Страница 81 из 117
Милор наблюдал за представлением драконьих магов со снисходительной улыбкой, словно родитель, следящий за игрой ребенка. Но как только к Лиатрис подошел Вейлариан и подозвал к себе слугу в черном, лицо бастарда исказила ярость.
- Что это? – Милор гневно прошептал, - Что он делает?!
Стоящая рядом Имирия безразлично заметила:
- Кажется, вручает девчонке обручальное кольцо.
- Кольцо? Никакого кольца быть не должно! Ритуал должен остановиться на иллюзии дракона. Именно она показывает, что девушка теперь под властью рейенов. А кольцо…
- Ну а что кольцо? - Имирия допила вино до конца и поставила пустой бокал на поднос проходящего мимо слуги, - Просто красивая безделушка, не более.
Милор проговорил сквозь зубы:
- Магическая безделушка.
Имирия замолчала, поняв, о чем забеспокоился напарник.
- С этим кольцом и медальоном Лазарии нашей принцессе нельзя соваться в портал, - продолжил Милор, - Трис – сильфида, а на медальон наложена человеческая магия.
- Но портал…
- Вложенная в него магия достаточно сильна, чтобы сорвать с принцессы остатки заклинаний Лазарии. Как вы думаете, госпожа Имирия, что тогда случится с кольцом и медальоном? Будь только один медальон, я бы не волновался, иллюзия на нем – сущие крохи, но драконий перстень…, – Имирия подавленно замолчала, понимая, на что намекает Милор, - Мы может запросто угробить принцессу и все наши планы не просто пойдут прахом, они окажутся в такой…
- Я поняла, - резко перебила его Имирия, не желая выслушивать грубости. – Я думаю, вы зря волнуетесь. Лиатрис не пойдет в портал, верно? Мы ведь отправляем Оливию, - ключница с подозрением скосила взгляд на своего напарника, - Или планы изменились?
- Пока не изменились, - Милор прошептал едва слышно, прищурив глаза, - Но если что-то еще пойдет не так, как мы рассчитывали, я лично передам Лиатрис ее дяде. Мне не нужны в будущем проблемы с сильфами.
Не рассказывать же Имирии, что у него была своя цель в запланированном действе, которая несколько отличалась от задуманного ключницей.
Императору ведь нужно чем-то отплатить за помощь в захвате герцогского трона.
Впрочем, если Трис действительно уедет с драконами, особой беды для себя Милор не видел. Тут уже вся вина ляжет только на Имирию, пусть она и выкручивается перед Наралексом. А Милор со своей стороны сделал все, что от него требовалось.
- Время почти десять, - ключница развернулась к дверям, - Пора.
…
Вокруг меня снова кружились в танце пары, негромко переговаривались гости, не желающие отдавить себе и партнерам ноги, неторопливо прогуливались слуги с подносами вина и закусок. Я же стояла у одной из колонн, держа в руках бокал эльфийского игристого и раздумывая, как бы снять проклятое кольцо. Палец горел огнем, казалось, что его раздирают на кусочки иглы чужой магии. Я несколько раз украдкой проверяла, не пошла ли кровь, настолько было больно. Кольцо же сидело как влитое, его даже прокрутить было невозможно. Что ж это за гадость такую мне подарил рейен Вейлариан?
Кстати, о нем. Странное дело, но мне начало казаться, что Вейлариан повсюду за мной следует. Куда бы я ни пошла, везде натыкалась на дракона. Его словно тянуло ко мне невидимой нитью. Вот и сейчас он застыл у соседней колонны, делая вид, что его очень занимают танцующие гости.
Еще вчера Вейлариан мне нравился гораздо больше его брата, но теперь я его тихо ненавидела из-за кольца и слежки.
Оглаживая складку на дорогом бархате платья, я случайно коснулась внутреннего кармашка и вспомнила. Там же лежала записка, что передала юная фейри. Мне вдруг показалось, что бумажка в кармане прожгла пальцы сквозь ткань. Очень захотелось заглянуть и узнать, что же там написано, но я никак не могла улучить нужного момента. То лорд дроу подойдет пригласить на танец, то цеховой мастер - с пожеланиями счастья и поболтать о том, о сем и заручится поверхностной дружбой с будущей рейеной.
Наконец, улучив минутку, я вышла на балкон. Раскланялась с эльфийской парочкой, что попивала там вино и о чем-то любезничала, и ушла в дальний угол, где были расставлены небольшие диванчики для отдыха.
Ух, а похолодало здорово! Мне в моем довольно открытом платье стало зябко и по коже поползли мурашки. Ноябрь месяц на дворе, как никак. У тетушки Мартины я бы сейчас закуталась в вязанную шаль из козьей шерсти, уселась бы с книжкой на лавку, поставила рядом чашку горячего молока с медом и горяченькие, только что из печки, пончики с малиновым вареньем.
Эх, тетушка Мартина, как же у тебя было хорошо! По-домашнему, по-семейному!
Я постаралась укрыть плечи накрученными локонами, чтобы хоть как-то согреться хотя бы волосами. Достала из кармашка записку и поднесла к глазам. Фейрийскую грамоту, буквы которой были похожи на рисунки из палочек, я разбирала плохо, но текст прочитать сумела.
«Буду ждать у конной статуи в час умирающей листвы». И подпись. Длинная, витиеватая, на незнакомом мне языке, очень отличающаяся от палочек фейри.
Час умирающей листвы? Я припомнила уроки детства, задачки, что мне задавали учителя.
Фейрийский час растущего бутона – это по-нашему рассвет, примерно семь-восемь утра.
Час жаркой воды – полдень, сизых цветов – сумерки.
Фейри же просила меня встретится в десять вечера, причем в месте противоположном от того, где ждет Марисса. Конная статуя в парке была одна и стояла почти у самых ворот.
И что делать? Древесная фея вряд ли стала бы звать, чтобы обсудить последние модные новинки, но и побег откладывать я не могу.
А время уже подходит.
- Трис, я не успела тогда тебя спросить, - я аж подпрыгнула от неожиданности, когда ко мне сзади подошла Мирабелла.