Страница 4 из 126
— Могу предположить, что время ожидания…. Чего?
Двери лифта открылись и от изумления я чуть не потеряла дар речи. Настоящий город в табакерке…. Прямо под ногами широкая лестница с гранитными ступенями, они вели вниз, в центральный зал — полукруглую площадь, где величественно сверкал хрустальный фонтан в виде разъяренной кобры. Кобра, бросающаяся на врага — символ управления. Чуть дальше площадь расширялась множеством темных каналов, вероятно, каналы выезда из здания, другими путями. Этажей на площади не было. Подняв голову вверх, я еще раз восхитилась. Дело в том, что у фонтана полукругом располагались несколько белых платформ, на которых спокойно помещалось три человека. Лифт….
Кабинеты в виде гроздей винограда, свешивались сверху над нами, наверное, высота минимум двадцати этажного здания. И пространство пронизано множеством связанных между собой кабинетов сферической формы — грозди винограда.
Мы втроем встали на платформу, из ее краев выехали стеклянные вставки, после чего платформа полетела вверх, на огромной скорости. Мимо нас проносились кабинеты с пишущими людьми, кабинеты, где заседали несколько человек, лаборатории, научные установки, отделение картографии, зал управления, были залы с полностью электронной техникой.
— Джон, как работает такая система? Грозди не сообщаются между собой. Свет, вода, как? Я не заметила на пути переплетения проводов….
— Грозди? Угадали, честное слово. Виноградник — наш дом, здесь постоянно живут две тысячи сотрудников, и приходят и уходят еще полторы, Отсюда отдаются приказы и отправляются детективы, оперативники, и бригады захвата. Здесь осуществляется переработка информации и улик. Виноградник хорошо защищенное убежище, в которое не только невозможно проникнуть, но и узнать где оно находится.
— Знаете, я вам уже и так рассказал многое, с вами сейчас хочет поговорить начальник цирка, а с вами мы встретимся вновь чуть позже. Саманта, ваш этаж последний, мы сейчас с мистером Самильтоном выйдем в спутниковом центре, платформа отвезет вас наверх, в сад виноградной лозы…. - он подмигнул мне, необычный лифт остановился около белой стеклянной комнаты и оба моих спутника покинули меня. Что же дальше?
Платформа мягко, также как и в первый раз, дернулась на белой дорожке, полностью обтянутой белым тентом, по которому, ветвясь, спускалась лоза. Опустив глаза вниз, я прошла вперед, чтобы снять напряжение страха высоты.
Впереди, меня и правда ожидал золотой сад ветвей виноградного дерева. Полукруглая комната, которая плавно переходила в еще одну полукруглую вставку, похоже, в кабинет. Вторая комната находилась, как бы под второй, и в нее вела небольшая лестница по периметру полукруга.
Стеклянные стены давали потрясающий обзор всего виноградника. Я ощутила себя чем-то целым, единым целым, с воистину уникальным местом.
— Правда необычайно красиво, мисс Саманта? — я обернулась на тихий и красивый голос, такой теплый и ласковый.
Голос принадлежал высокому юноше в белом халате. Доктор? Да, нет, вероятно, ученый. Юноша — по крайней мере, он казался младше Ниана, которому двадцать пять. Красивый, улыбчивый и добрый, именно такой добрый, каким был его волшебный голос. Лицо, как у принца из сказок — лучезарное и светлое, его золотистые волосы дополняли образ. Необычайность его лица выражалась не только в красоте, но и в мимике — эмоции — печаль и радость, сменялись так быстро и так живо, что он напоминал наивного ребенка.
— Да, красиво. Собственно, для начальника управления вы выглядите слишком мило…. - он смущенно засмеялся, и мне опять показалось, словно вокруг красивая сказка, и он не совсем реальный.
— Не вериться, да? Хорошо, что это не правда, вы раскусили меня…. Позволите? — он мягко притянул меня за локоть и почти невесомо коснулся губами моего лба. Все произошло так неожиданно, что я даже не успела оттолкнуть его. Но, нет…. В любой другой ситуации, прикоснись ко мне, вот так просто посторонний мужчина, я бы почувствовала отторжение и неприязнь, и действительно нашла бы мгновение оттолкнуть. Но с ним…. Нет таких ощущений, меня словно погрузили в теплую кроватку на солнышке. От него не исходило ни угрозы, ни неприязни, только едва уловимая взволнованность.
