Страница 54 из 126
— Плакала, — не спросил почти с укором.
Промолчала. Глупо дважды озвучивать очевидное.
— Из-за меня? — чуть громче и, кажется, грозно.
Криво почти усмехнулась. С минуту терзали, выкручивая, пальцы друг друга, глядя, не отрываясь, глаза в глаза.
— Зря, — коснулся низким голосом тихо.
Конечно зря. «Ни один мужчина в мире не стоит ни одной твоей слезинки», так всегда говорила мама. Вот только мужчинам и слезам о том не было известно.
Этот мужчина не выдержал первым. Прижал к себе крепко, так что нечем, просто нечем стало дышать. Да мне сейчас и не нужно.
Это только в фильмах, когда встречаются после разлуки, все страстно и глубоко целуются, готовые немедленно к большему. А в жизни всё вовсе не так. Прижаться к груди, почувствовать, как постепенно сожмётся, окрепнет, растворившаяся вроде в расстояниях нить. А была ли она? Знаю. Была. Прижаться щекой и слушать. Верить. Я вжалась в мужчину теснее сама, стремясь укутать его теплом, окоченевшие плечи. Отогреть, давно переставшее биться сердце. Хоть на мгновение. Чтоб теперь уже точно запомнить. А я ведь, оказывается, по нему скучала… Страшно, чудовищно скучала! И он пришел сюда сам. Чтобы я держала рот на замке. Не иначе.
Наклонился к лицу, и я с удивлением отстранилась:
— Ты… не пьян, — пыталась оттолкнуть и удержать одновременно.
— А должен? — улыбнулся как… как Грэм.
— Но Элизабет…
— Моя кузина. По матери. Ты совсем не интересуешься светской хроникой, — засмеялся чуть слышно.
— Ненавижу светскую хронику.
— Придётся привыкать, — совершенно серьёзно сдвинул брови.
— Я совсем не об этом.
— Конечно, — шёпотом в волосы.
Всхлипнула сдавленно:
— Я так испугалась.
— Не нужно. Больше не нужно, — откликнулся глухо. И прошептал еле слышно: — Карри…
Жизнь всё равно не оставит мне шансов. Мне жаль.
— Мне жаль, — откликнулся эхом. И сжалось болезненно внутри. Ясно. Конечно. По-другому ведь и не бывает. Дёрнулась, пытаясь вырваться из надёжных, уверенных рук. Не пустил. Посмотрел удивлённо. Нахмурился. — Я не мог бы оказаться там быстрее.
— Быстрее? — высвободилась наконец. Ошарашенное понимание накрыло горячей волной. — Ты? — не позволю себе украдкой надежду.
Хмуро качнул головой, скользнул взглядом по дрожащим губам и потянул к себе за руку.
— Всё прошло. И, прошу тебя, пожалуйста, не надо заставлять меня переживать подобное снова. Всё уже закончилось.
— Но ведь это неправда! — сказала неожиданно для самой себя.
— Неправда, — со вздохом согласился последний Дакейти. — Прости, — пальцы скользнули по запястью. Осторожно и неизведанно, жарко коснулся ладони губами. — Ты позволишь? — почти улыбнулся.
— Что именно? — сейчас я хотела позволить ему всё. И не могла ничего.
Выпрямился. Блистательный мужчина прямо передо мной. В президентском дворце. Что делаю здесь я?
Склонил голову в красивом поклоне:
— Леди Сневерг, — сказал с непостижимой улыбкой, — могу я рассчитывать на вашу благосклонность?
— Ты с ума сошёл? — прошептала ошеломлённо.
— Это многое бы объяснило, — осторожно сжал мою ладонь, легко обхватил рукой талию, будто поддерживая, и вмиг посерьёзнел, — Но нет, я в абсолютно здравом рассудке.
— Хочешь, чтобы я сопровождала тебя на приёме? — шок, паника и ужас.
— Нет, — герцог Дакейти уверенно качнул головой. Посмотрел пристально в глаза так, что не отвести взгляда, не скрыться. — Я хочу, чтобы ты сопровождала меня отныне всегда. Леди Сневерг, вы станете моей женой?
— Что??? — спросила беззвучно одними губами, бледнея. Кажется, у меня в один миг испарились все кости.
— О времени помнишь? Его возмутительно мало, — не улыбнулся моему онемевшему лицу, — Самое время ответить «Да».
— Это… шутка? — дрэк! Дрэк, дрэк! В голове защёлкало калейдоскопом мыслей: Элизабет — кузина, по ней отбой, хотя, почему бы и нет? А жена юго-восточного принца – пловчиха, сейчас безродные в моде. Но здесь, в старых землях, традиции важнее. Причина в сказочном сексе? Не чересчур ли мера, чтобы сделать комплимент девушке? В его случае, это, по меньшей мере, безрассудство, если не сказать, глупость! Так в чём же дело? Думай, Каррия, думай!
— Боюсь, мне непростительно бросаться такими словами, — медленно поднёс мою руку к губам, не отводя взгляда. Да ты коварный тип! Слишком и чересчур, умелый искуситель! Зачем же это тебе? А мне зачем? Чтобы медленно умирать?
— Наркотики? — спросила с надеждой и абсолютно серьёзно.
— Категорически против, — ответил неожиданно строго.
— Тогда я отказываюсь чего-либо понимать.
— Не надо понимать. Просто скажи «да», Кэри, — попросил тихим шёпотом. Острый кадык под загорелой кожей в маленьком треугольнике фрачной рубашки чуть заметно двинулся, снося все мои приличные и разумные мысли прочь. — Сейчас.
— Я… не знаю, — прошептала в ответ. Невозможно оторвать взгляд. — И ты. Ты совсем не знаешь меня!
— Достаточно, чтобы решиться. За эти недели я узнал о нас двоих… многое.
— Не могу в это поверить, — закрыла глаза на мгновенье, приводя себя в чувство. — Глупость. Невероятно смешно.
— Вот уж никогда бы не подумал, что на единственное моё предложение девушка скажет, что оно глупость, — усмехнулся одними губами. А глаза холодны. Пугающе.
Именно в эту минуту мне действительно стало страшно. По-настоящему. Во что ты ввязалась, Карри? Зачем? И от следующей реплики желанного до дрожи и такого искушающего мужчины похолодело и опустилось всё внутри:
— Я не прошу, Кари. Я настаиваю, — сказал серьёзным, сдержанным шёпотом, скользнул пальцами по позвоночнику под волосами, чуть касаясь кожи. Как тогда. Невозможно. Невыносимо. Одуряюще. Я боялась и желала его, зная, что нельзя! И от этого совершенно теряла голову. Опасность, страх скандальной огласки, непредсказуемая реакция его и кого-то ещё. Его дурацкий бред и невозможное предложение. Верно, мне это показалось! К дрэку всё прямо сейчас. Если будет так дальше смотреть, раздену его сама, не стесняясь.