Теряя надежду

Я позвонила маме, она обрадовалась, услышав, что Альбина проснулась и ее можно навестить. Мама сказала, что захватит что-нибудь перекусить и подъедет в течение получаса.

Я ждала, когда Андрей выйдет из палаты, но он все никак этого не делал, а находиться там с ними я не хотела, я хотела побыть с сестрой наедине.

Когда «исчадие ада», наконец-то вышел, я засунула свой смартфон в карман и направилась в палату к Альбинке. Сестра была бледной и грустной, на ее шее был держатель, а на щеке красовался синяк, голова была перебинтована. Она лежала на кровати, с приподнятой спинкой, и смотрела в одну точку. Когда она увидела меня то, слегка улыбнулась, это была печальная улыбка.

- Привет.

- Привет. – Я подошла ближе и присела на стул.

- Прости. – Протянула сестра. – Я должна была тебе рассказать, Андрей сказал, что ты злишься.

- Нет. Нет, я не злюсь, я просто беспокоюсь, дурочка.

- Я знаю, и за это прости, я не хотела, это само собой .

- Ты не должна извиняться. Слушай, у тебя сегодня день рождения, черт возьми. – Я пододвинулась ближе, и потрепала Альбинку за щеки, так же как она трепала в детстве меня. – С днем, рождения! Извини, что без подарка, все так неожиданно..

- Да уж..это всегда неожиданно. В одну секунду все нормально, я смотрю телевизор, читаю или просто пялюсь в потолок, а в следующую меня окутывает такая злость, такая ярость, отчаяние, паника, и я не могу это контролировать. Эти придурки в белом говорят, что это посттравматическое, на фоне стресса, говорят, что все пройдет, но я то знаю, что нет.

- Почему, ты так говоришь? Конечно, пройдет.

- Ты не можешь этого знать, никто не может.

- Может быть, ты слишком пессимистична.

Сестра усмехнулась.

- Пессимистична ты, сестренка, а я реалистична. Я не могу ходить, у меня едет крыша, и это то, чем я живу, а ты со своей нормальной головой, нормальными ногами, строишь из себя проблемного подростка, пора взрослеть, тебе не пятнадцать.

- Что на тебя нашло? – Ее слова стали задевать меня, она может и имеет право так говорить, но я не хочу это слышать.

- Я не хочу, чтобы ты испортила себе жизнь.

- Я не пришла говорить обо мне. – Я старалась выражаться как более мягче, но я была зла. – Знаешь, у нас не получилось праздника сегодня, и ты какое-то время прова..

- Мне не нужен никакой праздник. – Перебила Альбина, а я сделала вид, что не слышу и продолжила говорит дальше:

- И ты какое-то время проваляешься в этой койке, поэтому, когда тебя выпишут, мы позовем твоих друзей и устроим вечеринку. Ты еще общаешься с кем-то со школы? Мы могли бы позвать твоих одноклассниц, они конечно дуры набитые, но я не против, если вы повеселитесь. Раньше, ты не брала меня на свои тусовки, а теперь я большая девочка и могу сама организовать тусовку для тебя.

- Прекрати, говорить всякую ерунду.

- Я серьезно, было бы весело. Будет весело, обещаю. – Я вытянула перед сестрой ладонь, чтобы она ударила по ней, как мы делали это раньше, но она никак не отреагировала на этот жест и я убрала руку. Эта встреча не то, что я ожидала, эта ситуация пугает меня, я будто не со своей сестрой общаюсь.

- Что с тобой случилось?

- Дай-ка подумать. Не считая того, что у меня сломана рука, сотрясение мозга, очередное.. У меня какая-то хрень на шее, которая уже достала, такое ощущение, что если ее снять моя голова отвалится и покатится по полу. У меня огромный синяк на пол лица, я психически неустойчива, и черт возьми, я не могу ходить и никогда не смогу. Если не учитывать всего этого, я в порядке. – Она произнесла все это с иронией, печальной иронией, я видела на ее лице боль, не физическую, а моральную. Она не плакала, но я знала, что она хочет, и от осознания этого мое сердце сжималось. Я ничем не могу ей помочь, я больше никогда не увижу свою жизнерадостную сестренку, которая смеялась по каждому поводу, которая не позволяла мне вешать нос и заставляла меня смеяться, когда хотелось плакать, а я даже и этого сделать для нее не могу, потому что меня саму разрывает от боли.

Альбина отвернулась к окну, я продолжала молча смотреть на нее еще минут пять, а потом встала и направилась к выходу. У двери я остановилась и обернувшись, еще раз взглянула на сестру, она даже не пошевелилась и не посмотрела в мою сторону. Я сглотнула комок, застрявший в горле и вышла из палаты. Андрей все так же сидел на скамейке, мама сидела рядом с ним, они разговаривали, но я не слышала о чем и даже не пыталась. Когда я подошла к ним, мама заговорила:

- Как она?

- Не очень. – Ответила я, перебирая в руках ключи от машины.

- Все так плохо? Господи, я так и знала, что эти врачи ни на что не годятся, только умеют что врать, нам нужно перевести ее в платную клинику, там о ней позаботятся.

- Она подавлена. – Добавил Андрей.

- Езжайте домой, я заказала пиццу. Думаю, я побуду здесь какое-то время. Когда придет отец, накорми его чем-нибудь, у меня не было сил, что-то готовить.

- Хорошо. – Тихо произнесла я.

Мы ехали в тишине, "исчадие ада", изредка посматривал на меня, я видела это боковым зрением, но никак не реагировала.

- Думаешь, она будет в порядке? – Решила спросить я.

- Надеюсь. – На секунду мы с Андреем встретились взглядами.

- Нужно организовать праздник.. Позвать старых друзей. – Продолжила я.

- Плохая идея.

- Можешь не помогать, я сама все сделаю.

- Не в этом дело. Просто, это плохая идея.

- Слушай, я хочу помочь сестре выйти из депрессии. Вечеринка – лучшее, что я могу для нее сделать.

- Не удивлен, что ты ничего лучше не придумала.