Раньше, чем он отпустил меня, хоть он меня и не держал формально, я услышала голос из глубины второй комнаты.
— Что ты там делаешь, доктор Фей? Пугаешь нашу гостью? — более строгий и мужественный принадлежал еще одному молодому человеку, в сером костюме, галстуке белой рубашке и лакированных черных ботинках. Образец идеальной мужской моды. Красотой он тоже был не обделен, но больно уж хмурый и угрюмый, со строгим выражением лица. Волосы черные и чуть-чуть длинноваты, но в целом не плохо. Да, видимо такой уж он…. Образцовый директор управления….
Он спокойным шагом направился к нам, а тем временем Фей, так звали первого юношу, переместился и встал позади меня с весьма виноватым видом.
— Я тебя сюда позвал, чтобы ты помог мисс Ханнингтон и позаботился о ее ранах, она только недавно выписалась из больницы….
— Я измерил температуру! Второй, ты как всегда безжалостен!
Директор подошел ко мне и протянул руку, не зная, что делать, я просто пожала ее, словно мы партнеры.
— Мисс Ханнингтон, называйте меня Второй, я директор «Управления Безопасности». И, прежде, чем я начну знакомить вас с виноградником, и с тем, что нам известно…. Сможете ли мне дать одно обещание, от него зависит степень моего доверия к вам. Поймите, как важно….
И я понимала. Он попросит не разглашать информацию об управлении, винограднике и его сотрудниках. Попросит ничего не рассказывать, даже рискуя собственной жизнью, ведь информация слишком дорогое удовольствие.
Я дала обещание. Я понимала как важна для управления конфиденциальность. Простое обещание, куда более важное обязательство, чем долг или угроза. После того как наимилейший доктор осмотрел меня и перевязал раны, замотанные мной так неудачно после принятия душа дома, он ушел…. Предложив мне, заходить к нему в гости на чай. Просто в гости, желательно без травм. Вместо того, чтобы уже начать соображать, я думала об этих двоих. Как сильно они отличаются, и как они оба невероятно, по-своему красивы.
— Фей еще сегодня объявиться, он у нас личность неординарная, появляется где его ждут или не ждут. Но, поверьте мне, доктор он гениальный.
— Он ваш лучший друг, верно? — темно зеленые глаза директора так живо осмотрели меня, что я чуть не засмеялась снова. Он очень умный. Умный, прямолинейный, честный и благородный, где сейчас таких возьмешь?
— С чего вы взяли, если не секрет, женская интуиция? — в строгости проскользнула насмешка.
— Просто вы дополняете друг друга. Вы кажетесь холодным и строгим, а он теплым и нежным. И тем не менее, вы всегда переживаете за него, и кажется, будто он настоящий лоботряс, но на самом деле, его состояние всегда беспокоит вас…. - посмотрев на свой виноградник, снизу, как обычно, директор улыбнулся по-настоящему.
— Спасибо за искренность. Теперь я попытаюсь быть с вами как можно откровеннее, в силу обстоятельств.
Он пригласил меня пройти вдоль стеклянного полукруга к золотому дереву, оно сияло.
— Место, в которое мы прибыли, не здание кобры, верно?
— Нет. Как вы понимаете. Управление принадлежит не только правительству нашей страны, многие поддерживают нашу организацию, и безопасность ее самой, как фундамента, должна быть безупречной. Лишь проходная в здании на самом деле существует, сама же башня — проекция нашего головного компьютера. Головной компьютер также управляет и системой доставки в основное здание — «виноградник», никто не знает где оно находиться, никто и даже я. Всего в это место есть шестнадцать различных входов и выходов, каждое из них оборудовано специальной системой доставки — лодка, катер, поезд, вертолет и подводная лодка. Но начинается все с лифтовой камеры, которая герметично закрывается и погружается на передвижное средство, оно управляется заданной программой компьютера. Никакого вмешательства человека. Только базовый код компьютера содержит координаты местоположения центрального офиса управления. Создатель виноградника, компьютера и системы лозы умер несколько лет назад. И я уверен, что и в строительстве люди не принимали участия — проект полностью рассчитан на волю машин и создателя, что в полной мере окупается невозможностью найти это место.