевидение словно взбесились, везде одно и тоже. Только орут. - Максим долбанул по сигналу, приструнив наглый жигуль с тонировкой, подрезавший его "ласточку" . - Эти, тут еще, комсомольцы-добровольцы. Кооператоры хреновы. А рожи, мать их, не приведи господь...
Получив предложение должности советника Самого, Владимиров был по-настоящему счастлив: Еще бы в тридцать шесть... на самом верху пирамиды... такие перспективы. Но, чем больше он вникал в ситуацию, тем реже вспоминал о своей удачливости. Краснодарский колосс не качался, он уже падал. И только инерция больших объемов не давала увидеть это падение воочию. Но еще немного, и в полном соответствии с доктриной Ницше, вокруг Первого станет тесно от желающих подтолкнуть...
Тогда уже будет не до карьеры... Не угодить бы под осколки ... - Сын генерала отлично помнил, как внезапно, в один миг замолчал телефон, испарились все друзья и приятели, когда сняли с должности отца ... И хотя Батя сумел переломить ситуацию, все устаканилось, но страшная тишина в пустом доме долго еще снилась маленькому Максу...
Занятый размышлениями отвлекся от дороги, и заметил придурковатую восьмерку, только когда вишневое "зубило" вновь вынырнуло в опасной близости от хромированного капота его "Волги". Дернул руль, стремясь избежать неминуемого столкновения. Визгнула по сырому асфальту резина, и тяжелая машина, перелетев низенький бордюрчик, метнулась к узорчатой ограде. Макс выжал педаль тормоза, но было поздно. Проломив чугунный парапет словно картонку его новенькая Волга взлетела в воздух и с громким плеском рухнула на маслянистую поверхность реки.
Поток мутной воды вдавил в сидение. Задергался, стараясь ухватить ручку, но не успел. Волга клюнула носом, и плавно, словно уходящая под воду субмарина, начала скользить в темноту.
Вода стремительно прибывала, воздух кончился, в голове не осталось ни одной мысли, только дикий, животный страх. Распахнул рот в безумном крике.
Мир исчез. Мгновенно и разом, словно кто-то повернул выключатель. Тьма и небытие.
Неясный свет проникал сквозь темную толщу воды. Максим оглянулся, и понял, что его уже нет в тесной коробке, лежащей на илистом дне. И вообще его тела нет. Только рассудок. И даже выныривать не пришлось. Он просто пересек разделяющий две среды, и поднялся над местом недавней трагедии.
Но странно, ничего здесь не напоминало о произошедшем. Мало того, все вокруг изменилось. Разительно и до неузнаваемости. Разве только кирпичные стены виднеющейся вдалеке кремлевской ограды, и река все так-же текла мимо. Изменилась сама дорога и едущие по ней авто. А еще вздыбленные на другом берегу ступени гигантских зданий из ослепительно зеркальных стекол. Обтекаемые обводы, скошенные формы летящих по дороге авто... Сумел отвлечься от невероятного зрелища и уставился на висящие над дорогой транспаранты. Странные надписи, агрессивные, цвета. "Рок Фестиваль. Генеральный спонсор фирма "Самсунг". Прикоснись к будущему...
Похоже не врал фантаст... - Вспомнилась Максу читанная в далеком детстве, но запавшая в памяти книга. Сознание угодившего в аварию человека попадает в будущее. Как тень, фантом... И мечется там ища выхода...
Но осознать себя оказалось непросто. Он был, но его не было. Впрочем это не поразило, и даже не огорчило... Он уже стремительно летел над преобразившимся мегаполисом. Мелькнули, проносясь мимо знакомые силуэты университета, возник и тут-же пропал зубчатый диск на крыше громадного небоскреба. Наконец движение замедлилось. Формы окружающей реальности приобрели резкость. Макс вгляделся в картину. Громадная площадь, забитая тысячами людей. Все он идут от одного лотка к другому... И сотни раскосых, с маслянистыми, цвета вороньего крыла волосиками иностранцев. Они трясли зажатыми в руках тряпками, ели вонючую лапшу, спали, и ковыряли в ушах, ничуть не смущаясь идущих мимо покупателей.
-Хоросый...куртка. Чистый кожа.- Донесся до слуха писклявый голос. И вновь мелькание калейдоскопа лиц, зданий. Зрелище напомнило ускоренную прокрутку видеомагнитофона.
И тут Владимиров понял, что возвращается. Не вверх, а назад. В салон жестяной коробки, закупоренной пахнущей тиной толщей воды, откуда мгновение назад вырвалась его душа. Вспыхнуло, и вновь упала темная пустота.
-Проснитесь, Максим Андреевич...- Женский голос вырвал из непрочного сна. - Мыслей не было. Пустота чистого листа и бездумье. Голос стих, однако теперь кто-то начал трясти его плечо.
Приоткрыл один глаз и в неясной пелене разглядел светлое пятно. - Кх. - Попытался произнести он.
-Молчите, пожалуйста.- Женщина отпустила его руку.- Если вы меня слышите, закройте глаза.- Максим послушно моргнул. - Послушайте... - Хрипло произнес он. - Впрочем, спрашивать, где он сейчас находится, было глупо. Понятно без слов. - Вотчина Чазова. Интересно, насколько серьезно?
Врач развернулась, и двинулась к выходу. - Сейчас отдыхайте, придите в себя. А чуть позднее, мы проведем всестороннее обследование. Вас буквально вытащили с того света.- Произнесла она.
Едва двери закрылись, Максим открыл оба глаза, и осмотрелся. Палата как палата. В углу кубик цветного телевизора, рядом с кроватью хромированная стойка, увешанная пузырьками с жидкостью, непонятные приборы.
Владимиров шевельнулся и осторожно сдвинул хрустящую простыню. - Встать? Голова не болела, однако как она поведет себя в вертикальном положении...
Дверь негромко скрипнула, и в щель плавно просочился, другого слова и не подобрать, одетый в свой неизменный серый костюм Медведь. Похожая на прозвище фамилия как нельзя больше подходила начальнику охраны администрации президента. Квадратный, кряжистый с внимательным взглядом карих глаз, чекист был профессионально улыбчив и дружелюбен.
Впрочем, к Максиму, как он искренне надеялся, Владимимр Михайлович испытывал по настоящему приязненные чувства. Советник никогда не мешал офицерам охраны выполнять свою работу, и вообще не вредничал.
-Привет. Ожил? Нет? - Поинтересовался Медведь, цепко вглядевшись в зрачки пострадавшего.
-Да не боись, Михалыч.- Сварливо отозвался Владимиров.- Все нормально. Дважды два - четыре, а КПСС- Направляющая и руководящая сила социалистического общества...
- Шутишь, значит и впрямь ожил. - Посетитель осторожно шагнул к кровати. Присел на стул и вздохнул.
- Идиота того мы задержали. Пацан, голова из одного места растет.- Машину купить мозгов хватило, а на права сдать.
-Да бог с ним.- Владимиров махнул слабой ладонью. - Что там?
- А чего там?- Переспросил начальник охраны. - Все то-же, антоновка. - Первый в Бонн укатил, меня не взял. - За него сейчас мадам все решает. А я у нее не в фаворе. Ох, сердцем чую, сожрет меня Ириска. - Не рискнул озвучить имя супруги шефа Медведь.- А и хрен с ним...